У Татьяны появился бойфренд. Он появлялся в нашем офисе такой романтичный! В высоких резиновых сапогах, немыслимой поддергайке, потрёпанной шляпе и трёхдневной щетине. Как есть, прямо с охоты. Или рыбалки. С рюкзаком, набитым добычей. Он оставлял грязные следы на светло-серых дорожках и только улыбался во весь рот на укоризненный взгляд уборщицы тёти Маши. Он вваливался к нам в кабинет, не заморачиваясь, летучка ли у нас, онлайн-совещание или разнос от руководства. Он чуть не срывал дверь с петель и громко оповещал о своём приходе: "Привет, деф-ф-ф-чонки! Как живёте?" И хохотал.
Он был весёлый и непосредственный, как щенок хаски. Как щенок прыгает всеми четырьмя лапами, оставляет отпечатки лап на светлой рубахе и слизывает макияж горячим языком, крутя при этом шикарным хвостом. Невозможно злиться на щенка, когда он такой муся-пуся. На Танюхиного бойфренда тоже невозможно было злиться. Надо было принимать меры по минимизации ущерба и всё.
Он любил рассказывать, какая его Танюша молодец, как будто мы сами об этом не догадывались. Или какая она красавица. Или какие щи замечательные варит. Или как плавает брассом, не угнаться! Татьяна при этом краснела, опускала глаза и тихонько пыталась утихомирить кавалера: "Уймись, Валера, тихо! Люди работают! Давай дома поговорим!" Унять Валеру было невозможно, как невозможно унять громкоговоритель на улице.
Вроде он был рукастый. Танюха что-то говорила, что вроде бы он починил ей кран. Или интернет. Или замок в дверях.
Вроде он был с головой на плечах. Что-то звучало про работу и образование.
Кажется, он знал какие-то языки. Во всяком случае, появляясь в офисе, он здоровался на всех языках, вставлял иноземные словечки и выражения в речь легко и непринуждённо.
Он был шумный, неугомонный, заполнял собой всё пространство. Его было много. Я его терпеть не могла и удивлялась Татьяне. Как она, девушка воспитанная, аккуратистка, выдерживает этот хаос в лице возлюбленного? Как не утомляется?
Они планировали совместный отпуск, собирались ехать на какую-то чудесную турбазу на берегу настоящего волшебного озера. Чистейшая вода, аж дно видно. Рыба сама просит, чтобы её поймали. Сосны. И небольшой песчаный пляж. Уединённое место. Красота!
— Так хочется отдохнуть, чтобы людей немного, чтобы без ночных дискотек и криков!
Татьяна и правда выглядела утомлённой, бледной. А вот бойфренд весь сиял энергией и здоровьем. Очень он мне не нравился.
С приближением лета коллега стала реже упоминать предстоящую поездку. Нервная стала, дёрганая. Стоило Валере появиться на пороге кабинета, как она вскакивала и чуть не выталкивала его в коридор. Я была сильно удивлена, увидев, как она подпихивает его в спину по направлению к выходу. Валера пытался сопротивляться, притормаживал, но Танюха была непреклонна. Она буквально выгнала его из здания.
— За что ты его так? — спросила я и тут же об этом пожалела. Вот уж воистину, язык мой! Дёрнули меня!
Однако Татьяна ответила вполне дружелюбно:
— Свет, ну не понимает человек! Просила ведь русским языком! Как человека просила: не надо приезжать на работу! Ставишь меня в дурацкое положение! Нет, не доходит. Пришлось вот так выпроваживать…
— Не слишком ли ты, мать, строга? — попыталась пошутить я. Ответа не последовало. Я снова себя мысленно обругала. А нечего лезть не в своё дело!
До отпуска оставалось всего ничего. Девчонки были в предвкушении отдыха, хвалились обновками и маникюрами. Все, кроме Татьяны. Вроде и не собиралась она на настоящее волшебное озеро с чистейшей водой и песчаным пляжем под соснами.
— Тань, вы как? Поедете на турбазу-то? — аккуратно поинтересовалась я.
— "Вы" — это кто? — в тон спросила она.
— Э-э-э… Вы с Валерой… Вы ж в отпуск на турбазу собирались? Или я путаю?
— Собирались. Теперь нет. Мне кухню ремонтировать надо!
— Вот те раз! А турбаза? Потом?
— А турбаза без меня обойдётся! — зло процедила Татьяна.
В кабинете мы остались вдвоём. Я молчала. Я не знала, что делают в таких ситуациях. Утешают? Поддерживают? А как?
