Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Племя "Кошки"

22 июня, ровно в 4 часа...

Сегодня самый скорбный день для нас, россиян. Вся наша страна в далёком 1941 в этот день встала у военкоматов с заявлениями на передовую. Уже с рассвета того дня мирное время закончилось. Обе мои бабушки с ужасом и с содроганием вспоминали этот день. Бабушка Женя под взрывы бомб собирала документы и самое необходимое для переезда, она с родителями и младшей сестрой в спешке покинула родной город Великие Луки , чтобы больше туда не вернуться. Дед Егор, мамин отец, в этот день уехал в райвоенкомат с уже собранным рюкзаком . В родное село он вернется уже с одной левой рукой после Ржевской мясорубки . Бабушка Полина Матвеевна на далеком горном Алтае с двумя малыми детьми на руках ( старшему Игорю было два с небольшим, моему папе не было еще года), стояла у громкоговорителя , висевшего на сельской площади, и у всех женщин текли слезы, переворачивались от ужаса сердца. Тут же ее братья взяли в руки оружие, один не вернулся, трое получили травмы и увечья. Ее муж, мой дед Ваня, положил з
иллюстрация из сети интернет
иллюстрация из сети интернет

Сегодня самый скорбный день для нас, россиян. Вся наша страна в далёком 1941 в этот день встала у военкоматов с заявлениями на передовую. Уже с рассвета того дня мирное время закончилось.

Обе мои бабушки с ужасом и с содроганием вспоминали этот день. Бабушка Женя под взрывы бомб собирала документы и самое необходимое для переезда, она с родителями и младшей сестрой в спешке покинула родной город Великие Луки , чтобы больше туда не вернуться. Дед Егор, мамин отец, в этот день уехал в райвоенкомат с уже собранным рюкзаком . В родное село он вернется уже с одной левой рукой после Ржевской мясорубки . Бабушка Полина Матвеевна на далеком горном Алтае с двумя малыми детьми на руках ( старшему Игорю было два с небольшим, моему папе не было еще года), стояла у громкоговорителя , висевшего на сельской площади, и у всех женщин текли слезы, переворачивались от ужаса сердца. Тут же ее братья взяли в руки оружие, один не вернулся, трое получили травмы и увечья. Ее муж, мой дед Ваня, положил заявление на фронт в понедельник 23 июня, но ушел туда только зимой 1941, потому что это была Сибирь, сибиряков брали отдельно. Его родные, оставшиеся в Ленинграде, погибли от блокады. Только одна его сестра , которую вывезли из кольца блокады, дожила до 1956 года.

Вся наша страна этот день помнит и чтит память всех, не пришедших с войны. Вечная им память. И наше коленопреклонённое горькое СПАСИБО за возможность жить и радоваться жизни.