Лилька грустно дошла до первой попавшейся скамейки в сквере села поставив перед собой изношенный чемодан и разрыдалась в голос не обращая внимания на окружающих.
Лилька конечно понимала что слезами горю не поможешь но эти слёзы накапливались в её душе целый год да и идти ей было некуда. Родители хоть и жили недалеко от города жить с ними было невозможно — они были алкоголиками опустившимися на самое дно готовыми продать родную дочь за бутылку вина. Если бы не бабушка Марта Гавриловна человек с большой душой неизвестно как бы сложилась её жизнь.
Бабушка Марта была единственным светлым пятном в жизни Лили. Отец и мать очень любили гостей и шумные компании сборища друзей были их естественной средой обитания и неотъемлемой частью жизни сначала всё казалось безобидным собравшись люди хотели отметить праздник и повеселиться такие жизнерадостные! Но с появлением Лилечки они не изменили своим привычкам ребёнок не мешал им проводить часы за посиделками с друзьями под вино петь под гитару и курить малышка постоянно была мокрая и голодная. Марта Гаврииловна пытавшаяся убедить сына и невестку взяться за ум хотя бы ради ребёнка получала в ответ хамские заявления типа «Это наш ребёнок как хотим так и воспитываем». Однако когда однажды она не выдержала выхватила из кроватки орущую мокрую и голодную Лильку и заявила: «Ребёнка назад не получите пока пить не бросите», ей никто не возразил. Весёлый папаша и мамаша даже обрадовались забери мать нам не жалко гоготали они поддержанные всей компанией. Так что неудивительно что никто не взялся за ум и Лиля осталась жить у бабушки.
У бабушки Марты было хорошо и спокойно в доме всегда вкусно пахло пирогами а ещё бабушка шила кукол они были разные грустные весёлые мальчики и девочки в нарядных платьицах и хулиганских костюмчиках. Лиля с интересом наблюдала как бабушка колдует над созданием своих маленьких друзей она даже помогала сначала складывала лоскуты по просьбе бабушки чтобы они сочетались по цвету потом бабушка стала доверять ей приклеивать куклам глазки и наряжать их в новую одежду. К двенадцати годам Лиля уже сама делала своих собственных кукол а по выходным они с бабушкой Мартой отправлялись в центр города на набережную где продавали свои изделия в качестве сувениров лучше всего продавалась парочка моряк и морячка весёлые куколки в бескозырках с названием их курортного городка эти куколки кстати придумала Лиля бабушка ужасно гордилась своей внучкой и всем рассказывала что это Лилина идея.
Но почему-то всё хорошее быстро заканчивается однажды у Марты Гавриловны случился сердечный приступ её отвезли в больницу и домой она больше не вернулась. Бабушка не успела распорядиться своим домом ведь она не собиралась покидать этот мир она надеялась что успеет написать завещание в итоге дом достался её сыну а Лилю отправили в детский дом поскольку её родители оказались в таком состоянии что слово «скотское» было бы слишком мягким тем не менее несмотря на своё состояние Лилин отец собрал остатки воли и принял наследство потому что деньги были очень нужны затем бабушкин дом успешно продали а вырученные деньги потратили в кругу единомышленников. От бабушки Лиле остались лишь несколько кукол старый потёртый чемодан и умение творить.
В детском доме Лиле было непросто единственным утешением стал кружок где шили кукол это стало для неё настоящей отдушиной и связью с бабушкой Мартой.
После выпуска из детского дома Лиля оказалась некуда идти. Предполагалось, что она должна жить с родителями по месту регистрации. Но едва войдя в подъезд и увидев облезлую дверь и услышав пьяные голоса из квартиры, она тут же развернулась и ушла. Её приютила подруга Света, которой, как круглой сироте, выделили жильё. «Живи сколько хочешь», — просто сказала она, привыкшая считать, что всё общее.
Лиля устроилась помощницей швеи в ближайшем отеле, а получив от государства подъемные средства, купила швейную машинку на маркетплейсе и вновь занялась любимым делом — изготовлением кукол. К счастью, в мастерской было много лоскутков тканей. Именно там Лиля повстречала свою судьбу. Во всяком случае, тогда ей так казалось…
Высокий, красивый блондин, словно сошедший с обложки модного журнала, пришел заказать супер-пупер джинсы. Лиля должна была снять мерки. Валерий осыпал её комплиментами о её необычайной красоте и тонких пальчиках, и Лиля буквально таяла от такого внимания. Он проявлял искренний интерес, когда приходил на примерки, а получив готовый заказ, пригласил её на свидание. О, как счастлива она была! Казалось, наконец-то судьба улыбнулась ей, как та избушка из сказки.
