Арбитражный суд Владимирской области взыскал с участника ООО «Славянская аптека» Игоря Варламова 165 млн рублей по договору о внесении вклада в имущество компании.
Решение может усилить позиции остальных акционеров в затянувшемся корпоративном конфликте вокруг фармацевтического предприятия.
Спор длится уже несколько лет. В 2021 году Варламов приобрел 30% долю в компании за символические 30 тысяч рублей, одновременно обязавшись внести в качестве инвестиций 270 млн рублей. Но после частичного исполнения обязательств на 130 млн рублей платежи прекратились.
Суд отклонил доводы Варламова о недействительности сделки. Судья признала его поведение «очевидно непоследовательным и противоречивым», поскольку два года он добросовестно исполнял договор.
Интересно, что Варламов одновременно является генеральным директором компании-должника. Получается классическая ситуация: руководитель не взыскивает долги с самого себя. Остальные участники вынуждены действовать через суд.
По мнению эксперта по корпоративным конфликтам Дмитрия Орищенко, публичность судебного процесса может заставить должника пойти на переговоры и урегулировать спор во внесудебном порядке.
Параллельно идет процедура банкротства компании по заявлению кредиторов на 24 млн рублей. Это создает дополнительное давление на участников конфликта.
Варламов также контролирует ООО «Космофарм», которое ранее авансировало поставки «Славянской аптеки» на полмиллиарда рублей. Эти отношения стали предметом отдельных судебных разбирательств.
ООО «Славянская аптека» — производитель лекарственных препаратов и БАДов. Основана в 2000 году во Владимирской области. Финансовые показатели за 2024 год: выручка 816 млн рублей, чистая прибыль 43 млн рублей, баланс 754 млн рублей. Структура собственности: Игорь Варламов — 30%, Оксана Шолтырева — 22%, Дмитрий Зимин — 13,75%, остальные участники владеют долями от 11% до 12%.
За прошлый год компания участвовала в 9 арбитражных процессах на общую сумму около 90 млн рублей. Крупнейший спор — с ООО «Тривиум-XXI» на 377 млн рублей по вопросам интеллектуальной собственности.