На первом этапе глобальной торговой войны, начатой США, Латинской Америке удалось избежать катастрофы вопреки Трампу
Дональд Трамп 2 апреля явился в саду Белого дома, чтобы объявить о новых тарифах в отношении 185 стран мира, которые «на протяжении десятилетий грабили нас так, как ни одну страну в истории не грабили». Этот день президент назвал «Днем освобождения». Решение, как заверил Трамп, изменит глобальную торговлю на месяцы, если не на годы вперед.
Колумбийский кофе, черника из Перу, аргентинское вино и стейки, эквадорские креветки, боливийский литий, перуанское серебро и чилийская медь — вот лишь некоторые из латиноамериканских товаров, на которые правительство США ввело пошлины в размере 10%.
Мексика не вошла в список взаимных тарифов, объявленных Трампом, поскольку ранее он ввел 25%-ные тарифы на мексиканские сталь, алюминий и автомобили.
Почти все латиноамериканские товары будут облагаться пошлиной в размере 10%, что является минимумом, установленным Белым домом в эту новую эру международной торговли, которая разрушает десятилетия системы, основанной на правилах, регулирующих введение тарифов.
Обычно страны прибегают к этой мере, когда хотят защитить отечественные компании на том основании, что существует несправедливая конкуренция со стороны других стран.
Однако на этот раз правительство США нарушило правила и решило в одностороннем порядке обрушить тарифный ураган практически на весь мир.
Новая тарифная война США вызвала неопределенность на рынках, приостановку инвестиций, сомнения в будущем обменного курса и беспокойство по поводу того, как отреагируют наиболее пострадавшие страны.
Латиноамериканские государства оказались в числе наименее пострадавших, за исключением Венесуэлы и Никарагуа, которые должны будут платить соответственно 15% и 18%. И не по экономически конкурентным, а по чисто политическим мотивам.
По тем же причинам, несмотря на базовый для большинства латиноамериканских товаров, ввозимых в Соединенные Штаты, тариф, новая политика пошлин предполагает исключения из правил.
Среди товаров, за которые на данный момент не будут платить пошлину, — медь, фармацевтические товары, полупроводники, изделия из дерева, золотые слитки, энергоносители и другие полезные ископаемые, недоступные в США.
Эксперты нефтяного сектора считают, что отсутствие в тарифной сетке статьи «энергоносители» предполагает, что экспорт нефти не пострадает.
В целом с началом тарифной войны Латинская Америка оказалась на «перепутье трех дорог» — в США, Европу или в Китай. Причем последний путь — самый соблазнительный, но опасный из-за североамериканских санкций. Дорога в США — проверенная, но грозящая «потерей девственности» из-за непредсказуемой политики Дональда Трампа. Европа — во всех смыслах самый безопасный, но ненадежный вариант.
Независимо от того, будет ли регион процветать в следующем году или вступит в легкую рецессию из-за торговой войны, Латинская Америка и страны Карибского бассейна сократят свою зависимость от США и укрепят внутрирегиональные связи, а также торговые отношения с остальным миром.
Важный момент. «За последние два десятилетия процесс интернационализации латиноамериканских компаний приобрел все большую актуальность на мировой экономической арене. Движимые необходимостью диверсифицировать рынки, снизить подверженность региональным рискам и воспользоваться новыми торговыми и технологическими возможностями, многочисленные компании в регионе начали искать пути развития за пределами своих национальных границ», — отмечается в последнем отчете Global Latam за 2025 год. По его данным, прямые иностранные инвестиции, выпущенные Латинской Америкой, достигли в 2024 году 53,035 миллиарда долларов, что представляет собой рост на 50% в годовом исчислении.
По последним прогнозам МВФ, рост в Латинской Америке и Карибском бассейне составит 2,0% в 2025 году, а затем вырастет до 2,4% в 2026 году,что вдвое больше, чем в Европейском Союзе, и выше, чем в Соединенных Штатах и в среднем по развитым странам.
На первый взгляд Трамп не делал большого различия между своими противниками и союзниками:
левые президенты Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва и Колумбии Густаво Петро оказались в том же положении, что и правые друзья-президенты Аргентины Хавьер Милей и Сальвадора Найиб Букеле. В одной упряжке с ними — Панама и Эквадор, где доллар США ходит в качестве национальной валюты.
На французских заморских территориях — острове Мартиника и во Французской Гвиане — тарифы оказались ниже, чем во Франции, а значит, открывают лазейки для обхода высоких тарифов на поставки французских товаров через заморские территории.
Причем администрация Трампа рассматривает возможность обложения более высокими пошлинами товаров, в том числе комплектующих, из Азии, проходящих через страны Латинской Америки.
Все эти проблемы свидетельствуют о том, что над 10-процентной базовой ставкой, в частности, для Латинской Америки и Карибского бассейна, в Белом доме особо не задумывались.
На фоне всех этих проблем и неопределенностей базовый тариф в 10% выглядит не так обнадеживающе. Если Латинская Америка и выиграет в этой торговой войне, то не благодаря, а вопреки политике Трампа.
Когда президент Трамп заявил из Овального кабинета, что страны Латинской Америки «нуждаются в нас гораздо больше, чем мы нуждаемся в них», он сильно преувеличивал. Недавние «тарифы в честь Дня освобождения» имеют ярко выраженный латиноамериканский оттенок и содраны им из проводимой в 1950-х годах странами Латинской Америки программы «Индустриализация с замещением импорта» (ISI), которая, вводя высокие пошлины, была направлена на развитие отечественной промышленности для замены импортных товаров с целью достижения экономической независимости и стимулирования местного производства.
Существует вероятность того, что тарифы Трампа являются в первую очередь политическим инструментом, а не экономической политикой. Президент может предоставить льготы по тарифам компаниям, которые так или иначе поддерживают его более масштабную политическую программу. Если Трампу удастся принудить такие компании к крупным инвестициям в ключевые отрасли, они фактически станут проводниками государственных инвестиций. Это серьезный риск, но только так его тарифный план может сработать, считают аналитики.
«Кажется, что регион [Латинская Америка] находится в лучшем положении, чем остальные. Но в любом случае мы столкнемся с глобальным спадом в торговле», — заявил в интервью BBC World Джоан Домен, главный экономист Oxford Economics по Латинской Америке. «Экономический спад в Соединенных Штатах, одного из основных торговых партнеров региона, напрямую повлияет на экономику Латинской Америки», считает эксперт.
Экономики настолько взаимоувязаны, что если рост в США снизится или произойдет рецессия, Латинская Америка это сразу почувствует на себе. Инвестиционная компания JP Morgan уже сейчас прогнозирует 60-процентную вероятность рецессии в США в этом году.
В чем интрига подобных разворотов?
Наиболее вероятное объяснение состоит в том, что одержимость Трампа тарифами связана не с торговлей, а с властью.
«Вводя непомерные налоги на иностранные товары, он заставляет всех — иностранные правительства, крупные корпорации и даже профсоюзы США — пресмыкаться у его ног, выпрашивая для себя послабления. Причем он и только он может решать, кто заслуживает поблажки, а кто нет», пишет обозреватель по международным вопросам газеты Miami Herald Андрес Оппенгеймер.
Тем временем латиноамериканцы, радующиеся временной передышке в тарифных войнах Трампа, рискуют упустить из виду более масштабную картину — возможную глобальную рецессию, которая не пощадит никого, в том числе и Соединенные Штаты.
Автор: Юрий Строев