Вечер пятницы. Я, как обычно, планировал завалиться на диван с пивом и сериалом, но звонок в дверь спутал все карты. На пороге стояла Лена, соседка с третьего этажа, с лицом, полным паники. "Игорь, спасай! У меня труба прорвала, вся кухня в воде!" – выпалила она, чуть не плача. Ну как тут откажешь? Схватив ящик с инструментами, я поплёлся за ней.
В её квартире и правда был потоп. Вода хлестала из-под раковины, а Лена металась с тазиками, пытаясь спасти ламинат. "Где вентиль?" – рявкнул я, уже по колено в воде. Она только руками развела. Пришлось лезть под мойку, искать этот чёртов кран. Минут через десять возни я перекрыл воду, но кухня уже напоминала аквариум. Лена, вся мокрая, смотрела на меня, как на героя, и вдруг предложила: "Может, чаю? Или чего покрепче? За помощь надо отблагодарить".
Слово за слово, чай превратился в бутылку вина, а разговоры о трубах – в байки про жизнь. Лена оказалась не просто "соседкой с третьего", а женщиной с характером и историями, от которых я то ржал, то удивлённо качал головой. Время летело, вино заканчивалось, и когда я глянул на часы, было уже за полночь. "Оставайся, – вдруг сказала она, – поздно уже, а ты мне ещё с краном поможешь утром". Я, честно, опешил, но кивнул. Диван в гостиной выглядел вполне уютно.
Утром, пока я возился с заменой прокладки в кране, Лена готовила кофе и хихикала над моими неуклюжими попытками не залить всё снова. Но вот что началось потом! Соседи, видимо, заметили, что я не вернулся домой ночью, и к обеду по подъезду поползли слухи. "Игорь у Лены ночевал!" – шептались бабки у подъезда. К вечеру кто-то уже сочинил, что я не просто трубу чинил, а чуть ли не с Леной роман закрутил. Она только смеялась, когда я рассказал ей про сплетни, и подмигнула: "Пусть говорят, зато труба в порядке".
Теперь каждый раз, проходя мимо соседских лавочек, ловлю косые взгляды. А Лена, зараза, до сих пор зовёт "починить что-нибудь", и я, как дурак, соглашаюсь. Скандал, конечно, на пустом месте, но подъезд гудит до сих пор.