Идём сегодня по улице Байкальской. Памятное для многих иркутян место:
Понятно, что такая ситуация была всюду по стране, но спасибо Марку Сергееву (настоящая фамилия — Гантваргер), который вернулся с войны и написал об этом:
Кстати, Марк Сергеев родился в Енакиево, Донецкой области... Станислав Гольдфарб - в Харькове... вообще я часто говорю на экскурсиях, что даже Иннокентий Иркутский так-то родился на Украине... и многие, многие, о ком я упоминаю на обзорках. Но... как-то наш мэр (не помню уже, какой именно) сказал, что для того, чтобы стать иркутянином - необязательно рождаться в Иркутске. С этим я полностью согласна!
Между остановками Волжская и Баргузин/Диагностический центр. Мы недавно были на углу Лопатина и Байкальской:
Нынешнее здание областного суда в районе остановки «Волжская» изначально занимала школа № 21. Эту школу, как и многие другие во время войны, переоборудовали в госпиталь. Но важно, что старшеклассники, уходившие на фронт, высадили возле школы тополиную аллею. Вернулись с фронта лишь пять юношей из класса. Аллею и здание школы, а также скромный мемориал возле здания недавно внесли в список культурного наследия Иркутской области.
Здание школы было построено перед войной, в январе 1940 года, по типовому проекту. Школа, рассчитанная четыреста- восемьсот мест, в условиях военного времени должна быть моментально переоборудована в госпиталь. Такие школы начали строиться по всему СССР в конце 30-х годов на случай войны. Краеведы говорят, что в Иркутске было построено десять таких школ, в том числе и школа № 21.
Напмоню, что сейчас здесь уже не школа, здание суда Октябрьского района:
А 21-ую школу мы недавно вспоминали - она на 1-ой Советской... и в моём детстве её украшал роскошный горельеф "Мы рождены, чтобы сказку сделать былью":
Но вернёмся на Байкальскую - в жаркий июньский день:
Тополиная жизнь:
Когда началась война, школа, согласно проекту, ужалась, большую часть помещения занял военный госпиталь. Раненые стали поступать в Иркутск в 1942 году. После войны и до 1958 года здесь находился госпиталь для инвалидов войны...
Ну, а мы идём дальше:
Здесь уже, собственно, угол с улицей Лопатина, и я показываю из тенька площадь Пятидесяти Лет Формирования СССР (разумеется, её так никто не называет! - более того... мало, кто знает о том, что "фонтан на Баргузине" носит такое пышное название):
Мы идём в сторону остановки:
любуемся тем, какой зелёный у нас город:
И вспоминаем...
"Баллада о тополях"
В тени их скрыта школьная ограда.
Они следят с улыбкой за тобой,
горнист из пионерского отряда,
так мастерски владеющий трубой.
Нас кронами укрыв, как шалашами,
они шумят под вешнею грозой…
Послушай: я их помню малышами,
обыкновенной тоненькой лозой.
Послушай: в небе стыл рассвет белесый,
проткнула землю первая трава, –
за ручки, важно, приведя из леса,
их посадили мы – десятый «А».
И ночью, после бала выпускного,
мы поклялись, сюда опять прийти.
...И вот мы к тополям вернулись снова,
но впятером из двадцати шести.
Горнист из пионерского отряда,
послушай: клятв никто не нарушал.
Ты родился, должно быть, в сорок пятом
и, значит, сорок первого не знал.
А в том году схлестнулись с силой сила,
стояла насмерть русская земля.
За тыщи верст разбросаны могилы
тех, кто сажали эти тополя.
Но, будто бы друзья мои – солдаты,
стоят деревья в сомкнутом строю,
и в каждом я, как в юности когда-то,
своих друзей бесценных узнаю.
И кажется, скажи сейчас хоть слово
перед шеренгой тополей живой –
и вдруг шагнет вперед правофланговый
и в трауре поникнет головой.
Как требуют параграфы устава,
начни по списку вызывать солдат:
– Клим Щербаков! –
И тополь – пятый справа – ответит:
– Пал в боях за Ленинград.
– Степан Черных! –
и выйдет тополь третий.
– Матвей Кузьмин! –
Шагнет двадцать второй…
Нас было двадцать шесть
на белом свете – мы впятером
с войны вернулись в строй.
Но остальные не уходят.
Рядом они стоят,
бессмертны, как земля.
Горнист из пионерского отряда, взгляни:
шумят под ветром тополя.
И если в час беды о нас ты вспомнишь,
твой горн тревожно протрубит подъём,
то мы придем, горнист, к тебе на помощь.
Живые или мертвые – придем.
Маркс Сергеев, 1957
Спасибо им за всё. Вечная память: