22 июня. День, который разделил жизнь на до и после. День нашей всенародной скорби. День памяти всех ушедших на той войне — миллионов и миллионов. Женщин, мужчин, детей, стариков, красноармейцев, партизан, подпольщиков. День, когда Запад на нас напал. День, когда начался самый страшный наш путь.
Посмотрите, ни одна так называемая оппозиционная помойка за сегодня не сказала ни одного слова. У них другое событие. Слушают кукарекающего певня. Пустое. Жалкое. Смешное. Глупое.
Но на самом деле знают про эту дату. И отмечают ее. Празднуют.
Как же — к нам наконец пришла Европа. Цивилизация. Наконец пришли «освободить» от ужасных москалей. Они этого так ждали. С каким удовольствием и подобострастием смотрели на новенькие газенвагены. Настало их время. Они думали, что навсегда. Оказалось, пановать довелось три с половиной года. Три с половиной года оккупации.
Тогда тоже думали, что «договорились с Западом». Даже пакт подписали. Дорого же стоила эта ошибка. Они всегда обманывают. Всегда. Они не могут не обманывать. Такова их природа. Такова их культура. Но мы же не будем предъявлять претензии акуле, что она хочет все вокруг сожрать. Она на то и акула. Верить ей не надо, когда карасиком прикидывается.
Сталин верил в некую рациональность Гитлера. Что он не пойдет на восток, не разгромив Англию. Что не рискнет воевать на два фронта. Да и сам по себе поход на Советский Союз изначально выглядел авантюрой. Это Сталин был рационален. Это он рассуждал в научной логике, сопоставлял потенциалы, взвешивал за и против. Гитлер же был бесноватый. Он камлал. И глубинные мотивации его были совершенно другие, непонятные научному разуму, небравшие в расчет никакой политический анализ. Он проводил заседания не со своими генералами. Он беседовал с призраками Барбароссы, Карла, Бонапарта.
Кстати, Наполеон тоже двинулся на восток именно в этот день. Фюрер словно хотел исполнить некое незавершенное дело предшественника. Что это за дело? Ну не династию же изменить сюда шел Бонапарт, как делал это в какой-нибудь итальянской провинции. Нет.
И Гитлер шел сюда не просто за ресурсами. Не за нефтью и зерном. Он выполнял какую-то великую задачу, которую дух Европы поручает избранникам.
Так и сегодня. Казалось бы — живи и радуйся, получай от России дешевую энергию и богатей. Она же не против. Мы ведь уже и не претендовали на некое свое собственное мироустройство. Построили у себя ровно такую же политическую систему, признали их первородство. А все равно они выстраивают стальные клинья и прут на Восток.
Само наше существование для них не просто невыносимо, но неприемлемо. Один не может жить, пока жив другой. Нам не хватает места на этой земле. Точнее им с нами. Нас надо полностью подчинить и уничтожить.
Мы — вечная укоризна Западу. Мы — его совесть, которая всегда упрекает — ты живешь неправедно, не по-Божьему, умерь гордыню, поклонись святыням. И это приводит в лютое бешенство. И вновь он собирает полки для похода на нас.
Сегодня вся страна — в Бресте. Здесь именно мы приняли первый таранный удар. Опрокинуть его было невозможно. Беларусь начала свой путь на Голгофу 22 июня. И она была распята. И она в наши дни воскресла.
Помним свой крест. Поклонимся ему. И никогда не забудем.
Автор: Григорий Азарёнок