Последнее письмо о религии и церкви в СССР в рамках данной серии называлось «Иронический нейтралитет».В нём речь шла о том, что между церковью и ВКП(б) к концу 1930-х сложилось своего рода «перемирие». Или, как метко написал тогда Л. Троцкий: «Ныне штурм небес, как и штурм семьи, приостановлен... По отношению к религии устанавливается постепенно режим иронического нейтралитета». Этот режим сохранялся, с колебаниями в ту и другую сторону, примерно до 1970-х годов. А потом положение стало меняться. Как? В пользу религии. Вот небольшая иллюстрация к тому:
1982. Артисты Александр Абдулов (1953—2008) и Ирина Алферова (1951 г.р.) с дочерью Ксенией. Фото Виталия Арутюнова
Перестройка ещё не началась, хотя уже, что называется, стоит на пороге. У власти всё ещё находятся настоящие советские Генсеки. Популярные советские артисты Александр Абдулов и Ирина Алфёрова снимаются для официального Агентства печати «Новости» в своей новой трёхкомнатной квартире. И нисколько не стесняются висящих на стене их дома икон... Вероятно, если бы об этом им где-то задали вопросы, то они бы отмахнулись, сказав, что, мол, украсили своё жилище иконами исключительно как произведениями искусства, а отнюдь не объектами культа, да и вообще, в СССР — свобода совести! Что там иконы в доме у беспартийного Абдулова, если член КПСС Владимир Солоухин ужё в 1960-е годы демонстративно таскал на пальце золотой перстень с изображением императора Николая II, и писательское партсобрание, хотя и обсуждало этот вопрос, но ничего не смогло ему сделать?
Таков уж был тренд времени, что мнившая себя «свободомыслящей» и страшно «передовой» интеллигенция охотно несла в свои жилища портреты Царственных Особ и образы святых угодников, от которых с немалыми усилиями избавлялось предыдущее поколение русской интеллигенции...
Вот, кстати, зеркально-симметричная заметка из советского журнала «Прожектор» за 1925 год.
1925, журнал «Прожектор». «На грани двух миров. На нашей фотографии заснято убранство крестьянской избы, характерное для многих десятков тысяч. В первом углу избы ещё старое довлеет над новым. Здесь ещё ютятся иконы в то время, как левый угол украшен вождями нашей великой революции». На стене висят портреты В.И. Ленина, его преемника в качестве главы Советского правительства Алексея Рыкова и Ленина в гробу (ближе всего к святым)
Вот так и происходило то, что итальянский мыслитель-марксист Антонио Грамши (1891—1937) назвал молекулярной революцией — постепенным, почти незаметным процессом изменения настроений и мнений в сознании людей. Которое и увенчалось тем, что мы обычно называем революцией. Но которая является по сути только «видимой частью айсберга». И точно так же происходила — ещё до всякой перестройки — молекулярная контрреволюция...
А у Абдулова на стенах мы никаких портретов не то что, упаси Боже, революционеров, но даже умеренно-передовых деятелей прошлого вроде Некрасова не замечаем. А ведь некрасовский портрет был едва ли не обязательным украшением любой интеллигентской квартиры на рубеже веков! Но те времена давно прошли. Упс...
А вот иконы и кресты становились всё более популярны, что отмечала и советская печать.
1984. Николай Баев (1919—?). Плакат
Стихи Владимира Хочинского (1927—2015):
Под витринами пройдоха
Смог устроиться неплохо.
Мода есть, а значит, сдуру
Разберут его халтуру.
1974. Юрий Фёдоров (1930—1976). «— О, господи! Пошли мне щедрого покупателя на эти иконы!»
1978. Владимир Мочалов (1948 г.р.). «Обознались. — Ты уж не уходи, батюшка, отслужи обедню...»
(Продолжение следует).
ПОЛНОЕ ОГЛАВЛЕНИЕ СЕРИИ