Городской вечер опустился рано, заливая улочку унылым желтым светом фонарей. Именно там, в зловонном каменном мешке между мусорными баками и глухой стеной склада, Алиса услышала его. Не плач, не мяуканье, а тихое, отчаянное шуршание и слабый, прерывистый писк, больше похожий на всхлип. Сердце Алисы, привыкшее к городскому равнодушию, дрогнуло. Она подошла ближе, направив луч фонарика телефона в темный угол. Свет выхватил из мрака маленький, жалкий комочек. Мех, некогда пушистый и полосатый, был слипшимся от грязи и дождя, превратившись в грязно-серые лохмотья. Огромные, не по-детски печальные глаза-бусинки, окаймленные темной маской, смотрели на нее с немым ужасом. Это был енот-подросток, совсем крошечный, дрожащий всем телом. Одна задняя лапка неестественно подогнута. Ох, малыш... вырвалось у Алисы. Она осторожно протянула руку, но зверек попытался отползти, издав жалкий звук. Он был слишком слаб, чтобы убежать. Алиса сняла свой теплый шарф, старый, с оленями, и, мед