Я всегда была параноиком, но с рождением дочери все сильно усугубилось

— Мам, у меня болит горло… — хрипло говорит дочка, покашливая в ладошку.

Моя рука уже тянется к телефону, чтобы набрать «скорую», но мозг еле-еле успевает остановить панику: «Спокойно, Оля, это просто кашель. Не надо вызывать МЧС».

Но… не получается. Через пять минут я уже лихорадочно гуглю: «Сухой кашель у ребенка 4 года + температура 37,1 = это смерть?»

Если честно, я всегда была тревожной. Но после рождения дочки мой уровень паранойи вырос до космических масштабов.

— Оль, у тебя насморк, — говорит муж, видя, как я закуталась в три одеяла и жалобно шмыгаю носом.

— Это не насморк! — паникую я. — У меня либо менингит, либо туберкулез!

— Либо ты опять начиталась форумов, — вздыхает супруг.

Но я уже не слушаю. Мои пальцы лихорадочно стучат по клавиатуре: «Насморк + головная боль + слабость = сколько дней осталось жить?»

— Опять ты Алису таблетками пичкаешь?! — возмущается мама, заглядывая в рот внучке. — У нее просто горло красное, а ты ей уже антибиотики суешь!

— Мам, я лучше перебдю! — огрызаюсь я. — Вдруг это ангина? Вдруг осложнения?

— В моё время детей водкой натирали, и все выживали!

— В ваше время и керосином горло мазали, но это не значит, что это правильно!

Мама фыркает и идет на кухню — готовить «чудо-компот» из малины, липы и еще чего-то, что, по ее мнению, должно мгновенно поставить ребенка на ноги.

Я же в это время звоню нашему семейному врачу. В третий раз за день.

— Доктор, а если это не ОРВИ, а… менингит?

— Ольга Сергеевна, — устало отвечает врач, — у ребенка обычная простуда. Дайте ей жаропонижающее, если температура поднимется выше 38.

— Но вдруг это не поможет? Может, сразу антибиотики?

— Нет.

Однажды утром мне срочно нужно было на работу. А в садике у Алисы — карантин по гриппу.

— Мам, смотри, — строго говорю я. — Если у нее хоть что-то заподозришь — сразу звони!

— Да-да, — отмахивается мама.

Вечером.

Открываю дверь — а там:

Дочь лежит на кровати, раздетая.

Мама растирает ее… водкой.

В воздухе стоит терпкий запах алкоголя.

— ЧТО ПРОИСХОДИТ?! — кричу я.

— Температура 38,5, — спокойно отвечает мама. — Водкой растираю.

— МАМА, ТЫ С УМА СОШЛА?!

— Всю жизнь так делали!

— Всю жизнь люди и ржавой водой лечились, но это не значит, что надо продолжать!

Я хватаю телефон, набираю врача. Не берет.

— Наверное, в черный список тебя уже добавил, — ехидно замечает мама.

— Ты знаешь, что спирт через кожу впитывается?! Что у детей от этого может быть интоксикация?!

— Ой, брось! Вон, муж твой в детстве водкой натирался — и ничего, живой!

— И ЭТО ДОЛЖНО МЕНЯ УСПОКОИТЬ?!

— Я вызываю «скорую», — заявляю я.

— Да зачем?! — возмущается мама. — Сейчас температура спадет!

— А если нет?!

— Оль, ну ты совсем…

Я игнорирую её и звоню 103.

10 минут спустя.

Приезжает бригада. Врач смотрит на Алису, потом на меня, потом на бутылку водки на тумбочке.

— Растирали?

— Да… — виновато бормочет мама.

— Больше так не делайте.

Мама обиженно надувает губы.

После укола температура падает. Врач уезжает. Мама собирает вещи.

— Раз ты всё знаешь лучше, то сама и лечи!

И уходит, хлопнув дверью.

Теперь я стараюсь держать себя в руках. Но это сложно.

— Мам, у меня живот болит… — говорит Алиса.

Мой мозг: «АППЕНДИЦИТ. СРОЧНО В БОЛЬНИЦУ»

Но я делаю глубокий вдох и говорю вслух:

— Сейчас чаю с ромашкой выпьешь, полежим, и всё пройдет.

…Но телефон со скорой помощью всё равно лежит наготове.