В огромном особняке семьи Ковалёвых царила суета. Слуги сновали по залу, накрывая стол серебряными приборами и хрустальными бокалами. Сегодняшний ужин был важен для Елены Ковалёвой, властной и холодной матрона, которая стремилась укрепить связи с элитой города. Её сын, Артём, 25-летний наследник миллиардного состояния, был известен своим бунтарским нравом, но даже он редко осмеливался бросать вызов матери открыто. Однако сегодня он задумал нечто особенное.
Елена лично отбирала гостей: влиятельные бизнесмены, пара политиков и несколько светских дам, чьи имена мелькали в глянцевых журналах. Стол ломился от изысканных блюд — трюфели, устрицы, фуа-гра. Всё должно было быть идеально. Но Артём, сидевший во главе стола с лёгкой насмешливой улыбкой, знал, что вечер пойдёт не по сценарию матери.
— Где же твоя загадочная спутница, Артём? — с лёгким раздражением спросила Елена, поправляя жемчужное ожерелье. — Ты обещал, что она будет здесь.
— Скоро будет, мама, — ответил он, потягивая вино. Его глаза искрились от предвкушения.
Гости переглядывались, ожидая очередную модель или актрису — типичных спутниц молодого Ковалёва. Но когда двери зала распахнулись, воцарилась мёртвая тишина.
В зал вошла девушка. Её звали Маша. На ней было простое синее платье, явно купленное на распродаже, а волосы были собраны в скромный пучок. Никаких драгоценностей, никакого макияжа, только лёгкий румянец на щеках. Она выглядела так, будто случайно забрела сюда с соседней улицы. Гости замерли, их взгляды метались от Маши к Артёму, который с улыбкой поднялся ей навстречу.
— Добро пожаловать, Маша, — сказал он, галантно предлагая ей руку.
Елена побледнела. Её губы сжались в тонкую линию. Она ожидала чего угодно — очередной выходки сына, скандальной актрисы или даже провокации в виде старой подруги. Но эта девушка… Это было слишком. Маша была дочерью школьной учительницы, живущей в панельной многоэтажке на окраине города. Артём познакомился с ней случайно, в кафе, где она подрабатывала официанткой. Он был очарован её искренностью, её простотой — всем тем, чего так не хватало в его мире фальши и интриг.
— Это что, шутка? — прошипела Елена, когда Артём подвёл Машу к столу.
— Никаких шуток, мама. Маша — мой гость. И, возможно, нечто большее, — ответил он с вызовом.
Гости зашептались. Кто-то подавился вином, кто-то нервно хихикнул. Маша, чувствуя неловкость, всё же держалась с достоинством. Она не пыталась казаться кем-то другим, не подстраивалась под чужие ожидания. Её взгляд был прямым, а улыбка — тёплой.
— Расскажи нам о себе, Маша, — с ядовитой любезностью произнесла Елена, явно намереваясь выставить девушку в нелепом свете.
Маша спокойно посмотрела на хозяйку дома.
— Я учусь на филолога, подрабатываю в кафе. Моя мама — учительница, папа был водителем, но он умер несколько лет назад. Живём мы скромно, но я счастлива. Артём сказал, что я могу быть собой, и я здесь именно такая.
Зал снова замер. Её слова звучали так просто, так честно, что даже самые циничные гости почувствовали укол зависти. Елена, привыкшая манипулировать людьми, вдруг поняла, что перед ней человек, которого не купить и не запугать.
Артём смотрел на Машу с восхищением. Он привёл её сюда, чтобы позлить мать, но теперь осознавал, что эта девушка значила для него больше, чем просто ход в игре против Елены. Она была настоящей — и это было его оружие.
— Что ж, — наконец выдавила Елена, пытаясь вернуть контроль, — надеюсь, ты оценишь наш скромный ужин.
Маша улыбнулась:
— О, я уже оценила. Еда выглядит потрясающе. Но знаете, дома у нас тоже готовят с любовью, хоть и без трюфелей.
Кто-то из гостей не выдержал и рассмеялся. Напряжение спало, и вечер потёк в неожиданном направлении. Маша, вопреки ожиданиям, стала центром внимания — не из-за богатства или статуса, а благодаря своей искренности. Елена кипела, но не могла ничего сделать: её сын выиграл эту битву.
Когда ужин закончился, Артём проводил Машу до такси.
— Прости, если тебе было неловко, — сказал он, глядя ей в глаза.
— Ничего, — ответила она, улыбнувшись. — Я привыкла к сложным экзаменам. А твоя мама — это просто ещё один.
Артём рассмеялся. Впервые за долгое время он чувствовал, что нашёл кого-то, кто может изменить его мир. А Елена, стоя у окна и глядя на удаляющееся такси, поняла, что её сын, возможно, только что сделал ход, который изменит не только его жизнь, но и её собственную.