«Оттого многие из вас болеют и умирают»: что имел в виду апостол Павел?
Апостол Павел писал: «оттого многие из вас немощны и больны, и немало умирает». Эти слова стали для многих не дверью к таинству, а преградой. Но что на самом деле стоит за этим предостережением?
Апостол говорит не о том, что причастие может быть опасно само по себе. Не святое Таинство вредит человеку, а его внутреннее состояние. Недостойное причащение — это не когда ты грешник. Это когда ты подходишь без веры, без страха Божия, без желания соединиться с Христом. Как к ритуалу, как к привычке, как к символу — а не как к реальному телесному единению с Богом.
Христос соединяется с нами не за заслуги. Не потому, что мы вычитали каноны, постились и подготовились по всем пунктам. Он соединяется по любви. Потому что знает, что без Него мы не выживем. Таинство — это не венец святости, а источник силы. И если ты подходишь к чаше, осознавая свою немощь, свою недостойность, но с верой — ты и есть тот, ради кого совершается Литургия.
Парадокс христианства в том, что именно признание своей негодности делает нас пригодными. Только тот, кто понимает, что не может без Бога, готов встретиться с Ним в причастии. А тот, кто думает, что уже достиг, может оказаться дальше всех.
Если ты не причащаешься — в тебе нет жизни. Так говорит Сам Христос: «Кто не ест Моей плоти и не пьёт Моей крови — не имеет в себе жизни». Вот где настоящая опасность. Не в чаше — а в её отсутствии. Не в том, чтобы подойти недостойным, а в том, чтобы не подойти вовсе.
Первые христиане причащались каждый день. Потому что знали: в этом смысл. Не в проповеди, не в правилах, а в единении с Христом. Мы сегодня забыли, зачем приходим в храм. Думаем, что постоять и послушать — уже достаточно. Но храм — это стены вокруг Евхаристии. Литургия — это огранка Таинства. А причастие — это жизнь.
И если ты живой, если ты хочешь быть с Богом, если ты любишь — подходи. Не по дерзости, а по вере. Не по праву, а по милости. Ибо для того и пришёл Христос — чтобы соединиться с нами. Не потому, что мы достойны, а потому что Он — Любовь.