Их отношения стремительно развивались и укреплялись. Валерий клялся в любви, однажды предложил ей руку и сердце и даже пригласил познакомить с матерью.
Однако Альбина Аркадьевна явно ожидала увидеть на пороге совсем другую девушку. Увидев перед собой молоденькую женщину в простеньком платьице из недорогой ткани, она поняла, что образ дочери простого народа совершенно не соответствует её представлениям о сыне-красавце из элиты общества. Впрочем, Альбина Аркадьевна вовсе не была выдающейся учёной или талантливой певицей. Она всего лишь обычная секретарша, некогда удачно вышедшая замуж за отца Валерика, уведя его из другой семьи. Что уж говорить… Теперь сын её достоин лучшего, чем эта бродяжка!
К счастью, Лилия благоразумно скрыла тот факт, что её родители живы и продолжают весело проводить время в своём жалком существовании. Иначе фи-фи-фи, неопределённо произнесённое Альбиной Аркадьевной с порога, немедленно переросло бы в громкое «фу-фу-фу», адресованное лично девушке.
Но глаза будущей свекрови ненадолго загорелись восхищением, когда Лиля извлекла из сумки маленький подарок — собственноручно выполненную куклу-аристократку. «Ах, какая!» — не успела договорить женщина, пока Валерий гордо выпятил грудь и похвастался матери: «Это Лиля сама делает. Правда красиво?»
Настроение Альбины Аркадьевны моментально изменилось. Восторг мгновенно испарился, уступив место презрению и высокомерию. «Симпатично, конечно, но цвета подобраны как-то безвкусно…» — отметила она, вспомнив вдруг, что приличная дама обязана держать своё мнение при себе, и завершила: «Ничего, милочка, ещё научишься. Хотя вряд ли вас могли чему-то хорошему научить в детском доме».
Последняя фраза стала своеобразным рефреном, звучащим изо дня в день в исполнении Альбины Аркадьевны.
После свадьбы Валерий привел Лилю знакомиться с матерью. Девушка отчаянно сопротивлялась, уговаривая мужа подождать, утверждая, что будет лучше позже. Если они будут жить отдельно, а к маме можно будет ходить в гости по выходным. Но Валерий настаивал: «Моя мама — добрейший человек. Она всегда поможет деньгами, даст ценный совет. Поверь мне, она не злой человек, просто иногда не думает, что говорит. Ляпнет какую-нибудь гадость, а потом жалеет». И Лиля сдалась. Любимый человек просит, да ещё утверждает, что это ненадолго.
Но вскоре Лиля поняла три вещи. Всё, что говорила Альбина Аркадьевна, произносилось намеренно, и она никогда не сожалела об этом. Молодой супруг не собирался переезжать на съемную квартиру или куда-то ещё от мамы, которая регулярно радовала его деньгами. Валерик тратил их исключительно на себя. Заступаться за Лилю в этом доме никто не собирался. Девушка почувствовала себя в роли — как это по-русски называется? — «Эй, ты не так стоишь, не так посмотрела, мало соли добавила в суп, пересолила». Дошло до того, что Лиля боялась сходить в туалет дома, потому что Альбина Аркадьевна словно караулила невестку и едва та успевала уединиться, как тут же стучала в дверь и кричала: «Лиля, ты здесь не одна! Не устраивай очередь!»
Поэтому Лиля, просыпаясь пораньше, мчалась на работу, чтобы успеть там умываться и посещать уборную до прихода остальных сотрудников.
Но даже самое терпеливое сердце не способно выдерживать вечные придирки. Лиля терпела почти целый год, и в один момент не выдержала. Хотя можно сказать, что она чуть-чуть не сорвалась. На её месте другая женщина возможно устроила бы настоящий скандал, чтобы муж и свекровь получили по заслугам. А Лиля просто решила поговорить с мужем откровенно и объяснить, как ей тяжело. Но не успела. Первым заговорил Валерик: «Послушай, Лиля, я понимаю, что в детском доме вам не объясняли таких вещей, но, пожалуйста, не хами моей маме. Она постоянно плачет и пьёт валерьянку».
Лиля была в шоке. «Что я хамлю твоей маме?» — спросила она. «Если хочешь знать, она меня просто изводит, а я терплю. Нет, но посмотри на эту наглость!» В комнату влетела Альбина Аркадьевна с пузырьком лекарства в руках и полотенцем на голове, чтобы наглядно продемонстрировать, как у неё болит голова. «Да ты постоянно мне хамишь! Один твой взгляд чего стоит, а тон, каким ты отвечаешь! Ты даже молчишь, как хобалка с рынка! Вот видишь, Лиля, у тебя просто не хватает воспитания, чтобы понять, что ты делаешь не так», — с притворным спокойствием произнёс Валерик.
