— Ну ты скажи, я сделаю. Чего ты злишься-то?
Вот этой фразой можно, мне кажется, мой брак и описать. Он не пьёт, не бьёт, не изменяет. Зарабатывает нормально. Всё хорошо. Но если я не скажу словами через рот, он не двинется. Хоть гром среди ясного неба греми, хоть мусорная гора вырастет у двери, хоть посуда в раковине забродит — он просто не заметит.
Это нормально разве, что человеку нужно «сказать», чтобы он вымыл за собой кружку, убрал одежду в шкаф, повесил сушиться полотенце? Лично я все это делаю на автомате. Может, у мужчин как-то по-другому голова работает?
Иногда мне кажется, что у него в голове нет папки «быт». Или как в компьютерной игре: квест не получен — задача не активируется.
Сижу на кухне, режу салат, варю суп, на сковороде котлеты жарю. Параллельно ребёнок ноет, виснет на мне, потому что спать хочет, и я ловлю себя на мысли, что у меня буквально нет свободных рук. А он сидит в комнате, листает телефон. Я захожу, говорю:
— Можешь хотя бы взять сына? Я не могу делать все сразу.
Он:
— Конечно, скажи сразу. Откуда я знаю, что тебе нужна помощь?
Не знал? А как ты думал, у нас еда сама готовится, ребёнок сам засыпает, бельё само стирается?
В этом и проблема. Ему правда надо всегда говорить. Напрямую. Чётко. Без намёков. Иначе не сработает. А если вдруг раздражаюсь, потому что в сотый раз прошу убрать за собой носки — он искренне не понимает:
— Ну ты ж не просила.
А я устала быть этим голосовым помощником. Устала быть менеджером по делам. Я не хочу каждый день расписывать ему инструкции, как будто он стажёр, а я — начальник.
Когда мы только поженились, я думала, что это просто адаптация. Что он научится, привыкнет. Но прошло шесть лет. Не научился.
Надо вымыть пол — скажи.
Надо купить молоко — скажи.
Надо наладить кран — скажи.
Надо отнести мусор — скажи.
Однажды я молча решила ничего не говорить. Просто посмотреть, сколько он выдержит. Через три дня в раковине посуда заполнила весь объём. Ребёнок ел йогурт пластиковыми ложками, потому что больше нечем. А мусор уже начал пахнуть.
Он пришёл домой, зашёл на кухню, сказал:
— А чего это у нас тут такой свинарник?
Свинарник. У нас. Как будто мы оба неделю в командировке были.
Я не выдержала и накричала. Он замолчал и обиделся.
— Ты истеришь, — сказал он. — Надо спокойно говорить – сделай то и это. Я же не отказываюсь помогать.
Я объясняю. Годы уже.
Но каждый раз одно и то же. Он будто считает: раз я дома больше, значит, я должна видеть, замечать, реагировать. А он — на подхвате. Когда попросят.
Но я ведь не хочу жить с исполнителем. Я хочу партнёра. Хочу, чтобы человек сам включался, сам замечал, сам предлагал.
Всё чаще думаю: а может, я требую невозможного?
Или он просто очень удобно устроился?
Вот и сижу, думаю: просить — легче, чем ругаться. Но каждый раз, когда прошу, чувствую, как внутри всё сжимается. Потому что устала. Потому что не хочу просить. Хочу, чтобы сам.
А как у вас?
Ваши сами замечают или тоже ждут, пока скажешь?
И это правда норма — или просто отговорка?