Проницательный американский историк Йохан Хельбек, исследовав большое количество дневниковых записей советских людей периода 1920-х – 1940-х гг., пришел к вводу, что люди сталинского времени искренне считали себя субъектами процесса «становящейся истории». Они были убеждены, что живут в начале совершенно новой исторической эпохи, в процессе становления которой им самим еще предстоит найти свое место.
«Авторы дневников воспринимали свою жизнь как историческое полотно, на котором будет написана картина новой цивилизации нового исторического типа». В этом смысле сталинская эпоха была особым периодом, «ее создали обдуманные решения партийных лидеров, направленные на то, чтобы заставить советское общество совершить исторический скачок к концу исторического времени». В дневниках той эпохи Й. Хельбек обнаружил множество свидетельств ощущения людьми «настоящего как переломного исторического момента», он пишет, что тогда возникали «бесчисленные индивидуальные проекты самопреобразования», сопряженные с огромной работой над собой и страданиями. К числу последних относятся, конечно, и многочисленные подвиги советских людей.
Человек своей эпохи
Одним из тех, кто олицетворял свою жизнь с эпохой, был Цезарь Львович Куников, имя которого в советское время отлично знал любой школьник. Теперь о нем знают гораздо меньше, что не делает его путь менее значительным.
Цезарь Львович Куников родился 23 июня 1909 года в Ростове-на-Дону. С 15 лет он начал трудиться на металлургическом производстве Донбасса. В 1925 году его семья переехала в Москву, где Цезарь Куников также работает на производстве, вступает в комсомол. Поступив в 1928 году в Высшее военно-морское училище им. М. В. Фрунзе в Ленинграде, он вскоре тяжело заболел и был отчислен. Но, оправившись от болезни, он отслужил срочную службу механиком на флоте.
Окончив Московскую промышленную академию и Машиностроительный институт им. Бубнова, в 26 лет Цезарь Куников получил должность мастера токарного отделения (руководитель самого нижнего звена), а уже в 1938 году стал главным технологом завода шлифовальных станков в Москве. Благодаря своим успехам в производстве был назначен на высокую должность в Наркомате машиностроения, награжден медалью «За трудовое отличие».
Вскоре после начала Великой Отечественной войны, имея все законные возможности оставаться в тылу, Цезарь Куников добился того, чтобы его отправили на фронт.
Воевал он на флоте: командовал 14-м отрядом водного заграждения Азовской военной флотилии. Его подразделение отличилось во время освобождения Ростова-на-Дону в ноябре 1941 года. Затем Цезарь Львович был назначен командиром батальона морской пехоты, принимал активное участие в обороне Керчи, Темрюка.
Но главным подвигом Цезаря Куникова стало, конечно, участие в высадке десанта на Малую Землю в феврале 1943 года, о которой мы расскажем поподробнее.
Малая земля
К началу 1943 года для немецких войск на южном участке фронта складывалась не самая приятная обстановка. Советские армейские части Юго-Западного (Н. Ф. Ватутин), Сталинградского (А. И. Еременко) и Донского (К. К. Рокоссовский) фронтов окружили и постепенно уничтожали 6-ю Армию генерала Паулюса под Сталинградом. В конце января части Закавказского фронта (И. В. Тюленев) смогли перекрыть сухопутные пути отвода немецких сил с Кавказа через Ростов-на-Дону и Краснодар. Единственным путем к отступлению у запертой немецкой группировки оставался морской путь – через Таманский полуостров, ключевым пунктом которого являлся город Новороссийск, остававшийся под контролем врага. Учитывая такую важность, не сложно понять, что бои за Новороссийск имели чрезвычайно упорный и тяжелый характер.
Советское командование еще в 1942 году разработало план десантной операции с целью захвата Новороссийска. Для высадки готовились две бригады морской пехоты – 83-я и 255-я, усиленные танками. Место высадки – участок берега к западу от Цемесской бухты в районе Южной Озерейки. По плану высадка здесь позволяла десанту выйти в тыл новороссийской группировки противника. Заранее проводились тренировки высадки в ночное время. Дополнительным стимулом высаживаться именно здесь были полученные разведкой сведения, что берег охраняют румыны. Однако кроме румын, место предполагаемой высадки плотно контролировала расположенная на господствующих высотах немецкая артиллерия, вооруженная чешскими пушками 105 мм.
Общее число десантников составляло около 10 тысяч человек. Для обеспечения высадки были сформированы несколько отрядов судов: отряд огневого содействия, отряд корабельной поддержки, отряд высадочных средств, отряд десантных транспортов, отряд охранения транспортов.
Погрузка на транспорты началась вечером 3 февраля и, к сожалению, проходила с задержкой при ухудшении погодных условий. В связи с этим пришлось сдвинуть и время артподготовки с боевых кораблей по вражеским позициям. Цели корабельной артиллерии, выставляемые специальными самолетами, в ходе вынужденного ночного маневрирования терялись. Результатом стал неэффективный артиллерийский огонь и бомбардировка врага, в ходе которых большого урона нанести не удалось, получилось скорее привести противника в состояние полной готовности.
Отряд высадки подошел к берегу в начале четвертого часа 4 февраля. Практически сразу в катер командира высадки Иванова попал снаряд, и высадка оказалась обезглавленной, что обусловило ее хаотичность. В 3:45 к месту подошли пять «Мошек» - малых охотников (МО-4). Началась высадка штурмового отряда. В 4:30 к берегу были подтянуты буксирами три самоходные десантные баржи – болиндера, доставшиеся Красному флоту еще от царских времен. На каждом из болиндеров было размещено по 10 легких лендлизовских танков М-3 «Стюарт» американского производства.