Но Лиля уже не могла сдерживаться. «Ах, у меня не хватает воспитания?! Ах, я хамка?! Ну тогда я не буду себя сдерживать!» И Лиля вылила на головы родственников, ставших для неё бывшими, такую тираду, что любой детдомовец позавидовал бы. Она доступным языком объяснила им, кто они такие и куда им следует идти, не забывая бросить в бабушкин чемодан свои немногочисленные вещи. «Вот видишь, сынок, я же тебе говорила, с кем ты связался», — услышала Лиля голос бывшей свекрови, когда бросала на банкетку ключи от дома и уходила навсегда.
«Почему ты плачешь?» Рядом на скамейку присела пожилая женщина, прищурив один глаз с интересом разглядывая Лилю из-под нахмуренных седых бровей. Лиля быстро вытерла слёзы и молча уставилась на старушку, но та, казалось, прочитала её мысли. «А может, и не надо говорить? Посорилась с родными, выбежала из дома, а идти некуда?» Да, Лиля молча кивнула. И вдруг её снова потянуло на разговор. Она рассказала незнакомой женщине всё, что с ней произошло. «Предлагаю пойти ко мне», — резко предложила старушка.
— Мне нужна помощница. Я старая, сил уже не хватает. В дом престарелых не хочу, там зачахну. Буду платить, а ты будешь жить у меня. Согласна?
— Конечно, согласна! — На тот момент это был лучший выход из всех, что Лиля могла придумать. По крайней мере, она так думала.
Так Лиля и стала сиделкой у Леокадии Матвеевны. Она была строгой и даже замкнутой женщиной с собственными незыблемыми правилами. Но по крайней мере она никогда не следила за тем, сколько времени Лиля проводит в туалете или ванной. Леокадия Матвеевна никогда не рассказывала о себе. В основном она давала указания: «Приготовь мне суп с клёцками, прогуляйся со мной». И Лиля исполняла. Между ними не было душевных разговоров, только короткие приказные фразы и их незамедлительное выполнение.
Однажды по просьбе хозяйки Лиля открыла шкаф, чтобы протереть пыль, и увидела множество кукол. Среди них были и знакомые ей фигурки бабушки и дедушки-моряков. Девушка интуитивно схватила их, прижала к себе и расплакалась.
— Что с тобой? — удивилась Леокадия Матвеевна.
— А откуда они у вас? — ответила Лиля вопросом на вопрос.
— Я купила их однажды на набережной. Одна женщина хвасталась, что это её внучка придумала.
— Постойте-постойте, — Лиля, проглотив слёзы, кивнула. — Да, это была моя бабушка. Её больше нет с нами.
Лицо старушки вдруг смягчилось. Кажется, в её глазах даже заблестели слёзы. Тогда между сиделкой и подопечной словно рухнула стена. Весь вечер они провели за чаем, вспоминая всё, что им пришлось пережить.
— Леокадия Матвеевна тоже испытала много горя в жизни. Её сын погиб в Афганистане, а муж умер, когда ей было сорок лет.
— Во мне тогда словно струна лопнула. Я поняла, что не могу больше терять и плакать. И я закрылась от всех. Не хотела никого видеть. Единственную радость, которую я иногда себе позволяла, — это куклы. Они не погибают, они вечны.
Лёд между двумя женщинами был разрушен. Теперь Лиле казалось, что Леокадия Матвеевна напоминает её бабушку Марту, только она стала старше. А взгляд Леокадии Матвеевны вовсе не был строгим, а наоборот — тёплым.
С поддержкой Леокадии Матвеевны Лиля сначала поступила в технологический колледж, а затем окончила институт. Она продолжала шить кукол и открыла небольшой магазинчик с сувенирами недалеко от набережной. Из скромной девушки в простом платье из дешёвой ткани она превратилась в стильную даму с сильным характером.
Однажды Валерий снова появился в её жизни с предложением. «Мама сказала, что можно попробовать начать всё сначала», — сказал он. Но Лиля рассмеялась ему в лицо и отправила обратно к маме. «Даже не представляю, как Альбина Аркадьевна будет без своего любимого сыночка. Это всё равно что отнять конфету у ребёнка», — сказала она своему бывшему жениху на прощание.
Леокадия Матвеевна прожила долгую жизнь и умерла в возрасте девяноста лет. С каждым днём Лиля открывала в характере своей спутницы что-то новое и великое, и ей хотелось быть на неё похожей. После смерти Леокадии выяснилось, что всё, что у неё было, она оставила сиделке. Однако вскоре появились родственники — двоюродные и троюродные внуки, внучатые племянники. Но умная женщина предусмотрела всё заранее.