Самое начало девяностых, конец июня. Мне тринадцать лет, и я живу уже две недели в палатке на берегу. Берег озера, окаймлённого карельскими сопками, сосновые леса спускаются к воде песчаными пляжами. На одном таком наш лагерь - штук семь палаток, кострище, стол, скамейки, растянутый тент. Родители, их друзья со своими детьми, всего человек двадцать, периодически кто-то приезжает погостить, к выходным до сорока человек собирается, все хорошо знакомые, почти родственники. Дорога сюда непростая, машин в то время мало, поэтому чужих тут не бывает. Целый день я ныряю с камня до синих губ, лазаю по всем скалам в радиусе пяти километров. Продираюсь сквозь ельник или брожу на мелководье, представляя себя индейцем. Проголодавшись возвращаюсь к костру, ем уху или макароны по-флотски, расчёсывая комариные укусы и выковыривая занозы. В лагере тоже нескучно: табуном играем в лапту (меж сосен - это довольно забавно, особый чит - попасть в ствол, чтобы полевые сошли с ума в поисках мяча), в какой-то