К вопросу о перспективах БРИКС

К вопросу о перспективах БРИКС

#брикс #g7

Если рассматривать спектр публикаций серьезных западных СМИ о БРИКС в связи с прошедшим 6-7 июля саммитом в Рио-Де-Жанейро, то на одном полюсе мы бы поставили статью швейцарской Neue Zürcher Zeitung, опубликованную 5 июля, “От БРИКС осталась лишь тень” с подзаголовком “То, что Путин и Си не приедут на саммит в Рио-де-Жанейро, ясно показывает всю глубину кризиса [организации]”.

Содержание публикаций в других “мейнстримных” СМИ было ближе к такой точке зрения, но в менее радикальном дискурсе.

Прежде, чем привести материал, представляющий противоположную точку зрения, мы остановимся на 2-х немаловажных моментах.

Во-первых, его автор – Джеймс О’Нил, он же – барон О’Нил из Гэтли, бывший управляющий активами инвестиционного банка Goldman Sachs и экс-министр консервативного Кабинета Великобритании.

Именно этот экономист ввел в обращение аббревиатуру БРИК [Бразилия, Россия, Индия и Китай]; в своей нашумевшей статье 2001 года он предположил, что эти 4-е быстро развивающиеся страны сместят к себе “центр тяжести” от G7. При этом политическую составляющую такого объединения О’Нил тогда не рассматривал.

Во-вторых, статья О’Нила “Кому нужна G7?” вышла на таком примечательном ресурсе, как Project Syndicate, ключевым спонсором которого является Фонд Сороса, а идея проекта состоит в том, чтобы независимые издания могли у себя бесплатно или за символические средства размещать аналитические статьи на различные темы, написанные профессионалами [преимущественно, разумеется, либерального спектра].

О’Нил сразу же берет быка за рога, заявляя, что когда президент США Дональд Трамп “недавно предложил включить в G7 Россию, а, может, и Китай, я невольно с ним согласился”.

Далее дедушка, который может себе позволить говорить то, что он думает, пишет: “После учреждения евро, когда Франция, Германия и Италия перешли на единую валюту, централизованную денежную политику и общие фискальные правила, их одновременное присутствие в элитной группе глобального управления потеряло смысл”. И это еще не самая радикальная идея признанного экономического гуру!

С удовольствием вспоминая свои былые предсказания о падении роль G7 в мировой экономике, О’Нил пишет: “Я пошел дальше Трампа, предложив включить [в начале 2000-х. – Ред.] в состав [глобальной группы] не только Китай и Россию, но также Бразилию и Индию. Таким образом, G9 объединила бы страны БРИК, Канаду, еврозону (как единого участника), Японию, Великобританию и США”.

Но это еще не весь “напалм”: “Учитывая изменения последних десятилетий, сегодня я исключил бы из этого списка Канаду и Великобританию (к их неудовольствию). Включение первой вообще всегда было спорным (почему тогда, например, не Австралия?), а Великобритания теперь относится к той же категории, по крайней мере в экономическом плане. Нет никаких оснований ставить эти страны впереди Индии”.

Продолжая резать правде матку, автор отмечает, что Трамп не скрывает своего равнодушия к G7, задается вопросом “что представляет собой G7 без США?” и дает уничижительный ответ: “Безусловно, она может оставаться площадкой для демократических стран, ищущих общие решения по конкретным вопросам. Однако если цель — навязывать миру свои правила, то группа обречена”.

После чего предполагает,что “сам Трамп, вероятно, предпочел бы G3, где мир на сферы влияния разделят между собой США, Китай и Россия”.

Далее О’Нил вполне справедливо пишет о неизбежных политических сложностях “при любом раскладе”. Мы же обратим ваше внимание на его скепсис по отношению к G20, которая, по его мнению, “за последнее десятилетие (...) утратила курс, став чрезмерно громоздкой и подверженной политическим противоречиям, будь то со стороны России, Китая или США. Кроме того, в последние годы страны БРИКС и другие развивающиеся державы пришли к выводу, что G20 фактически управляется G7, члены которой навязывают свои идеи и определяют повестку. Это мнение сплотило Россию и другие страны БРИКС против инициатив G7”.