На окраине промзоны, меж покосившихся заборов и ржавых остовов машин, стоял "Теремок". Не настоящий, конечно. Так бригада Сиплого прозвала заброшенный гараж, ставший их штабом. Сиплый, крепкий мужик с пропитым лицом и золотым фиксом, был здесь главным. Держал общак, решал вопросы, делил выручку с "крыши".
Первым к "Теремку" подкатил Мышь-Беспредельщик, мелкий шестерка, вечно крутившийся вокруг Сиплого. Припарковал свой видавший виды "Бумер" прямо поперек въезда, вылез, демонстративно почесывая бицуху.
– Сиплый, братан, пусти погреться! – проорал он, сплюнув сквозь зубы. – Холода конкретные на улице!
Сиплый не спешил. Выглянул из-за занавески, окинул Мышь-Беспредельщика оценивающим взглядом.
– А ты, Мышь, не крысятничаешь? Долю свою честно отдаешь?
Мышь-Беспредельщик аж побледнел.
– Да ты что, Сиплый! Я ж за тебя в огонь и в воду! Все до копейки!
Сиплый крякнул и махнул рукой.
– Ладно, заходи. Но помни – увижу шевеление, сразу на счетчик поставлю.
Мышь-Беспредельщик проскользнул в "Теремок", вытирая пот со лба. Внутри было накурено, пахло дешевыми сигаретами и перегаром. На старом диване, обитом дерматином, сидел Лягух-Налетчик, огромный детина с бритой головой и шрамом через всю щеку. Он лениво перебирал четки, злобно поглядывая на Мышь-Беспредельщика.
– Чего приперся, шнырь? – прорычал Лягух-Налетчик.
– Да погреться, Лягух, – пропищал Мышь-Беспредельщик. – Мороз лютый совсем.
Тут к "Теремку" подкатил черный "Мерин". Из него, отряхнув пыль с кожаной куртки, вылез Заяц-Разводила. На нем были модные очки в золотой оправе и малиновый пиджак. Классический образ девяностых.
– Сиплый, открой ворота! – заорал Заяц-Разводила, доставая из кармана пачку банкнот. – Дельце провернул одно! На бабки попал!
Сиплый снова выглянул из-за занавески. Заяц-Разводила пользовался у него доверием – хитрый, пронырливый, всегда приносил хороший куш.
– Ну, заходи, Разводила. Посмотрим, что ты там наразводил.
Заяц-Разводила, сияя золотыми зубами, вошел в "Теремок".
– Здорово, братва! – гаркнул он, швыряя пачку денег на стол. – Как жизнь молодая?
Лягух-Налетчик жадно уставился на деньги. Мышь-Беспредельщик засуетился, поднося Зайцу-Разводиле стул.
Вскоре к "Теремку" приковылял Хитрый Лиc, известный своей любовью к аферам и подставам.
– Эй, Сиплый, пусти переночевать аль крышу сдам? – прокаркал Лис, поправляя грязный плащ.
Сиплый на Лиса не любил, считал его ненадежным. Но что делать, своя шкура дороже.
– Заходи, падаль. Но помни, шаг влево, шаг вправо – контрольный в голову получишь.
Лис, злобно ухмыльнувшись, проковылял в "Теремок".
Наконец, к "Теремку" подошел косолапый здоровяк - Медведь-Бригадир. Он работал на Сиплого и являлся его правой рукой.
– Сиплый, пора по делам, – прорычал Медведь-Бригадир, тяжело дыша. – Конкуренты борзеют, территорию делят.
Сиплый нахмурился. Медведя он уважал за силу и преданность.
– Ладно, Медведь. Собирай братву. Покажем им, кто здесь хозяин.
В этот момент "Теремок" содрогнулся от взрыва. Крыша разлетелась в щепки. В проеме показались люди в камуфляже и с автоматами.
– Всем лежать! Работает ОМОН! – заорал командир.
"Теремок" накрыли. Кто-то успел выскочить и убежать, кто-то был схвачен. Сиплый, Медведь-Бригадир, Лягух-Налетчик, Заяц-Разводила, Хитрый Лис и Мышь-Беспредельщик оказались за решеткой.
Сказке конец, а кто слушал – молодец. Но помнить надо – беспредел добром не кончается, а "Теремок" всегда можно отстроить заново, и не пускать туда больше всякую чепуху и беспредельщиков.
Сказки 90-х: Колобок и рыжая беспредельщица.