Одна женщина рассорилась с братом из-за наследства. Наследство было небольшое: старый садовый домик и гараж. Квартиру родители при жизни отписали брату. Они его больше любили. И жалели: тяжело ему живется!
С работой не складывается, зарплата маленькая. Погряз в кредитах. Детей надо учить, кормить, одевать, а у него денег не хватает. И жена постоянно ругает его, грозится уйти.
Он с детства был слабенький. Ему трудно. И родители подкидывали брату деньжат со своей пенсии. Отдали свою квартиру, сами в сад переехали. Купли машину, старенькую, правда. И дочери говорили: «Помогай Вадику, Инна! Ему так тяжело!»
Как будто Инне легче было. Просто она работала как вол без выходных, на двух работах. Два высших образования получила. И муж работал, днем на заводе. А вечерами и по выходным делал людям ремонты. Рукастый мужчина такой.
Инна с мужем тоже вырастили двоих детей. Дочь была уже замужем и ждала ребеночка.
Родители ушли друг за другом. Они старенькие были. Инна помогала всем, чем могла. И горевала сильнее брата, который переживал из-за того, что лишился регулярного дохода. Чужой пенсии и денег Инны, которые родители не тратили на себя. А отдавали любимому Вадику.
Завещания родители не оставили. Может, из суеверия. Они не планировали умирать, как-то не думали об этом. А может, были уверены, что сестра отдаст все бедному-несчастному Вадику, как всегда. Оставили брата пятидесяти лет на попечение сестры, Такая банальная, в сущности, история.
Но не в наследстве даже дело было. Просто накипело. Сколько можно? Обида копилась-копилась, да и прорвалась. Инна пошла к нотариусу и сказала, что желает получить свою половину. По закону и по справедливости.
Брат такого не ожидал. Он привык, что родители - это его. Все что есть - для него. И дело сестры - помогать и отдавать. Она же старше на два года. Должна заботиться. И понимать трудности братишки!
Брат требовал, чтобы Инна отказалась от гаража и сада. Да еще деньги на счету обнаружились. Родители тайно откладывали много лет понемногу, - вдруг придется спасать любимого Вадика? И накопилась приличная сумма.
Началась ссора. Инна твердо сказала, что будет судиться, если что. Потратится на юриста, оформит все документы, пойдет в суд.
Жена брата включилась тотчас. Какие-то справки стала оформлять, что Вадик почти инвалид, что он содержал родителей, начала очернять Инну…
Долго и неприятно все пересказывать. Потому что еще двести лет назад Диккенс описывал такие судебные процессы и родственные ссоры. И наши классики об этом писали. Все плохое вылезает наружу. Начинается долгий процесс, - во всех смыслах слова. Судебный и жизненный.
Брат звонил и угрожал. Жена его писала кляузы и клеветала в сети. На работу Инны шли анонимные письма. У дверей квартиры валялись иголки и завязанные в узелки веревочки. И приходили сообщения с неизвестных номеров с оскорблениями и проклятиями.
Ненависть пришла и росла, как Голем. И все разговоры в семье Инны были об этом: о наследстве, которое оставили родители.
Такое вот наследство.
Инна с мужем обсуждала происходящее. Плакала иногда, плохо спала, похудела. Стала нервной. Муж тоже негодовал и расстраивался: какая несправедливость!
Надо доказать этому иждивенцу и лодырю, что ты права. И деньги не лишние. У меня спина болит, мне тяжело так много работать. Ты зрение теряешь за компьютером…
И скоро малыш родится. Надо помогать, покупать все. Деньги нужны очень.
И конфликт ширился и разгорался.
А потом Инна поехала к нотариусу. Надо было документы отвезти кое-какие. И у нотариуса, у входа, столкнулась с братом.
Он выглядел ужасно. Исхудал, весь в морщинах, ссутулился. Посмотрел на Инну с ненавистью. Руки у него тряслись. И даже щеки дрожали, как желе; от злости. Стоял старик и с невероятной злостью смотрел на сестру. И что-то обидное, несправедливое говорил.
Инна злых слов почти не слышала; она была потрясена видом брата. Это же Вадик. Ее братик. Она с ним гуляла за ручку по двору. На качелях его качала, он не умел сперва сам. Учила ездить на велосипеде «Левушка». Они вместе запускали воздушного змея, - она прекрасно помнит тот ясный летний день…
Вадик упал и разбил коленку. Так жалобно плакал, ему четыре годика было. Инна дула на коленку, потом подорожником залепила. И утирала слезы братику. Он и правда все время падал, ушибался, болел… Читать долго не мог научиться. Отвлекался. Инна его учила читать.
Все эти воспоминания вдруг нахлынули.
Перед Инной стоял нездоровый пожилой человек, трясся весь, аж побелел от злости. А сам еле стоит. Инна поняла вдруг, что недолго ему осталась. Просто поняла, - и все. Такие мрачные озарения бывают…
И сестра сказала брату: «Вадик, я сейчас напишу отказ от наследства. Мне не надо. Бери все!».
Сказала. Прошла к нотариусу. И написала отказ.
И вышла из душного маленького помещения. Брат остался там. И вообще все осталось там: груз обиды, злости, боли…
Инна отказалась от наследства родителей. И поехала договариваться насчет памятника. От брата толку не будет, надо самой.
Все надо самой. Да и хорошо. Она справлялась с жизнью самостоятельно. Это тоже наследство. Хорошее наследство. И она не жила за чужой счет, не попрошайничала, зарабатывала сама. И имела такую возможность. Она умная и сильная. И муж у нее добрый. Он поймет. И незачем на такие средства покупать что-то будущему малышу.
Надо жить свою жизнь.
Так решила Инна. И стала жить. Вполне хорошо.
Только очень плакала, когда брата не стало. Неудачно упал, чинил крышу в родительском саду, через год. Пытался чинить. Но он всегда падал и ушибался. Не везло ему. Слабый был…
Утешением было то, что судиться Инна не стала. И на день рождения отправила брату подарок, как всегда. Она же любила его, понимаете? Все равно любила. И отправила картинку с детьми, которые запускают воздушного змея. И бегут по зеленой траве солнечным летним днем, держась за руки.
Каждый принимает свои решения. Вот и все.
Брат не ответил на поздравление. И за подарок не поблагодарил. Но он никогда не благодарил…
Анна Кирьянова