Друзья, меня беспокоит ставшее уже почти массовым увлечение ловлей рыбы при помощи современного поискового прибора Panoptix Livescope и ему подобных аналогов. В связи со столь стремительным техническим прогрессом я вижу две проблемы, которые и хотел бы обсудить с вами. Для этого подготовил небольшой рассказ. Буду благодарен за ваши мнения. Возможно вы со мной не согласны - буду рад услышать возражения. Возможно они меня успокоят.
Разговор в рыбацкой лодке
Утренняя заря неспешно разгоралась над рекой, окрашивая воду в золотисто-свинцовые тона. Июльский воздух был наполнен запахом цветущих водорослей, свежий ветерок шелестел листьями камыша. Рыбацкая лодка покачивалась на едва заметной зыби. Вдали кричали чайки, периодически пикируя к воде, обозначая для опытного глаза так называемый окунёвый котёл.
Оборудованная по последнему слову техники лодка принадлежала Сергею, опытному рыболову-спиннингисту лет сорока пяти. Оснащение впечатляло: крутой эхолот с большим 12-дюймовым экраном, помимо мощного основного мотора, на носу лодки был закреплён электромотор, позволяющий бесшумно передвигаться по водной глади. Этот же мотор служит на современных лодках заменой традиционному якорю. Одно нажатие кнопки на пульте — и лодка замирает на месте: ни ветер, ни волны, ни течение реки не сдвинут её с позиции.
Сам Сергей, уютно устроившись в капитанском кресле, с сосредоточенным видом настраивал свой главный прибор — Panoptix LiveScope. Экран ярко светился в утренних сумерках, показывая причудливый рельеф дна. Напарник Сергея, мужчина постарше по имени Виктор Николаевич, сидя на соседнем кресле, наблюдал за этим процессом с тихим любопытством. Его рука лежала на коробке с джиговыми приманками.
— Вот, смотри, — оживился Сергей, поворачивая экран. — Видишь эту бровку? Прямо на сломе глубины, у коряжника — стоят в метре ото дна. Два хороших экземпляра. Я по прибору уже могу примерно определять вес рыбы, эти примерно по 4–5 кг каждый, — сказал Сергей.
На экране действительно весьма чётко просматривались два продолговатых силуэта, они выглядели объемно, можно было рассмотреть очертания тела. Настоящее 3D изображение в живом времени. Виктор Николаевич наклонился ближе, и в его глазах мелькнуло что-то между восхищением и лёгкой тревогой...
— Да уж... — протянул Виктор Николаевич. — В наше время, чтобы найти таких рыбин, приходилось прочёсывать джигом ямы и бровки вслепую часами день за днём. А теперь — раз, и вот они как на ладони.
Управляя пультом ДУ, Сергей выставил лодку на расстоянии всего примерно 15 метров от рыбин и сделал точный заброс очень крупной приманки. Это была привычная силиконовая рыбка на джиговой головке, но крупнее - размером порядка 18–20 см. На экране прибора было чётко видно, что заброс получился точный, и приманка опускается прямо к стоящим в толще силуэтам. Сергей остановил свободное падение приманки примерно в полуметре выше рыбин и начал плавную подмотку. Тот судак, который стоял ближе, медленно сдвинулся с места и последовал вслед за приманкой... Зрелище завораживало! Будет ли атака?
— Видишь, как он идёт? — шёпотом комментировал Сергей. — Не спешит, оценивает. Вот сейчас... вот...
Судак настиг приманку почти у поверхности. Его бросок на экране прибора, удар в руку рыболова и мгновенная подсечка практически слились в один эффектный аккорд. Удилище согнулось в дугу. На том конце заходила упругая тяжесть.
— Ну как, Николаич? — ухмыльнулся Сергей, аккуратно вываживая рыбу. — Неплохо для "компьютерной рыбалки", да?
Старый рыболов молча наблюдал за процессом, и в его взгляде читалась сложная смесь эмоций. Когда судак, сверкая серебристыми боками, оказался в подсаке, он наконец заговорил:
— Эффектно, спору нет, и эффективно. Виктор Николаевич восхищенно рассматривал рыбу. Но понимаешь, Серёг... Раньше, чтобы понимать водоём, находить рыбу и подбирать к ней ключик, нужно было очень многое знать и уметь. Нужно было научиться чувствовать дно по стуку по приманки, угадывать стоянки рыбы на основе опыта, учитывать погоду, уровень воды, силу течения, направление ветра, сезонные особенности. Это же целая наука — сплав знаний и личного опыта, накопленного десятилетиями. Эта наука передавалась от рыбака к рыбаку, из поколения в поколение. А теперь... — он кивнул на мерцающий экран, — теперь это больше похоже на стрельбу по мишеням в тире.
