Найти в Дзене

О святости Божией в Ветхом Завете

Божественное Откровение, явленное в Священном Писании Ветхого Завета, есть неиссякаемый источник богопознания, в коем Господь, по неизреченной милости Своей, открывает Себя тварному миру через священные имена и свойства. Хотя сама Божественная сущность, по учению Святой Церкви, пребывает непостижимой для ограниченного человеческого разума, тем не менее, через богодухновенные писания мы сподобляемся прикоснуться к ведению о Нём, созерцая Его совершенства в именах, данных Им Самим. Так, Писание именует Его Любовью: «Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь» (1 Ин. 4:8), Святым: «Ибо так говорит Господь Бог, Святой Израилев» (Ис. 30:15), Всемогущим: «Я Бог Всемогущий» (Быт. 17:1) и иными именами, возвещающими Его неизреченные совершенства. В святоотеческом предании Божественные свойства именуются онтологическими, ибо они относятся к самой сущности Божией (от греч. ὄντος – сущее). К таковым относят вечность, самобытность (независимость от чего-либо), бесконечность, вез

Божественное Откровение, явленное в Священном Писании Ветхого Завета, есть неиссякаемый источник богопознания, в коем Господь, по неизреченной милости Своей, открывает Себя тварному миру через священные имена и свойства. Хотя сама Божественная сущность, по учению Святой Церкви, пребывает непостижимой для ограниченного человеческого разума, тем не менее, через богодухновенные писания мы сподобляемся прикоснуться к ведению о Нём, созерцая Его совершенства в именах, данных Им Самим. Так, Писание именует Его Любовью: «Кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь» (1 Ин. 4:8), Святым: «Ибо так говорит Господь Бог, Святой Израилев» (Ис. 30:15), Всемогущим: «Я Бог Всемогущий» (Быт. 17:1) и иными именами, возвещающими Его неизреченные совершенства.

В святоотеческом предании Божественные свойства именуются онтологическими, ибо они относятся к самой сущности Божией (от греч. ὄντος – сущее). К таковым относят вечность, самобытность (независимость от чего-либо), бесконечность, вездеприсутствие, неизменяемость, простоту и прочие. Святитель Григорий Нисский наставляет: «Веруем, что Оно (Божество) просто, единообразно и несложно, и не усматриваем в Нем никакого сочетания и сложения из неисходного».

Бог в Писании именует Себя Творцом («Бог… есть Творец всего» – Иер. 10:16), Истиной и Царем («Господь Бог есть истина; Он есть Бог живый и Царь вечный» – Иер. 10:10), Вечным («призвал там имя Господа, Бога вечного» – Быт. 21:33). Множество этих имен не означает, однако, разделения в Божественном естестве, но являет нам абсолютную полноту Его бытия, к коей тварь может лишь благоговейно прикасаться в смиренном созерцании.

Так, Бог есть полнота любви, но в Нём же пребывает и полнота премудрости, вечности, блаженства, святости – и ни одно из свойств не умаляет другого, ибо в Нём нет никакой неполноты или противоречия, но лишь совершенная, непостижимая для человека гармония.

Святость как сущностное свойство Божие

Особое место в Ветхом Завете занимает учение о святости Божией, которая есть неотъемлемое свойство Его природы. Пророк Осия возвещает: «Я – Бог, а не человек; среди тебя – Святой» (Ос. 11:9). Святость Господа столь непреложна, что грех не может предстоять пред Ним, о чём свидетельствует Иисус Навин: «не возможете служить Господу, ибо Он, Бог святой, Бог ревнитель, не потерпит беззакония вашего» (Нав. 24:19).

Всё, что соприкасается с Богом, освящается: свята гора Его («кто может обитать на святой горе Твоей?» – Пс. 14:1), свят храм Его («на святой горе Бога моего» – Дан. 9:20), свят народ Его («ты народ святой у Господа, Бога твоего» – Втор. 14:2). Таким образом, святость Божия становится мерилом и для человека, призывая его к освящению в подражании Тому, Кто есть Свят, Свят, Свят (Ис. 6:3).