Петух Тихон проснулся в 4:59, как и положено порядочному петуху. Потянул шею, расправил крылья, зевнул. Потом ещё раз зевнул. Потом сел на насест и задумался.
— А с чего это я, собственно, должен всех будить? Я что — будильник на ножках? Или может, куриная версия МЧС?
Он не задавался этим вопросом ни разу за семь лет. С рождения — кукарекать. На третий день жизни — уже тренировался на тараканах. В месяц жизни — будил щенка. А как только голос прорезался, так с тех пор и орёт каждый божий день. И ведь не спасибо тебе, не “молодец, Тихон”, не “вот тебе, Тихон, тёплый шарфик — голос берегите”. Только недовольные ворчания — “опять орёт”, “петушиная тревога”, “в субботу ж, дайте поспать”.
— Нет, — сказал он, глядя в темноту, — пора подумать и о себе. Хватит. Баста. Ку-ка-революция.
Он лёг обратно, закинул лапку за лапку, положил клюв на подушку из соломы и задремал. Впервые за долгие годы — без внутренней тревоги “не проспи деревню”.
Через сорок минут корова Дуся стояла в стойле и щурилась на окно.
— Ну? — сказала она вслух. — Где “Ку”? Где "Ка"? Где “Ре”? Где “Ку”? Сбой в системе что-ли.
Она попробовала мычать сама, вдруг кто подхватит. Получилось слабо. Гуси подумали, что это сигнал к побегу, и поползли под забор. Кот Мурзик открыл один глаз, посмотрел на часы и пожал плечами.
— Ну раз петух молчит — значит, выспаться можно.
Он накрыл голову хвостом и вырубился на глушняк.
Пёс Бублик дрых в будке. По расписанию в это время он уже должен был прогнать голубей с крыши сарая. Но кто теперь знает, сколько времени? Мир без петуха — как каша без соли. Вроде всё на месте, но как-то не то.
Тем временем Тихон уже второй раз спал. Сны были странные: он пел в оперном театре, дирижировал симфоническим оркестром из индюков и водил экскурсии по зернохранилищу. Он проснулся в прекрасном настроении, посмотрел в окно — солнце уже высоко, дети идут в школу в шлёпанцах, корова орёт на весь двор.
— Вот это я выспался! — сказал он бодро. — Утро без моего “кукареку” — и мир не рухнул. Класс!
Он вышел во двор. Кур нет. Обычно его встречали — “Тихонушка, как ты спал?”, “Тихон, как голос?”, “Тихон, спасибо за вчерашнюю кукареку!” — но нет. Тишина. Даже цыплята не бегают, как будто вся жизнь вымерла. Лишь Дуся злобно грызла швабру, которую нашла в углу.
— Э, Дуся, ты чего?
— Я? А чего я? Я, между прочим, не коровий петух! Я думала, ты умер или в отпуск в Турцию улетел!
— С чего ты взяла?
— Потому что ВСЁ! ВСЁ ПРОСПАЛИ! Вася вовремя трактор не завёл, Бублик в будке врос в пол, гусята попадали в колодец, Мурзик, говорят, в библиотеке заснул между книгами! — Это конец! — истерично хрюкнул кто-то из дальнего сарая. — Началась деревенская анархия! Разруха!
— Ну, мне просто... надоело.
— Надоело?! А мне что, не надоело давать молоко два раза в день? Гусю не надоело шипеть просто потому что он гусь? У всех работа, Тихон! Мы ж без тебя, как без Wi-Fi!
Петух почувствовал укол совести. Он прошёл по двору, заглянул в курятник — курицы все разом валялись на полу, как будто после вечеринки. В сарае козёл Мотя сидел, глядя в стену, и бормотал “молоко не пошло, потому что не было сигнала начала дойки”. Даже мыши в подполе выглядывали и орали “Чё происходит? Чё за анархия?!”
Он поднял клюв вверх, посмотрел на небо. Солнце уже жарило очень сильно, как в августе. Он пошёл к Бублику.
— Бублик, братан, ты чего лежишь?
— Я? Да я всё. Я не знаю, когда вставать. Ты же не прокукарекал — я подумал, классно, спим дальше.
— Не спим дружок. Просто... перерыв у меня, понимаешь?
— А нельзя было предупредить? — перерыв у него...
— А ты меня хоть даз предупредил, что будешь гоняться за своим хвостом два часа подряд?
— Это у меня терапия. Снимаю стресс. А ты у нас самый главный по расписанию.
Петух сел. Он оглядел двор. Всё не то. Всё как будто... без смысла.
К нему подошёл Мурзик.
— Слушай, Тихон. Ну и ну. Я тебя не люблю, ты знаешь. Ты мне мешаешь спать с самого детства. Но! Когда ты не кукарекаешь — я забываю, кто я. Кот, который мышей ловит, или кот который охраняет дом? Я не понимаю.
— Мурзик, ты драматизируешь.
— Нет, я философствую. Возвращайся, Тихон. Будь нашим якорем. А то без тебя — всё не так. Даже солнце не понимает, подниматься ей, или ещё рано?!
Петух вздохнул. Он понял.
На следующее утро, когда первые лучи солнца только дотронулись до забора, когда Бублик ещё сопел носом в подушку, когда Мурзик только начал переворачиваться на другой бок — Тихон встал. Он встал, отряхнулся, расправил плечи, прочистил горло, залез на плетень и с таким вдохновением закричал:
— КУ-КА-РЕ-КУУУУУУ!
Эхо пронеслось по всей деревне.
Куры подскочили и начали хлопать крыльями. Бублик выскочил из будки с радостным лаем. Мурзик с облегчением фыркнул: “А, ну всё, я котяра, слава богу”. Дуся замычала на два тона выше обычного. Даже трактор завёлся с пол-оборота. Или Вася забыл его заглушить — это уже неважно.
Тихон стоял на плетне, глядя на всё это, и тихо сказал себе:
— Ну, ладно. Пусть орут, что я громкий, что мешаю. Но если без меня вы как чай без заварки... значит, я нужен. А значит — кукарекать мы будем. До пенсии. А потом — лекции читать.
Он гордо шагнул вниз и пошёл завтракать. Всё-таки герой должен питаться хорошо.
Вот так и вышло, что петух Тихон понял — важен он не только потому, что громкий, а потому что делает нужное дело. Иногда то, что нам кажется скучным или надоедливым, на самом деле очень важно для других.
А ещё Тихон понял: быть нужным — приятнее, чем просто отдыхать. Даже если вставать приходится раньше всех.
✔️ Подпишитесь ребята, ставьте лайк, а также вы можете заказать
сказку по своему желанию. Пишите, давайте идею, будем думать. 🔗 Переполох на базаре: приключения хитрого мужика и умной свиньи.