Знаете, бывают дни, когда я выбираю фильм не по названию, режиссёру или актёрам, а по настроению. И всё чаще замечаю, что это настроение можно описать одним словом: тоска. Но не та, что сбивает с ног и рвёт на куски, а та, что тихо садится рядом, накрывает пледом и заваривает чай. Как кадр из «Маяка» или сцена из «Мидсоммара». Вроде грустно, а почему-то красиво. И это меня интригует.
Раньше страдали иначе
Помните японское шоу Nasubi, где человек месяцами жил взаперти и выживал благодаря лотереям? Его закрыли, и слава богу. Там было откровенно жёстко, некрасиво и болезненно. Сейчас мы вроде отошли от такой жестокости, но полностью от страдания не отказались. Просто оно изменилось — стало глубже, тоньше и красивее. Уже не тело болит — болит душа, а это сложнее и... притягательнее.
Меланхолия как искусство
Философы давно говорят, что меланхолия — это не простая грусть. Это эстетический опыт, особая эмоция, где печаль соседствует с удовольствием. Смотрите на фильмы от A24, на «Эйфорию», «Афтерсан» или «Лунный свет». Там нет ни грамма фальши, но и грязи тоже нет. Всё идеально отфильтровано: цвета, свет, музыка. И мы смотрим на это не глазами, а чем-то глубже. Как будто вдыхаем.
Зачем нам грустить в кино?
А вот тут психология говорит просто: это полезно. Смотреть грустные фильмы — это как поплакать в безопасном месте. Вместо того, чтобы прятать боль, мы проживаем её через героев. И после сеанса как будто легче дышится.
И ведь правда. Мы контролируем свою печаль через экран, делаем её эстетичной и не такой страшной. Так проще. Особенно сейчас, когда тревожность стала частью жизни, а грустить — это нормально.
Сильная, грустная и нанастоящая
Ещё один тренд нашего времени: героини, которые грустят красиво и сильно. Женские персонажи в новых фильмах уже не жертвы обстоятельств. Они страдают не потому, что слабые, а потому, что живые и настоящие. Им не нужно притворяться сильными и независимыми — они уже такие. Сигарета, слегка размазанный макияж, взгляд куда-то мимо — и мы чувствуем себя так же. От Мэйр из Исттауна до «Тела Дженнифер» — их боль как наше личное признание: «Да, мне тоже бывает больно, и я не обязана это скрывать».
Мир стал темнее, это нормально
Честно говоря, мир стал сложнее. Иллюзий меньше, тревог больше. И вот, сидя перед экраном, мы вдруг находим героя, который чувствует то же самое, что и мы. Это не депрессия — это узнавание. Это как выйти на дождь не потому, что нет зонта, а потому что хочется смыть с себя всё лишнее. И, кажется, это помогает.
Просто красиво
И пусть никто не учит нас в таких фильмах жить. Пусть просто свет красиво падает, пусть музыка заставляет дрожать, а герои смотрят так, что ком в горле. Пусть кино будет местом, где боль — это не слабость, а способ почувствовать себя живым.
Может, так становится легче. Может, в этом и есть смысл.