Николай Александрович Морозов родился в 1854 г. в Ярославской губернии в поместье Борок в семье помещика и бывшей крепостной.
Отец, Пётр Алексеевич Щепочкин, увлекаясь всю жизнь лошадьми, со временем сделал привязанность основой жизни: в имении создал доходный конный завод и к концу жизни располагал миллионным состоянием, а его имение Борок Мологского уезда Ярославской губернии (в трёх верстах от Волги, на её правом берегу) было одним из самых процветающих и богатых.
Спутницей жизни (но не женой – помещик не смог отбросить сословные предрассудки) Петра Алексеевича стала 16-летняя дочь образованного и богатого крестьянина Анна Васильевна Плаксина. Она училась у дочерей священника, обладала художественным вкусом и детям читала наизусть Пушкина, Крылова и Лермонтова. Барин даровал Анне вольную, переменив фамилию на Морозову; она заняла должность экономки в имении и родила любимому человеку 7 детей.
Начальное образование старший сын Николай получил дома – его учила мать, а потом отец отправил его в Москву, в гимназию.
Из-за плохой успеваемости и не самого примерного поведения его из учебного заведения исключили. Тогда юноша решил заняться самообразованием – в 1871 г. он стал вольнослушателем Московского университета.
Это было время, когда Россия бурно переживала борьбу идей, а мысль о насильственном изменении пути развития страны стала для молодёжи ведущей.
Николай был активным участником «Земли и воли», а после её распада – одним из создателей организации «Народная воля». Участвовал в подготовке покушения на Александра II в 1881 году. После убийства императора выехал за границу. Через год вернулся и был арестован. Приговором народовольцу стала бессрочная каторга.
В заключении Николай Александрович всерьез занялся науками. Самостоятельно выучил 11 иностранных языков, подготовил 26 томов рукописей по химии, физике, биологии, астрономии, истории, философии, стихов и рассказов (проклятая царская тюрьма, правда?!). Заболев туберкулезом, самостоятельно разработал особую дыхательную гимнастику, которая помогла победить болезнь.
В 1905 году его амнистировали. После освобождения Николай Морозов решил заняться наукой. В 1909 г. его пригласили стать председателем совета Русского общества любителей мироведения, где занимались вопросами развития астрономии, геофизики и совершенствовали физико-математические знания. В 1910-е годы, увлекшись воздухоплаванием, как исследователь, летал на первых аэропланах, в том числе и над Шлиссельбургской крепостью через 10 лет после своего освобождения из нее (ему было уже около 60 лет).
Выйдя из тюрьмы, вскоре женился, причём супруга была моложе его на четверть века. Свадьбу обсуждал, по свидетельству Василия Розанова, «весь Петербург». Ехидный Розанов иронизировал: «Куда бы он ни появился, что бы ни написал, все бегут смотреть или спешат читать: «А, да ведь это Н. Морозов, который 20 лет просидел в одиночке, вышел и женился».
Илья Репин написал портрет знаменитого шлиссельбуржца, но столкнулся при этом с одной проблемой: жена Морозова Ксения Александровна писала, что «Репин составил себе представление о Николае Александровиче как о несчастном исстрадавшемся узнике, больше половины своей жизни прожившем в неволе. Между тем он видел перед собой необыкновенно жизнерадостного, подвижного человека, полного душевной молодости и ясности, по лицу которого никак нельзя было догадаться о всех перенесённых им испытаниях».
После революции в 1918 г. его назначили директором Естественно-научного института им. Лесгафта. Эту должность он занимал до конца своих дней.
В 1923 г. вышло постановление Совнаркома: «Предоставить в пожизненное пользование Н. А. Морозова имение «Борок» со всеми постройками, живым и мёртвым инвентарем, в нём находящимися. Освободить имение «Борок» от всех денежных налогов».
Часто повторяемые сведения о том, что лично В.И. Ленин распорядился о передаче Борка Морозову для научных исследований, были сочинены самим Николаем Александровичем в 30-е годы, потому что упоминать подписавшего постановление Каменева было опасно – это сам Ленин подарил за заслуги перед революцией, и всё тут!
В 1939 году 85-летний академик Морозов, увлекая личным примером своих сотрудников, окончил курсы Осоавиахима, где обучился снайперской стрельбе – не это ли потом навело журналистов на мысль о снайпере-академике, научно истребляющем немцев на фронте?
Журналисты рассказывали, что всё происходило так: Николай Александрович потребовал отправить его на фронт в самые первые часы войны. Но на просьбу старичка-академика даже не отреагировали.
А дальше начинается неоднократно повторённая в СМИ история (легенда, миф?).
Дотошный академик Морозов стал регулярно писать суровые письма в военкомат и даже угрожал, что дойдёт в своём вопросе до «самых верхов». В 1942 году под мощнейшим натиском учёного военные сдались и зачислили его добровольцем в одну из частей Волховского фронта. Так 88-летний академик Николай Морозов стал снайпером и защитником блокадного Ленинграда.
Академик Морозов беспрекословно выполнял все команды, не требуя к себе особого внимания. Он ходил без трости, легко пригибался в окопе при обстрелах. Всех поразило, как он умело обращается с винтовкой – как бывалый снайпер. Старик всегда тщательно выбирал себе позицию для стрельбы, обстоятельно изучал траекторию полёта пули в условиях влажной погоды и подолгу сидел в засадах в ожидании цели. Однополчане были изумлены, когда увидели, как замерзший академик Морозов с первого выстрела убрал высокопоставленного немецкого офицера. Затем ещё одного и ещё...
