О счастливых моих днях прибывания в больнице для душевнобольных. Самый счастливый период!

Мне было 13 лет, и мне к этому моменту очень надоело жить со своей семьёй, и я стал думать о том, где бы мне отдохнуть от них. Про детские дома, школы-интернаты и детские приюты я тогда, увы, плохо знал. Но зато знал про психиатрические больницы – потому что мои бабка с дедом часто мне говорили, когда я был ребёнком, о том, что отправят меня непослушного туда. И вот я решил туда попасть, думая что там хоть отдохну от своей семьи.

Тогда я стал устраивать своей матери истерики, надеясь на то, что хоть благодаря этому я получу желаемое, что семейка меня отправит в психбольницу, и я отдохну от своей семьи. Я бегал по квартире, орал громко, бил по стенам, бился головой об стену, стонал, громко плакал! Но это не помогало… Она, моя мамаша, оказалась настолько не переубеждаемой и фальшиволюбящей, что никакой плач не смог растопить её гордыню! И тогда я вынужден был придумать что-то другое: какой-то другой способ влияния на неё. Ведь интернетом я тогда не пользовался и не мог сам положить себя в психбольницу, хоть она клеветала на меня что я, якобы, пользовался! А сам ориентироваться на улице я тогда не мог – потому что она меня не отпускала гулять одного, и поэтому я не мог сам найти себе психушку. А она, моя мать, очень умело пользовалась этой моей уязвимостью: зная, что я не умею ориентироваться на улице, она делала мне подковырки, говоря что никуда меня не отпустит самому искать эту больниу, потому что я потеряюсь. И начинала проявлять свою фальшивую любовь, обнимая (фу как противно!) меня. И тогда я в ответ на эту её мерзость начинал её хватать за руки и за уши дёргать.

В школу я тогда ещё ходил, но учился уже плохо, поскольку гнев во мне не давал покоя: я представлял как я бью свою мать, и из-за этого мои мысли рассеивались, внимание падало, а вместе с этим, конечно и желание ходить в школу тоже становилось всё меньше и меньше. Мало того, что у меня итак тогда ещё была задержка в развитии: то есть я не мог нормально решать проблемы, и не понимал значения многих фраз и слов, что сильно влияло на мою успеваемость в школе, так потом мне ещё добавился и гнев из-за проблемы с матерью! Всё это в комплексе сильно повлияло на меня, особенно когда надо было идти на уроки алгебры и геометрии, где нужна повышенная концентрация внимания – на эти уроки я вообще не захотел тогда ходить, а мать моя свалила всё на невинную учительницу этих школьных предметов.

Но в школу я всё равно тогда пока ходил, хоть и мысли мои уже были совсем не об учёбе. До тех пор, пока не случилось вот что. Моим бабке с дедом, а может и матери, надоели мои истерики. И она оформила меня в больницу. Психо-неврологию.

Мне там понравилось, благодаря этой больнице я нашел себе мальчика, который позвал меня играть в карты (не на деньги) в отделении больницы за столиком. Для меня это было величайшей радостью! Ведь до этого я все свои 12 лет провел дома… Именно поэтому я всегда мысленно буду восхвалять этот период, когда я был в этой больнице.