Найти в Дзене
Антиглянец
26,7 тыс подписчиков

Скучную сьемку Педро Паскаля для Vanity Fair видели все, а вот и пересказ профайла на него

7
~1 мин
Скучную сьемку Педро Паскаля для Vanity Fair видели все, а вот и пересказ профайла на него. Педро Паскаль давно больше, чем просто актёр - он мем, объект желаний и эталон «уязвимой маскулинности». В Vanity Fair он честно говорит о страхе, одиночестве и своей странной славе: «Мне 50, у меня тревожность, я устаю, и вообще это всё до сих пор кажется сном». На встрече актер сразу обнимает журналистку вместо рукопожатия, шутит, предлагает коктейль, а усаживая в машину, говорит с улыбкой: «Бэйби, я беру тебя на свидание!»За столом болтает, ест сыр, игнорируя собственные попытки «держать диету», и между делом вдруг легко уходит в самые тяжёлые темы - про мать, ушедшую из жизни, когда ему было 24: «Я иногда словно ощущаю её присутствие - без неё этого всего бы не было». Почему мир так в него влюблён, пытаются объяснить со стороны. Режиссёр Спайк Джонз формулирует это просто: «Он - это то, чего мы ждали от новой маскулинности. Он сразу раскрывается, без брони. И ты начинаешь ему доверять».

Скучную сьемку Педро Паскаля для Vanity Fair видели все, а вот и пересказ профайла на него.

Педро Паскаль давно больше, чем просто актёр - он мем, объект желаний и эталон «уязвимой маскулинности». В Vanity Fair он честно говорит о страхе, одиночестве и своей странной славе: «Мне 50, у меня тревожность, я устаю, и вообще это всё до сих пор кажется сном».

На встрече актер сразу обнимает журналистку вместо рукопожатия, шутит, предлагает коктейль, а усаживая в машину, говорит с улыбкой: «Бэйби, я беру тебя на свидание!»За столом болтает, ест сыр, игнорируя собственные попытки «держать диету», и между делом вдруг легко уходит в самые тяжёлые темы - про мать, ушедшую из жизни, когда ему было 24: «Я иногда словно ощущаю её присутствие - без неё этого всего бы не было».

Почему мир так в него влюблён, пытаются объяснить со стороны. Режиссёр Спайк Джонз формулирует это просто: «Он - это то, чего мы ждали от новой маскулинности. Он сразу раскрывается, без брони. И ты начинаешь ему доверять».