Из воспоминаний Александра Шерстнева:
В армию меня призвали в декабре 1983 года. Я ведь не со своим призывом пошел, а на год позже. Так получилось, что в первом классе я серьезно заболел и почти полгода в школу не ходил, вот меня на второй год из-за болезни и оставили. После призыва попал на остров Даманский в пограничные войска. Сначала служил каптером, недолго, пару месяцев. Затем "приставили" к пограничным собакам, которых я кормил-поил, выводил на прогулку, занимался физподготовкой. Но тоже недолго. Перевели в поселок Приаргунск, что на границе Китая и России. И здесь началась для меня настоящая служба: политзанятия, бег в полном вооружении на 20 километров, боевая подготовка. Зимой 1984 -1985 года по всем частям, расположенным на границе, начался сбор бойцов для командировки в Афганистан в составе мангруппы. Я знал, куда предстоит ехать, но не отказался: приказ есть приказ. Из пункта сбора, расположенного в Чите, нас погрузили на самолет ИЛ-76 – и в Ташкент. Здесь ночь переночевали и сели в эшелон, который вез через Мары, Тагтабазар в Керки. Здесь мы получили обмундирование и на паромах переправились через Амударью на Кушку.
Из Кушки направили в Карези-Ильяс – место, где сходились границы трех государств: Ирана, Пакистана и Афганистана. Именно здесь проходили караваны с оружием и наркотиками. Наша задача – не пропустить караваны вглубь Афганистана! Первые дни мы были как слепые котята: не знали, что делать, куда бежать, как себя вести. Приехали с мирной жизни – и сразу на передовую. В первую же ночь нас на дежурство поставили. Отовсюду стреляют, постоянный свист пуль и грохот орудий. Мы метались и от страха, и от непонятности происходящего. Не буду скрывать: страх был, потому что не боятся только дураки. На четвертые сутки нас стали бомбить. Был приказ – стрелять в ответ, вести перекрестный обстрел. Я был наводчиком миномета, в темноте немного не довел прицел до нужной точки. Но мина угодила как раз в цель – попала в базу моджахедов, разгромив ее до основания. За это меня наградили медалью афганского правительства: прямо туда, на передовую, прилетел самолет с делегацией, и в полевых условиях вручили мне награду.
Жили в землянках, мыться было негде, потому что днем даже голову не высунешь – снайперы не дремали. А ночью был постоянный обстрел с обеих сторон. Единственное время, когда отдыхали, это время мусульманской молитвы. Можно было поесть, оправиться, косточки размять. Мы сами были страшнее моджахедов. Немытые, небритые, черные от земли и копоти. Баню смогли организовать только спустя несколько месяцев после прибытия в Карези-Ильяс. Поставили большую палатку, подвели насос. Мне поручили организовать подачу воды из источника. И вот я подошел к роднику, смотрю, возле него афганка воду набирает. А я молодой, мне интересно посмотреть на нее, ну, я и поднял ей паранджу. А старики-афганцы увидели и чуть палками меня не забили, хорошо ребята-сослуживцы отбили. Оказывается, возле священного родника ничего нельзя делать, даже разговаривать – это закон.
Нас постоянно тренировали на выносливость, заставляли бегать по 25 километров по горам, причем, с минометом на плечах. Двое несли миномет весом 120 кг, двое – плиту весом 95 кг, на которую он ставился, и один человек нес двуногу – общий вес немаленький! Однажды наш расчет совместно с расчетом автоматчиков на вертолете забросили на гору Дашак удерживать позицию. Моджахеды хотели нас скинуть с плато, где мы залегли, но мы держали оборону крепко. Стреляли из автоматов, потом гранатами подножие горы закидали. Утром смотрим – у подножия горы восемь трупов. Пока мы немного приходили в себя, смотрим – трупов уже нет! Моджахеды могли неслышно передвигаться, они же местные жители, хорошо знающие местность.
Романтики в службе было мало. Скорее, много необычного, непонятного для человека из другой страны. Забросили нас как-то в разрушенный кишлак, чтобы осмотреть местность, отыскать спрятанное оружие или людей. Мы с товарищем легли немного отдохнуть, пока другие дежурили. Просыпаюсь, смотрю – в ногах змея, свернулась кольцом и спит. Змеи любили заползать в палатку или дом, прячась от палящего солнца. Одно неверное движение – и ты мертв. Но товарищ – он на "гражданке" пастухом был - мне рассказал, какую змею стоит опасаться, а какую нет. Вот так и спали вместе со змеями.
Мой расчет спустя шесть месяцев отправили обратно, в Приаргунск. На наше место прибыл другой расчет. И в первый же день в него попала мина, убив всех пятерых. Тогда нам сказали: вы в рубашке родились. Дослуживал в своем отряде. Еще долго не мог забыть ужас Афганистана, постоянный обстрел и гибель товарищей. Придя домой, думал только об одном: я живой, я вернулся на родину.
Источник информации: riapo.ru
В оформлении использованы фотографии с сайта: mmg-karezi84-85.ucoz.ru
Уважаемые читатели! Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и делитесь своими воспоминаниями!