Глава 13
Два дня пути с караваном из Мицраима прошли без происшествий. На третий день еще до полудня караванщики увидели в стороне от дороги большой бедуинский лагерь. Как стая черных ворон, слетевшихся на падаль, темнели в долине шатры кочевников. Верблюды в пыльном мареве медленно проплыли, и на дороге остались двое всадников, которые направились к стану.
— Я никогда не видел столько палаток! — воскликнул Шевах.
— Надо сосчитать, сколько их. Хотя бы примерно, — произнесла Мирел.
— Даже если мы узнаем, сколько здесь людей, мы не сможем предупредить горожан.
— Здесь не меньше пятисот человек, — после недолгой паузы упавшим голосом сказала она.
— А у нас в городе всего пятьсот жителей. Да и то — вместе со стариками и младенцами! — заволновался Шевах.
— Если бедуины нападут… — Мирел не закончила свою фразу, она на мгновение представила, что будет, и ужаснулась.
Навстречу всадникам двинулась стража из стана, чтобы узнать, зачем они приближаются.
— Шевах, сейчас мы люди из Мицраима. Помнишь, что говорить? Не забывай называть меня «госпожа», — зашептала Мирел, делая надменное выражение лица.
— Когда я вижу их черные повязки, у меня начинает ныть в боку, — ответил слуга.
Подъехали три дюжих бедуина с закрытыми лицами, с мечами, на их поясах висели амулеты из зубов и рогов. Мирел почувствовала не столько страх, сколько отвращение, как при виде какой-нибудь мерзости.
— Мир вам! Госпожа из Мицраима хотела бы купить рабов, — бодро произнес Шевах.
Громилы перекинулись парой слов и сделали знак следовать за ними, не посчитав незнакомцев опасными. Девушке показалось, что она приближается к разинутой пасти огромного черного змея, лежащего посреди пустыни и ожидающего свою добычу, чтобы заглотить ее живьем.
***
Они остановились на пустой площадке в окружении палаток. Стражники стояли рядом, готовые в любой момент обнажить мечи. К ним вышел человек, и Мирел по одежде и манерам узнала бедуина, которому продал ее Нахшон. Купец не видел тогда ее лица, поэтому Мирел не опасалась, что ее узнают.
— Приветствую, госпожа! Мы всегда рады послужить людям из Мицраима, потому что они щедро платят. Меня зовут Амр.
— Моя госпожа хочет приобрести несколько мужчин-рабов.
— У нас мало сейчас живого товара. Надеемся, скоро будет много пленных.
— Мы не можем ждать долго, мы отстанем от торгового каравана, который только что прошел.
— Понимаю, мне надо спросить у моего господина, Абд Саада.
Мирел внимательно следила, куда отправился Амр и в каком шатре скрылся. Вскоре он подбежал обратно и дернул за повод верблюда, на котором сидела Мирел, чтобы он опустился.
— Мой господин согласился продать рабов, — сказал он. — При условии, что цена будет выше обычного.
Амр подал руку госпоже, но она не воспользовалась его учтивостью. Он скрыл досаду.
— Я согласна на ваши условия, — произнесла Мирел.
— Подождите здесь.
Он приказал, и старый бедуин привел троих человек: худого старика, мальчика лет двенадцати и крепкого парня с темной кожей. Они были почти голые, только в повязках на бедрах.
Мирел посмотрела на несчастных, и их вид был так жалок, что она потянулась развязать свой кошелек. Ее привел в чувство голос Амра, выдававший ловкого торговца, расхваливающего залежалый товар:
— Отличные рабы!
— Мне не подходят, у вас есть другие? — спросила она.
Торговец усмехнулся, и Мирел поняла, что он издевается над ней, затягивая покупку:
— Конечно, есть! Только их цена еще дороже. Я посоветуюсь с моим господином и вернусь.
Он опять быстрой походкой направился к большому шатру. Мирел сделала знак Шеваху, чтобы он смотрел, куда повели рабов, а сама пошла следом за Амром. Толстый войлок главного шатра крепко пах новой шерстью. Девушка схватила веревку палатки. Торговец вышел наружу и, увидев ее, оторопел от неожиданности:
— Госпожа не знает наших обычаев? Кто коснется шатра или его веревок, становится гостем хозяина жилища!
— Ты поведешь нас к своему господину?
Амр исчез за пологом, потом вернулся и объявил:
— Наша традиция гостеприимства требует защищать и угощать даже незваного гостя. Мы предлагаем вам отдохнуть в другом шатре. Мы обсудим ваше предложение о покупке рабов.
Продолжение следует...