Начало глава 1, глава 2, глава 3, глава 4.
Любу очередной раз в полицию вызвали.
- Любовь Владимировна, ваш муж часто пил?
- Как - пил?
- Ну, мог пьяным на работу выйти?
- Вы о чем? Конечно, нет! Мог в праздничный день вина немного выпить, водку не пил совсем. Перед работой вообще не пил. Почему такие вопросы? Что экспертиза не проводилась?
- Проводилась.
- Пьян был? Покажите мне результаты экспертизы.
- Я не обязан вам ничего показывать.
- Понятно, вину на него повесить хотите. Мёртвый не защитится, а живые отблагодарить могут!
- Язык придержи. Даже родственники подтвердили, что вы на пару злоупотребляли. И именно вы его спаивали.
- Догадываюсь, что за родственники. Других свидетелей опросить не догадались? Соседей, например?
- Свободна!
На работу бежала, а сама от слез дороги не видела. Ещё эти две кукши гадят себе же во вред лишь бы ей досадить. Она уже поняла, что справедливого суда не будет. Где ей тягаться с владельцем сети автомастерских. У неё денег нет адвоката нанимать, а у владельца мастерских и деньги, и услуга. Наверняка лучшего адвоката нанял и сто раз прав окажется. Обвинят Гену в каких-нибудь нарушениях и никто за его смерть не ответит. "Ещё спорить начала, следователя разозлила." - Себя корила. Откуда такая смелость взялась? В прежние времена слово бы не вымолвила. От безысходности, наверное.
Раньше во всем на Гену надеялась, а сейчас за неё заступаться некому. Когда это следствие закончится? Чего тянут? Видимо, заинтересованность есть. Решение суда заранее предполагала, единственное чего хотела - лишь бы скорее это все закончилось. Больно, очень больно всякий раз все заново вспоминать.
Екатерина Петровна заплаканные глаза её увидела, засуетилась:
- Капли накапать? Опять мозг выносили?
- Спасибо, не надо. Сказка про мочало - начинай сначала.
- Ты бы так близко к сердцу не принимала. Не глупая ведь, понимаешь, что сейчас все деньги решают. Я сейчас в администрацию уйду, а ты должников обзвони. Что за люди? Неужели так трудно книжку занести? Сами отучились, а другим уже не надо будет? А ещё говорят старческий склероз. - Ворчала заведующая.
Под ее ворчание расставила возвращенные книги.
- Я ушла. - Предупредила Екатерина Петровна.
Дверь захлопнулась и у неё слезы опять потекли из глаз. Что за жизнь такая? Почему бьёт всегда одних и тех же?
- День добрый!
Слезы вытерла. Господи, как неудобно! Даже не слышала, что пришёл посетитель.
- Что-то случилось? Я могу чем-нибудь помочь?
На неё смотрел молодой мужчина в растянутой футболке и рваных джинсах. Такие сейчас начали в моду входить, их в городе единицы носили. Обычно такие люди библиотеку не посещали.
- Всё нормально. Спасибо. Слушаю вас?
- Помогите мне подобрать литературу о Пикассо.
У Любы от удивления слезы высохли. Никто у них особо не интересовался его творчеством. Посетитель, увидев её удивление, поспешил пояснить:
- Я в доме детского творчества художественный кружок веду. Хочу своих учеников с его шедеврами познакомить. В школе его творчество особо не раскрывается.
- Хорошо, подождите минутку.
Искать долго не пришлось. У них в библиотеке всего два альбома было с работами Пикассо и те стояли на верхней полке стеллажа с мало востребованной литературой.
Пока заполняла формуляр посетитель топтался с ноги на ногу. Забирая альбомы спросил:
- Вы сегодня вечером свободны? Хочу ваш портрет нарисовать.
- Я сегодня вечером занята. Заберу детей из детского сада, погуляю с ними, потом готовка ужина, стирка и остальные дела как у любой мамы.
- Очень жаль. Вы современная мадонна с печалью в глазах.
С этого дня Вадим, так звали посетителя, зачастил в библиотеку. Приносил букетики полевых цветов или одинокую розочку. Никуда не торопился, заводил с ней разговоры. Увлеченно рассказывал о своих замыслах или истории жизни знаменитых художников. Если в библиотеку заходили читатели усаживался за читательский стол и терпеливо ждал когда Люба опять будет свободна. Даже Екатерина Петровна сказала ей:
- Чего мужику мозги компостируешь? Сходи на свидание, может чего и получится. Все легче будет детей растить. Гену уже не вернёшь.