Естественно, появилась легенда, что Морозов был объявлен личным врагом Гитлера (сколько их было? Морозов, Левитан, Маринеско, Жуков, Эренбург, Куников, Девятаев... слышал ли когда-нибудь о них Гитлер?) Историкам документ под названием «Список личных врагов фюрера» неизвестен, но ведь журналисты знают лучше?
Академик стал настоящей легендой Волховского фронта. Когда фашисты объявили на него охоту, личным приказом Сталина он был отозван в тыл. «Такими людьми не рискуют!» – заявил вождь.
Академика сердечно поблагодарили за службу Отчизне и настоятельно рекомендовали Николаю Александровичу вновь сосредоточиться на научной работе.
В 1944 году после снятия блокады почётному академику Морозову вручили медаль «За оборону Ленинграда» и орден Ленина.
Так заканчивается история об академике, который в 88 лет стал фронтовиком-снайпером.
А теперь документы.
Ни в одной из научных биографий Морозова не упоминается об участии Николая Александровича в Великой Отечественной войне и военных наградах. Все военные годы он провел в имении Борок в Ярославской области. Выезжал только в конце 1942 года в госпиталь для проведения операции. В 1940-е гг. Морозов получил награды за свою научную работу: 1944 г. – орден Ленина в связи с 90-летием со дня рождения за выдающуюся многолетнюю научную деятельность в области естествознания; 1945 г. — Второй орден Ленина за выдающиеся заслуги в развитии науки.
Директор музея Н.А. Морозова в Борке, Н.А. Носова сообщила официально, отвечая на запрос одного из журналистов:
«Позиция музея по вопросу участия Н.А. Морозова в ВОВ – полный вымысел. Нет никаких архивных документов об этом факте. В музее есть данные, воспоминания, фотографии, что Н.А. Морозов все военные годы провел в своем имении в Борке. Выезжал только в конце 1942 года для проведения операции на простате (за ним из Москвы присылали самолет). Военных наград у Морозова нет, это ТОЧНО 2 ордена Ленина он получил за научную работу. Документы на этот счет в музее есть».
С.И. Валянский и И.С. Недосекина в 2004 г. опубликовали книгу о Н.А. Морозове «Отгадчик тайн, поэт и звездочет: О жизни и творчестве русского ученого-энциклопедиста Н.А.Морозова», в которой исследуется жизненный и творческий путь революционера и учёного, но нет упоминаний о его участии в Великой Отечественной войне в качестве бойца-снайпера.
Современный исследователь А.П. Шикман на страницах своей книги («Николай Морозов. Мистификация длиною в век». – М.: Весь мир, 2016) подробно разбирает военный миф о Морозове, цитируя архивные документы, в частности, письмо самого Морозова председателю Ленгорисполкома П.С. Попкову : «Сам я 2 года войны по разрешению наркома просвещения нахожусь в длительной научной командировке в Научно-исследовательском стационаре Академии Наук «Борок» Ярославской обл., где я продолжаю свои научные занятия по астрономии и геофизике за исключением зимы 1941-1942 гг., проведенной по нездоровью в Кремлевской больнице. Отчет о научной работе за 1943 г. мной был своевременно представлен еще в ноябре 1943 г.»
Мемориальный дом-музей Н.А. Морозова в посёлке Борок, Ярославская область. Здесь Морозов родился в 1854 году, здесь же он и умер в 1946-м
Как бы «документальный» фильм «Дед Морозов» (НТВ) снят по мотивам «желтой прессы», издания которой за последние годы буквально под копирку перепечатывали байку о Морозове – участнике Великой Отечественной войны.
В наше время раздается столько речей о патриотизме и об уважении к памяти героев Великой Отечественной войны, что зачастую люди забывают о реальных героях и склонны верить мифам, особенно если они звучат с экранов ТВ. Думается, что со стороны предприимчивых журналистов и сценаристов идет речь не об искренних чувствах уважения, к героям, а о банальном желании получить себе имя на красивой истории. А о чем она – ветераны или кто-то еще – абсолютно неважно.
Именно поэтому в постсоветский период на киноэкраны вышло так много безвкусной халтуры, которая создана даже не по мотивам Великой Отечественной войны, а конструирует уже альтернативную историческую реальность. В этой альтернативной истории солдаты Красной армии штурмуют вражеские укрепления с черенками от лопат или жмут руку офицерам Вермахта.
Если историки смотрят на войны прошлого через документы, то большинство людей получают знания о войне через школьную программу и художественные образы в современной культуре. В общественном пространстве России ведущим становится не рациональное, а эмоциональное восприятие прошлого. Упор делается именно на эмоции, которые не подкреплены глубокими знаниями и пониманием истории. В связи с этим совершенно закономерно, что история Великой Отечественной войны также становится предметом манипуляций и мифологизации, как со знаком плюс, так и со знаком минус.
И непонятно, зачем все выдумки об участии академика Морозова в войне, когда и без этой легенды его жизнь представляет собой сюжет для большого и интересного кино.