Тут Татьяну прорвало.
— Знаешь, Свет, все нервы мне этот Валера вытянул! Сил нет! Он же катастрофа ходячая! Слон в посудной лавке! Торнадо! После него только бульдозером обломки убрать и начинать всё сначала!
— Да что случилось-то? Расскажи уж, раз начала!
Валера был охотник. И рыбак. И романтик. И красавец. Сам по себе один большой выигрыш.
— Приезжает с рыбалки. Полный пакет рыбы. Давай, говорит, почищу!
Те выходные Валера отлично провёл время на берегу реки. Рыба, уха. Татьяну с собой не взял. "Рыба женщин не любит!" Откуда он взял эту ересь?
— Он просто не хотел меня брать! А такая погода чудная была! Я так хотела съездить на природу! Но нет…
Татьяна погуляла сама с собой в небольшом скверике. Посетила магазин. Затарилась продуктами. Сделала уборку.
— Представляешь, сижу, отдыхаю… Устала за неделю и выходные в трудах! Короче, отдыхаю… Телек что-то показывает. Я на диване валяюсь, дремлю… И тут — здрасте вам, вот он я, Валера!
Валера приехал вечером, посвежевший, с лёгким загаром и запахом костра.
— И с рыбой. Нет, пойми, рыбу-то я люблю… Но не собиралась я ею заниматься прямо сейчас! И этот: я её тебе почищу и сам пожарю!
Татьяна опрометчиво согласилась и осталась вытягиваться на диване. Валера хозяйничал в кухне.
С громкими песнями он гремел посудой, что-то мыл, чем-то стучал. Потом с кухни потянуло запахом подгорелого масла и рыбы.
Татьяна решила таки покинуть лежанку и посмотреть, как дела с рыбой. На пороге кухни она окаменела и мгновенно разучилась говорить.
На полу стояла кастрюля. Стол завален продуктами, вытащенными из холодильника. Всё вокруг заляпано рыбьей чешуёй. Чешуя была даже на потолке. Масло на сковороде отчаянно чадило. Рыба горела. Вся квартира медленно заполнялась кошмарной вонью дешёвого общепита.
— Какого… Что ты делаешь? — выдавила из себя Татьяна.
— Слушай, я тут лук искал! — прервал песню Валера.
Татьяна выключила газ под сковородой, подняла с пола кастрюлю.
— Валера. Пожалуйста. Хватит. Всё. Не надо никакой рыбы. Езжай домой!
— Да, я, пожалуй, поеду! Устал до чёртиков! Тут чуток прихватило, но есть можно!
Валера быстренько сполоснул руки и исчез из квартиры.
— Свет, представляешь, у меня даже сил плакать не было. Он такой свинарник развёл, я и не знала, что так можно! Выбросила его рыбу и снова убирать пришлось! Всё этой гадской чешуёй заляпал!
Мне не хотелось говорить коллеге всякие банальности, вроде "не надо в кухню допускать", "а ты что, не знала?" или, ещё хуже, "думать надо". Все мы "думальщики" задним числом! Я молчала.
— А назавтра на работу с утра! И я такая, провонявшая подгоревшей рыбой!
Валера каким-то чудом сообразил, что он "ошибся".
— Это он мне так сказал: Тань, я что, ошибся? А я, дура, давай ему объяснять, что рыбу на берегу чистят! Что не ставят кастрюли на пол! Что масло не должно чадить!
— А он что?
— Решил исправиться!
— Ну вот! Хорошо же?
— Хорошо! Только не очень! Он дубль сделал! На следующие выходные снова припёрся вечером, снова с рыбой!
— А ты?
— Говорю же: дура! Говорю ему: спасибо, оставляй, я потом займусь! А он: нет, давай я хотя бы почищу!
— А ты?
— Выгнала его, вместе с рыбой!
Мы помолчали.
— А турбаза? Может, помиритесь ещё? А то придумала, ремонт в отпуске делать!
Татьяна усмехнулась.
— Знаешь, подруга, отдохну-ка я пока от этих экспериментов и романтики! С ремонтом погорячилась немного, но и Валеры было слишком много! Лучше я на скалодром пойду! И полезно, и весело, и на свежем воздухе и никакой рыбы! Присоединяйся, если заскучаешь!
Скалодром, скалодром. Скалодром дело хорошее! Надо подумать!
Все имена, события, выдуманы, совпадения случайны.
Из черновиков к роману "Подслушано в городе N"