- Нет.
- Ну уж сразу и нет. Век горевать будешь? Молодая ещё, тебе мужика рядом надо, плечо надёжное. Детям отца надо.
- Был у них отец. Вряд ли его кто заменит. Из этого гения какой отец? Из него даже отчима не получится. Сам как дитя.
- Дело твоё, тогда отваживай его от посиделок тут. А то у вас только переглядки, а люди уже черте-что болтают.
- И что болтают?
Екатерина Петровна объяснять не стала, да тут и без объяснений ясно. Золовушка её, Инна, как раз напротив в магазине работала. За бывшей невесткой пристально наблюдала. Не раз видела как после закрытия библиотеки Люба выходила с одним и тем же посетителем и направлялись они в одну и ту же сторону. То, что на первом же перекрёстке расходились в разные стороны для неё значения не имело. При каждом удобном случае знакомым рассказывала:
- Получила невестушка волю. Гуляй - не хочу! Никого не стесняясь шашни крутит. Ещё года не прошло, а у неё из кобелей очередь. Всякую шваль подбирает и пьяных, и драных. Так ей не привыкать. Та ещё штучка.
Любу все больше навязчивость поклонника раздражала.
- Любовь Владимировна, не хотите мне попозировать? В субботу, например, могли бы мне уделить несколько часов?
- Могу. Надеюсь мои сорванцы вам работать не помешают? Ну, наведут некоторый беспорядок в мастерской.
- А вот детей в мастерскую не желательно.
- Так куда же их деть? Нянь у меня нет. Да вы не волнуйтесь, они вам понравятся. Такие непоседы, любопытные очень. Все им посмотреть, ручонками потрогать надо. А уж как рисовать любят, прямо беда. У меня все стены в квартире разрисованы.
- Мне, вообще-то, общения с детьми и на работе хватает.
- А коли хватает, так может не стоит мать с детьми в натурщицы приглашать? Вон сколько их, одиноких. Такие колоритные личности есть, любой кубизм нарисуете без проблем. Могу даже адрес подсказать. В магазине напротив одна такая работает. Загляните на досуге. А в библиотеку приходите, пожалуйста, только по делу.
Гений протоптался ещё минут пять и вышел. Екатерина Петровна из-за стеллажа высунулась:
- Думаешь он понял, что отставку ему даёшь?
- Ну если не понял, то в следующий раз на чисто русском объясню. Ну, что, закрываем?
- Ага, домой пора.
Люба в садик торопилась. Собиралась дорогу перейти, а переход резко машина перегородила. Её как кипятком обдало. Не хватало ещё детей круглыми сиротам оставить! Такое зло разобрало:
- Куда прешь, идиот!
Стекло опустилось:
- Привет, смотрю вы идете. Садитесь, подвезу.
- Привет! Обойдусь. Чуть сердце не выпрыгнуло. Разве так можно? У меня вся жизнь перед глазами промчалась.
Алексей из машины вышел, перед ней дверь открыл:
- Куда едем?
- Не знаю куда вы едете, мне в детский сад нужно.
- Ну, в детский сад, так в детский сад. Давай на ты. Мы же не старики. Как живёшь?
- А ты как думаешь? Лучше всех.
- Суд уже был?
- Нет. Все виноватых ищут. Пока у следствия один виновник - Гена! - У Любы опять слезы на глаза навернулись. - На погибшего свалить проще. Накануне узнала от следователя, что, он, оказывается, алкоголиком был.
- Гена? Можешь свидетелем меня заявить. Я его больше пяти лет знал и ни разу пьяным не видел.
- Для них это не аргумент. Адвоката надо, да было бы на что нанять.
- Слушай, у меня знакомый есть, из нашей тусовки. Молодой, правда, адвокатскую карьеру только начинает, но чем черт не шутит. Хочешь поговорю?
- Спасибо. Не стоит. Все равно платить нечем.
- Не аргумент. Узнаем сколько стоит его услуга, а потом решать будем.
- Слушай, Алексей, тебе зачем это надо?
- Меня друзья Алексом зовут. Не знаю, зачем-то надо.
- Вон детский сад. Спасибо, что довёз.
- Может покатаемся? Забирай детей и в парк съездим.
- Не получится, у тебя детских кресел даже нет. Да и у меня дел куча. - Рукой махнула на прощание.
Только Алексей так просто не отступился. Стал все чаще встречать с работы. Устраивал им прогулки на природу. Катал Максима на мотоцикле к радости сынишки. Подвозил Любу с тяжёлым сумками из магазина.
Продолжение тут.