Глава 5. Кот в сапогах и забытая хитрость
Глава 6. Книги без имени
Портал закрылся, и Амалия оказалась… не дома.
Она стояла посреди огромной библиотеки. Потолка не было — над ней простиралось звёздное небо. Вместо пола — стеклянные мосты, под которыми двигались, как тени, слова. На стеллажах стояли книги — но без названий. У всех были пустые корешки. Ни одной подписи. Ни одного заголовка.
Книги без имени.
Амалия подошла к ближайшей. Открыла. На первой странице было написано:
«Жила-была девочка, которая...»
И дальше — пусто.
Она прошла мимо стеллажей. Тысячи книг. Все — недописанные, незавершённые, словно кто-то забыл, что должен случиться финал.
Тишина была такой плотной, что казалось — даже дыхание отзывается эхом.
Вдруг один из стеллажей дрогнул. Словно кто-то там двигался.
— Кто здесь? — спросила Амалия, крепче сжав фонарик и перо.
Из темноты вышла фигура. Высокая, закутанная в длинный плащ, с лицом, скрытым под капюшоном. Он держал огромное перо, сделанное из дыма и чернил. Вокруг него витал холод, но не от холода мурашки пробежали у Амалии — а от чего-то древнего, мрачного, чуждого.
— Ты испортила мою работу, — произнёс он голосом, похожим на шорох сухих страниц. — Сказка за сказкой… ты возвращала их к жизни.
— Кто ты? — спросила она.
Он слегка наклонил голову.
— Я — Теневой Переписчик. Я переписываю сказки. Я стираю героев, оставляю пустоты. Тысячи историй исчезают из памяти — и становятся моими. Молчащими. Без имени.
Амалия сделала шаг назад.
— Зачем?
— Потому что в молчании — порядок. В хаосе фантазии — страх. Люди забывают. Я помогаю им забыть. Убираю всё лишнее: чудеса, веру, добро. Скука — лучший сторож.
Амалия подняла Перо Истинной Истории.
— Но они не забыли. В них что-то откликалось. Шапочка, Дюймовочка, Кот... Все они ждали, надеялись. Я просто напомнила им.
Тень усмехнулась:
— Пока ты помнишь — они живы. Но ты одна. Одна против всей Библиотеки Забвения. Хочешь бороться за каждую книгу? Ты даже не замечаешь, какую цену тебе пришлось заплатить за спасение каждого. Ты становишься старше и даже не замечаешь этого. Ты теряешь по году жизни за каждого спасённого героя сказки.
Амалия увидела своё отражение в стеклянном полу и убедилась, что Тень говорит правду. Но потом она посмотрела на книги без имён. На пустые страницы.
Затем — на Перо в своей руке. Оно пульсировало. Жило. Было готово писать.
— Ну и пусть. Я не одна, — сказала она. — За каждой сказкой стоит ребёнок, который её услышит. Я — первая. Но не последняя.
И она сделала то, что Теневой Переписчик не ожидал. Открыла одну книгу и начала писать.
«Жила-была девочка, по имени Амалия.
Она не забывала. И с каждым её словом мир становился светлее…»
Буквы начали загораться. Вспыхнул свет. Стеллажи задрожали. Книги начали возвращать свои названия. Их обложки стали яркими. Имена — чёткими.
Тень завыла. Исчезла в пыли.
Амалия осталась стоять среди возвращающихся историй. Вокруг неё — свет. Слова. Голоса. Детский смех. Песни сказок.
И вдруг она услышала голос мамы:
— Амалия! Обед готов!
Мир начал расплываться…