Сергей осторожно отпустил судака, наблюдая, как тот медленно исчезает в тёмной воде. Едва слышно заурчал электромотор, и лодка заскользила по зеркалу водоёма. На экране периодически появлялись силуэты рыб: то стоящих у затопленных деревьев, то висящих в толще воды... Эти рыбы были помельче пойманной и, видимо, не вызывали у Сергея желания на них отвлекаться.
— Но ведь это же прогресс, — возразил Сергей. — Мы экономим время, силы, быстрее находим рыбу. Разве это плохо?
Виктор Николаевич задумчиво потер подбородок.
— Вопрос не в том, плохо это или хорошо. Вопрос в том, что мы теряем вместе с этим. Вот представь: приходит новичок, покупает этот аппарат, и уже через несколько выездов на рыбалку ловит столько трофейных экземпляров, сколько мы раньше за сезон не вылавливали. Это ты, я вижу, относишься к рыбе бережно. Но даже и ты не всю рыбку отпускаешь! Так ведь? — Виктор Николаевич лукаво взглянул на Сергея. — Но ведь не все такие, как ты. Многие не знают меры. Как быстро с помощью этих аппаратов будет выбито маточное стадо?
- Я даже боюсь предположить, что будет с популяцией того же судака лет через 5-10, когда эти приборы станут более доступными и еще больше "поумнеют". Это очень тревожно, представь - сотни лодок рыскают вдоль и поперек сканирую водяную толщу в поисках судака. Сначала с трофеями расправятся, а после начнут подростков выбивать...
Сергей вздохнул. — Есть, конечно, хапуги, правда ваша! Не раз видел, как люди «мамок» 7–9 кг до десятка за день выбивают и в мешок складывают...
— То-то и оно! — Виктор Николаевич продолжил, как бы размышляя вслух. — Этот молодец с Panoptix'ом, вероятно, даже не знает повадок рыбы, не понимает, почему судак сегодня на бровке, а завтра уйдёт в коряжник или будет охотиться на мелководном поливе. Без прибора он беспомощен, и, главное, у него полностью отсутствует мотивация учиться, вникать, пробовать разные техники, читать кучу статей... Он просто видит объект на экране и бросает туда приманку. А сможет ли такой рыболов поймать рыбу без прибора? Например, где-то в походе, чтобы накормить семью и друзей ухой? Да и на обычной рыбалке, если выйдет из строя прибор, что тогда?
Наступила пауза. Вода вокруг лодки вдруг вспенилась — стайка мальков врассыпную спасалась от какого-то хищника. Сергей задумчиво наблюдал за этим, потом медленно заговорил:
— Помните, как мы когда-то начинали? Сколько пустых выездов было, пока научились понимать рыбу и более-менее системно её ловить?
— Именно поэтому я и переживаю, — оживился Виктор Николаевич. — Мы проходили этот путь постепенно. Сначала ловили как получится и кого получится, потом начали замечать закономерности, потом научились предугадывать... А теперь этот опыт становится не нужен. Зачем учиться читать реку, если можно просто купить прибор, который всё покажет? А как же интрига интуитивного поиска и азарт противостояния? Часы терпения и выдержки и затем огромная радость от поимки! Вот что для меня важно в рыбалке!
— Не думаешь, Серёга, что мы это безвозвратно потеряем? Насколько проще станет поймать рыбину ровно на столько же меньше радости от её поимки. Не превратимся ли мы через несколько лет банально в промысловиков? Принести домой рыбу, чтобы накормить семью и угостить близких — это, конечно, хорошо. Но когда почти полностью пропадает интрига, пропадают и эмоции.
— Ну не знаю, — запальчиво перебил напарника Сергей. — Я кайфую сейчас, как никогда не кайфовал. Раньше я каждому килошнику был рад, а поимка «пятёрки» была огромной удачей, а теперь я этих «пятёрок» каждую рыбалку ловлю, и по несколько штук!
— Вот - вот! — Хмыкнул Виктор Николаевич. — А килошники-то уже и не радуют как раньше, так ведь?
— Ну тут подловил, — засмеялся Сергей. — Я на них даже не смотрю. Теперь это для меня мелочевка.
