Он лежал в пыли такой ненужный,
Серый, словно день с дождём – унылый.
Из-под рыб, с названием горбуша,
Целлофан, с душою, но бескрылый.
Разорили, надорвали грубо,
И в утиль, кому какое дело,
Что внутри ещё живого трупа
Огоньком желанье тихо тлело.
О полёте, в голубое небо,
Что манило и звало украдкой,
Только в мусор из-под ширпотреба
Полетел, не стиранный, с достатка.
И затих, с мечтой уже расстался,
Небо сверху обронило слёзы.
Только ветер грубо надругался,
По асфальту протащил и бросил.
Побродил, потом опять вернулся,
До краёв наполненный мечтою
Вдруг взлетел пакет, не обернулся,
Заиграл на солнце белизною.
Парусов, что заменяли крылья,
Оторвался от земного сора.
Выше, выше в теле сила птичья,
Смешанная с грацией танцора.