Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

День в истории. Ремарк

Эрих Мария Ремарк во время Первой мировой войны
22 июня — день рождения Эриха Марии Ремарка (1898—1970). Когда мне было лет 13-14, его книжка «На Западном фронте без перемен» произвела на меня очень, очень сильное впечатление, прямо-таки гипнотизирующее. (Это было во времена К.У. Черненко. Другие произведения писателя — «Возвращение», «Три товарища» — я тоже тогда читал, но они мне показались заметно слабее). Творчество Ремарка убедило меня в том, что Первая мировая война была абсолютным злом и полной бессмыслицей. Если в чём-то в те годы в политике и истории я и был уверен, так в этом! И в этом смысле я тогда мысленно соглашался с большевиками, которые выступали за поражение своего правительства. Братание на фронте, стихийное перемирие, штык в землю — это замечательно, абсолютно правильно! Вот только с 25 октября того же 1917 года, когда большевики внезапно стали оборонцами, я их позицию переставал понимать. Как это — вчера были за братания, за штык в землю, а теперь в тех же самых,

Эрих Мария Ремарк во время Первой мировой войны

22 июня — день рождения Эриха Марии Ремарка (1898—1970). Когда мне было лет 13-14, его книжка «На Западном фронте без перемен» произвела на меня очень, очень сильное впечатление, прямо-таки гипнотизирующее. (Это было во времена К.У. Черненко. Другие произведения писателя — «Возвращение», «Три товарища» — я тоже тогда читал, но они мне показались заметно слабее). Творчество Ремарка убедило меня в том, что Первая мировая война была абсолютным злом и полной бессмыслицей. Если в чём-то в те годы в политике и истории я и был уверен, так в этом! И в этом смысле я тогда мысленно соглашался с большевиками, которые выступали за поражение своего правительства. Братание на фронте, стихийное перемирие, штык в землю — это замечательно, абсолютно правильно! Вот только с 25 октября того же 1917 года, когда большевики внезапно стали оборонцами, я их позицию переставал понимать. Как это — вчера были за братания, за штык в землю, а теперь в тех же самых, с кем давеча братались, призываете стрелять? Как же так? Этого я понять не мог...

-2

Эрих Мария Ремарк

Прошло время... целые десятилетия, прежде чем я всё-таки понял правоту их тогдашней позиции. К сожалению, нельзя закончить все войны, просто воткнув штык в землю, войны от этого, увы, не прекратятся. «На свете ещё слишком много осталось такого, что должно быть уничтожено огнём и железом» (Ленин). И, как заметил один марксист того времени: «До тех пор, пока, гордые своей техникой, злые бесхвостые обезьяны, именуемые людьми, будут строить армии и воевать, командование будет ставить солдат между возможной смертью впереди и неизбежной смертью позади». Тем не менее, несмотря на этот факт, войны могут быть, по терминологии марксистов, справедливые и несправедливые.
Мне задали вопрос: чем это решается?
Мой ответ:
Решается тем, к чему ведёт данное военное действие — к большей степени свободы человечества, или в обратном направлении.

-3

Первый советский танк «Борец за свободу товарищ Ленин» (1920)

Вячеслав Молотов в декабре 1929-го — И.В. Сталину, о книге Ремарка «На Западном фронте без перемен»: «Прочти эту книжку, в ней есть и яркие страницы о фронтовых людях, рассматриваемых автором архиограниченно — только как полуживотных и полумещан (всех сплошь!)».

Мнение Сталина после прочтения книги Ремарка (из письма Горькому): «Что касается рассказов о войне, их придётся печатать с большим разбором. На книжном рынке фигурирует масса художественных рассказов, рисующих «ужасы» войны и внушающих отвращение ко всякой войне (не только к империалистической, но и ко всякой другой). Это буржуазно-пацифистские рассказы, не имеющие большой цены. Нам нужны такие рассказы, которые подводят читателей от ужасов империалистической войны к необходимости преодоления империалистических правительств, организующих такие войны. Кроме того, мы ведь не против всякой войны. Мы против империалистической войны, как войны контрреволюционной. Но мы за освободительную, антиимпериалистическую, революционную войну, несмотря на то, что такая война, как известно, не только не свободна от «ужасов кровопролития», но даже изобилует ими».

-4

Первое издание Ремарка в СССР, в издательстве «ЗИФ» («Завод и фабрика»). Предисловие к нему написал Карл Радек

-5

Рисунок Михаила Черемных (1890—1962). 1931 год. «Искусство и жизнь. В Берлине цензура запретила демонстрирование фильмы «На западе без перемен», рисующей ужасы капиталистической бойни.
— Снять с постановки немедленно!.. Зачем им показывать на экране то, что они скоро увидят в жизни...»