— Ты вот сказал: "пока кайфуешь как никогда", — продолжил Николаич. — Но это ведь пока! Ты быстро привыкнешь к этому и будешь принимать как должное. И я боюсь, что назад уже пути не будет. Очень может быть, что скоро ты уже не захочешь, как раньше, поехать со мной и с нашими ребятами на джиговую рыбалку. Не захочешь, потому что будешь понимать, что тебя это не волнует, как раньше, и не доставит прежних эмоций.
Сергей молча слушал и при этом не прекращал процесс поиска рыбы. Не отрывая взгляд от экрана, он снова забросил приманку к одиноко стоящему крупному судаку. Рыба медленно двинулась навстречу, потом вдруг резко развернулась и исчезла из зоны видимости.
— Вот видишь, — улыбнулся Виктор Николаевич. — Даже с твоим чудо-аппаратом не всё так просто. Рыба — она ведь не программа, её поведение не всегда предсказуемо.
Сергей кивнул, признавая правоту старого рыболова. Они продолжали ловить в тишине, изредка перебрасываясь короткими фразами. На экране то и дело появлялись новые силуэты: некоторые из них превращались в реальных рыб в подсаке, другие игнорировали приманки, демонстрируя всю непредсказуемость живой природы.
Под вечер, когда первые звёзды отразились в чёрной воде, Виктор Николаевич неожиданно сказал:
— Знаешь, а мне бы было интересно попробовать денёк-другой самостоятельно половить рыбу с Panoptix. Захотелось разобраться и прочувствовать. Построить, так сказать, новые нейронные связи, ведь осваивать новое — это очень полезно в любом возрасте! Позволишь мне завтра взять управление на себя?
Сергей улыбнулся:
— Не вопрос, Николаич! А я, пожалуй, приму твоё предложение порыбачить в твоей лодке через неделю. Захотелось половить по-старому — как мы с тобой много лет ловили. А то ведь и вправду весь накопленный опыт джиговой рыбалки растеряю без практики. Два оборота — пауза, два оборота — пауза... Это же медитация!
И в этом негласном компромиссе было что-то очень правильное. Река текла себе дальше. Судаки и щуки тоже жили своей жизнью — не переставая удивлять рыболовов своим поведением. А рыбалка, в каком бы виде она ни существовала, оставалась прежде всего диалогом с природой — диалогом, в котором должно быть место и уважению, и пониманию, и той самой тайне и недосказанности, что делает это занятие чем-то большим, чем просто добыча пищи.
Друзья, спасибо, что дочитали мой рассказ. Коротко резюмирую. Я вижу две проблемы:
- Паноптикс угрожает популяции некоторых видов рыб. В особенности судака. Если ещё три-четыре года назад на Рыбинском водохранилище за целый сезон появлялось всего с десяток лодок, оборудованных Panoptix LiveScope, то сейчас (2025 год) только за один день можно встретить 20-30 таких экипажей... Если раньше прибор считался роскошью, доступной единицам, то сейчас всё больше и больше рядовых рыболовов копят деньги и берут кредиты, чтобы иметь возможность ловить рыбу по-новому. И я склоняюсь, что его использование необходимо как-то регламентировать. Или я не прав?
- Паноптикс обесценивает рыбацкие знания и опыт. Вместе с тем он обесценивает ценность поимки рыбы и эмоции от неё.
Если статья понравилась - у дзен появилась возможность поддержать понравившегося автора https://dzen.ru/proribalku?donate=true
В завершении хочу отметить, что этот аппарат активно используется и при зимней рыбалке. Сейчас многие мои знакомые рыболовы просто не поедут на рыбалку зимой без Лайфскопа. Как они раньше ловили десятилетиями и оставались довольны? Я думаю теперь они и сами не смогут ответить на этот вопрос.
Уклейка: От биологии до гастрономии. Секреты ловли.
Охотник 20 лет живет в тайге Хабаровского края. Один на реке. (Знакомство).
Ловля форели на платниках. Разбираемся вместе.
20 лет одиночества. Один в тайге. Гармония с миром или вызов?
Ловля хариуса на бомбарду. (в Пяозере Северная Карелия)
Секреты ловли хариуса на озере
Змей - убийца всего живого. Уничтожить нельзя помиловать!
Дикая река Мая. Крутая рыбалка и первозданная тайга. Видео
#Рыбалка с Panoptix LiveScope #рыбалка с паноптксом #ловля трофейного судака #новые технологии в рыбалке #статьи о рыбалке #рыбалка с лодки #спиннинговая ловля #рыбалка на судака #рыболвные хитрости #рассказ про рыбалку