Первый болиндер развернуло бортом к берегу, его начали расстреливать и высадить с него ничего не удалось.
Второй болиндер подошел как надо, спустил сходни и начал высаживать танки. Из-за попадания воды в двигатели три из 10 танков заглохли и были потеряны. Семь танков смогли выйти на берег в рабочем состоянии.
Третий болиндер был брошен командиром буксира, испугавшимся немецкого огня, но тогда в буксир начали стрелять из танков с болиндера и он вернулся, толкнув судно с танками к берегу. С третьего болиндера выгрузились все 10 танков. Но из-за действий капитана буксира выгрузка проходила далеко от берега. Машины весом 12.5 тонн выкатывались со сходней на глубину 1,5-2 метра. Три танка заглохли в воде, еще два вышли на берег, но тоже встали. Они были использованы как огневые точки десанта. Пять танков продолжили движение.
Кроме танков было высажено около 1400 бойцов 255-й бригады морской пехоты. Затем с советских канлодок под прикрытием горы Абрау удалось высадить еще несколько сотен человек на узкий пляж в условиях невозможности поражения огневых точек противника и под ураганным огнем с берега. Море свежело. Условия высадки ухудшались. Командующий высадки Басистый сообщил по радио командованию фронтом, что дальнейшая высадка невозможна. Эти несколько сотен у горы Абрау были сняты с берега. Днем 4 февраля корабли ушли в Туапсе и Геленджик.
На плацдарме остались 1400 советских бойцов и 12 танков. Противник бросил все силы на их уничтожение, и силы эти оказались неравными. Судьба десанта была предрешена.
На этом можно было бы закончить описание истории десанта на Малую Землю, если бы не одно обстоятельство. Оно состояло в том, что одновременно с высадкой основного десанта в районе Южной Озерейки, происходила высадка вспомогательной отвлекающей группы в районе Станички. Это место расположено восточнее Озерейки, на окраине Новороссийска и на западном берегу Цемесской бухты.
Вспомогательный десант
Высаживаемый в районе Станички отряд состоял из 276 бойцов и командиров, из которых 122 были коммунистами и 71 комсомольцами. Эти люди были добровольцами, которые хорошо понимали, что им уготована смерть ради отвлечения внимания противника и сковывания части его сил. Командовал этим отрядом и осуществлял отбор людей майор Цезарь Львович Куников. Под руководством командира бойцы упорно тренировали ночные высадки в Геленджике и это, как потом оказалось, спасло жизни многим из них.
В ночь на 4 февраля передовые катера куниковцев смогли зайти незамеченными в мертвую зону двух немецких 88-мм зенитных орудий, охранявших берег в месте высадки. Увидев десант, противник побросал орудия и бежал. Это позволило закрепить успех и высадить весь отряд практически без потерь (был убит один боец). Захватив плацдарм и понимая, что десант у Озерейки погиб, куниковцы осознали, что судьба операции теперь зависела от них.
Моральная стойкость, боевая подготовка, а также наличие радиостанции – вот главные причины того, что Цезарь Куников и его отряд смогли удержаться на захваченном ими плацдарме. В первую же ночь на плацдарме с 4 на 5 февраля куниковцы получили артиллерийскую поддержку с восточного берега Цемесской бухты и продолжали получать ее каждую ночь, наряду с пополнением и снабжением. Но и сами десантники не подкачали. 5 февраля ими была отбита мощная немецкая атака с использованием САУ.
Увидев стойкость куниковцев и взвесив все «за» и «против», командование принимает решение сделать основным направлением десанта именно Станичку. В ночь на 6 февраля куниковцы получили первое подкрепление живой силой и вооружением с канонерских лодок, осадка которых позволяла подходить довольно близко к берегу, чтобы опустить сходни. А всего с 5 по 9 февраля на захваченный куниковцами плацдарм было высажено более 15 тысяч человек, орудия, минометы, боезапас. Противник предпринимал попытки сбросить десант в море, но десантники при поддержке артиллерии с восточного берега раз за разом отбивали атаки.
12-го числа была занята господствующая над плацдармом высота, что сыграло большую роль в дальнейшем развитии событий. В этот же день «шальной» миной ранен командир первого десантного отряда Цезарь Куников. 14-го февраля он скончался от ран в Геленджике. На похороны вышел практически весь город.
Новороссийск был окончательно освобожден 14 сентября 1943 года. Свой вклад в освобождение внесли и куниковцы, командиру которых в апреле 1943 было посмертно присвоено звание героя СССР.
Жизнь и дела Цезаря Львовича Куникова – это пример того, что Й. Хельбек называет «самоангажированием», проще говоря, это олицетворение своей собственной жизни с судьбой страны и общества, готовность дать людям гораздо больше, чем получить от них взамен. Это был один из множества примеров принятия «настоящего как переломного исторического момента», способного продвинуть общество по пути прогресса.
«Нашим законом есть и будет движение только вперед» - это фраза из клятвы куниковцев, которая, как показало время, была не просто фразой, но и жизненным кредо огромного числа советских патриотов, среди которых видное место занимает Цезарь Львович Куников.