Жара стояла такая, что асфальт плавился, как сырок «Дружба» на раскаленной сковородке. А электрик Юрий, мужчина с руками, знавшими тайны фаз и нулей лучше, чем жена знала его любовь к пельменям по средам, сидел в тени своего верного ВАЗ 2111 цвета «уныние с проблесками ржавчины». На коленях у него лежал не индикатор напряжения, а потрепанный блокнот с жалкими цифрами: «Повесить люстру – 60 руб.», «Починить розетку – 100 руб.», «Не биться током – бесплатно». – Сто рублей! – бубнил Юрий, вытирая платком лоб, на котором выступили капли пота размером с пятикопеечную монету времен его молодости. – За сто рублей они хотят, чтобы я лез в щиток, где провода пляшут танго под напряжением! Бабушка Агния 80 лет от роду и та фыркает: «Юрочка, дорогой, 50 дам, и то, гляди, переплачу!». Да я тебе, бабуль, не на «Яндекс.Еде» заказ принимаю! Я – Повелитель Электронов! Мастер Силовых Кабелей!.. Ага, щас. Повелитель пустого кармана. Мысль о том, чтобы снова лезть на шаткую стремянку в душной квартире, где единственным ветерком был вздох разочарования заказчика при озвучивании чека, вызвала у Юрия приступ клаустрофобии на открытом пространстве. Его взгляд упал на соседское поле. Там трактор, пыхтя, как астматик на пробежке, сгружал огромные, золотистые тюки сена. – Эврика! – воскликнул Юрий так громко, что его ВАЗ 2111 вздрогнул. – Почему я, обладатель легендарного советского авто, способного пережить ядерный взрыв и двух тещ, должен страдать из-за каких-то жалких сотен рублей? Сено! Вот истинная ценность! Идея овладела им полностью. Он помчался к соседу-фермеру, дяде Мише, который как раз чесал затылок, глядя на гору тюков и сломанный прицеп. – Дядя Миша! – возопил Юрий, сверкая глазами, в которых горел огонь не электрической дуги, а отчаянного предпринимательства. – Вижу проблему! Нет транспорта? Есть решение! Моя ласточка! Готова к подвигу! Сколько за рейс? Дядя Миша, человек практичный, оценил ржавое чудо отечественного автопрома и Юрия, чья фигура в некогда белом, а ныне благородного оттенка «замызганный электрик» комбинезоне, говорила сама за себя. – Сто рублей, – буркнул дядя Миша. – За рейс до фермы. Тюк – один. Больше не влезет. Юрий замер. Сто рублей. Ровно столько, сколько он просил за починку смертельно опасной розетки. Но здесь... здесь не надо было бояться быть поджаренным, как шашлык. Здесь был свежий воздух (правда, с примесью пыльцы и пыли), простор и... сено. – ДЕЛО! – рявкнул Юрий, хлопнув фермера по плечу так, что тот чуть не врос в землю. – Погрузка началась! То, что последовало дальше, было похоже на цирковой аттракцион. Тюк сена, размером чуть меньше самого ВАЗа, с трудом, но был впихнут в багажник. Еще пол-тюка улеглось на заднее сиденье, придавив собой набор отверток и старую книгу ПУЭ (Правила Устройства Электроустановок). Еще немного сена уперлось в потолок салона. Юрий, похожий теперь на неудачливого Йети, вылезшего из стога, уселся за руль. Видимость? Через лобовое стекло просвечивали лишь отдельные соломинки. Запах? Концентрат летнего луга в салоне Жигулей. Первый рейс стал легендой деревни. ВАЗ 2111, больше напоминавший движущийся стог с торчащими колесами, полз по проселку со скоростью черепахи-пенсионерки. Из всех щелей машины сыпалось сено. Юрий, красный от жары и усилий (рулить такой махиной – не в щелканье рубильником), выглядывал в крошечное окошко, очищенное от сена ладонью. Дети бежали следом, ора: «Сенная карета едет!». Собаки лаяли с недоумением. Бабушка Агния, увидев это зрелище, перекрестилась и шептала: «Юрочка совсем тронулся, бедняга. От напряжения, наверное». На ферме, пока дядя Миша крюком снимал тюк, Юрий стоял, как монумент «Электрик, Познавший Истину в Сене». Пыль щекотала ноздри. Комбинезон его превратился в подобие шубы из тимьяна и клевера. – Ну что, Повелитель Проводов, – усмехнулся дядя Миша, протягивая мятый сторублевый билет, – гонорар. Небось, легче, чем фазировку щитка делать? Юрий взял купюру. Она была теплой и пахла... сеном. Он посмотрел на свое авто, на поле, на синее небо, под которым не висели опасные провода. – Знаешь, дядя Миша, – сказал он с достоинством, вытряхивая солому из рукава, – тут хоть платят. Сто рублей есть сто рублей. И короткого замыкания не случится. Разве что… – он громко чихнул, поднимая облако пыли, – …сенная лихорадка. Но это уже профессиональный риск *новой* профессии! И Юрий, Повелитель Электронов, ныне Аполлон-Сеновоз, полез обратно в свой золотистый кокон, чтобы везти следующий тюк. Его мечты о дорогих заказах сменились более прозаичной: найти противогаз или хотя бы платок побольше. А сто рублей... они теперь пахли свободой. И летним лугом. Очень, очень сильно пахли.