Из воспоминаний профессора, Веры Прокофьевны Якуцени.
ВП: - Бабушка есть бабушка. Бабушка в слезы, конечно. Как её или Прошка? Как он, что с ним? Что я могла сказать, ничего не могла сказать и Мама тоже. Ты понимаешь эту ситуацию, тут объяснять особенно и нечего. Все с одинаковым «восторгом» встретились.
СП: - Кошмар.
ВП: -Да. Ну, короче говоря, мы благополучно у неё живем, она нас кормит. Потом немцы уже взяли Одессу, круг сужается… Бабушка и говорит: «Надо уходить вам». Соседи…я их фамилии долго помнила, а теперь, вот, не могу вспомнить никак. Соседи, говорят - всякие тут, разные, понабежали ... Они точно выдадут, скажут, что жена командира морского или там… жена военного, с дочкой, выдадут, повесят, так что надо уходить. Надо уходить, ну что ж, а куда уходить? Из вещей, опять тот же самый оклунок с той же самой кожанкой. Чтобы руки были свободны.
СП: - То есть, подкормились немножко и пошли?
ВП: - Да. Вышли на дорогу, стали голосовать: кто куда едет, туда и мы. Джанкой немцы тогда ещё не взяли. Перекоп взяли, а Джанкой еще нет. Ну, стоим…А что-раньше-то транспорт? Вот эти самые, полуторки.
СП: - Полуторки? И в них…
ВП: - Полуторки. Ну, ты представляешь, что это за машина, да?
СП: - Да, конечно.
![«Полуторка». [https://iq.drivenn.ru/q6c9yq4ygqxqp_1l8o779.jpeg]](https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/271828/pub_6856c2be5e09204dab93afba_6856cb645e09204dab9dee4f/scale_1200)
ВП: - Другого транспорта у наших и не было. Стоим, голосуем. Останавливается машина, шофёр: - «Куда едете?». - Нам бы в Джанкой.
А почему в Джанкой? В Джанкое Вера Зеленская, мать её там была. И вот она-то, собственно, сразу же, из Одессы, в Джанкой поехала.
СП: - Вера Зеленская – это кто?
ВП: -Это жена тоже такого же, как Отец, военного, краснофлотца. Из одной части, они дружили… Всегда были вместе: и Отец, и её муж… Короче говоря, она сразу поехала в Джанкой, а мы, значит, решили, что и мы поедем в Джанкой к Вере Зеленской. А куда ехать-то? Куда? Ничего не знаешь. Да и сам понимаешь, с бухты-барахты, ни с того, ни с сего. Возвращаюсь к «голосованию». Стоим, думаем, голосуем. Останавливается полуторочка: - «куда вам, девочки?». Мама говорит: - «Нам бы в Джанкой». Он говорит: - «Нет, в Джанкой не могу, в Скадовск еду. А от Скадовска вы в Джанкой переберетесь дальше. Это проще, чем тут стоять, немцев ждать, если они уже около Перекопа. Они уже всю эту прибрежную часть уже прошли».
Сели мы в эту машину и поехали в Скадовск. Где-то там, не доезжая до Скадовска, шофер этот…Ну, люди были людьми, понимаешь? Увидел там свою какую-то машину, похожую, остановил. Говорит: - у меня тут две пассажирки в Джанкой, ты возьми их, а то что мне их в Скадовск везти, а то как они оттуда выберутся? Отвечает: - «Что тебе в Скадовск, тебе самому-то уже там нечего, там немцы на окраине у Скадовска!». Ну, короче говоря и он повернул, и этот мужичок новенький, паренёк, взял нас на свой полуторный борт. Приехали мы, таким образом, в Джанкой. Опять-таки, куда деваться: Вера Зеленская у матери, а там хозяйство, мать тоже такая, железная, но ещё вторая дочка, то есть, сестра Веры Зеленской привезла на лето сына с Красноярска. Вот и вся история.
По началу, они, конечно, нас приняли, но мы же не могли все время жить, нас же, все-таки, двое, как-никак, там двое-трое и так дальше. Мы сняли комнатеночку где-то около железнодорожной станции.
СП: - Какое-то довольствие платили? Бабуле какое-то довольствие платили?
ВП: - Ну, конечно. Но это и сняли комнатенку.
СП: - Деньги откуда-то были?
ВП: - Извини меня, я тебе еще раз говорю, советская власть своих любит. Нам немедленно выдали аттестаты. Не во всяком военкомате мы могли эти аттестаты получить потому что-либо у них самих не было денег, либо у них было мало денег, но через раз, все-таки, они выплачивали. Нам хватало. Система работала четко.
СП: - Молодцы.
ВП: - Молодцы, молодцы, не о чем, ты понимаешь, когда начинают вот эту вот грязь всякую … все придумывают сами. Ну, короче говоря, наплевать на это все, на последующее. Ну, короче говоря, там мы сняли комнатеночку, там я даже начала учиться, вроде.
СП: - Пошла в школу в Джанкое?
ВП: - Пошла в школу в Джанкое, продолжила учиться. Но немцы перевалили через перекоп. Надо дальше смываться, куда смываться? Ну, Вера Зеленская, мальчишечка этот, мать её. Куда дальше? Ну как, теперь уже Мама руководит. Мама говорит, у меня в Керчи сестра там, сестра есть, родная.
СП: Это кто у нас?
ВП: - Дарья Зиновьевна Бойко. Поехали. Тут железная дорога, как-никак, поехали в Керчь. Ну, а до Керчи железной дороги не было, но там не важно даже, там следующим каким-то там транспортом, гужевым или моторным это я уже не могу уже даже вспомнить. Короче говоря, мы ехали через прекраснейшие сады.
СП: - Красиво…
ВП: -Яблони уже созрели к этому времени, уже август был. Вот через эти Карасу Базары, татарские места, аулы приехали мы в Керчь, опять- таки, как снег на голову свалились. Ну, родня есть родня. Короче говоря, приняли нас, приютили, стали ждать дальше и думать, что делать дальше. Потому что уже взяли Джанкой. Помнишь Шванова (профессор Шванов Валентин Николаевич)?
СП: - Да, конечно.
ВП: - Так вот, мы примерно в одно время были в Джанкое. Он не успел бежать, а Мама у меня шустрая была, бабушка была шустрая. Ей плевать на все было, на все эти вещи там, я говорю, с одним этим углом ходили.
СП: - То есть, бабуля была мотор?
ВП: - Да, бабуля была молодец. Когда была здорова и молода. Короче говоря, мы-то успели залезть в вагоны, которые последние шли, а он или раздумывал, или кого-то ждал, или перегружен был чем-то. Ну, короче говоря, он не успел. Значит, мы из Джанкоя удрали, в Керчь доехали, остановились в Керчи, начали думать дальше, потому что уже Джанкой взят. Что тут остается? Садись на шпалы и мотай…
Продолжение следует.