Костю вернули через несколько дней после уплаты выкупа. Отец Константина не стал иметь дело с правоохранительными органами и предпочел заплатить, искренне считая, что его решение помогло спасти жизнь сына. В любом случае похитители преспокойно скрылись с деньгами, и милиция ничего не могла поделать, поиски ничего не дали, преступники как в воду канули. Но родителям похищенного ребенка на это было наплевать, они получили сына назад живым и здоровым, за исключением того факта, что на его левой руке теперь отсутствовал один палец.
Юношу нашли на вокзале, куда его выбросили из машины похитители. Он не плакал, ничего не говорил, лишь немигающе смотрел в одну точку, отказывался от пищи и не хотел ничего рассказывать об условиях содержания в плену. Милиционеры хотели было взять парня в оборот, но мать встала на его защиту грудью, не желая иметь сними дел после всего того, что случилось.
По прошествии нескольких дней Костик заговорил, но рассказал совсем немного и по этим отрывочным сведениям сложно было понять, где именно похитители держали его. Он не видел их лиц и почти не слышал голосов, вполне вероятно, что именно это спасло его жизнь, иначе родители могли получить лишь его тело.
Парню запрещено было выходить на улицу, лишь иногда он усаживался на лавочку возле дома вместе с матерью, которая теперь не отходила от него ни на шаг и никуда не отпускала одного. Дважды к нему приходили ребята, но не могли долго разговаривать в присутствии матери, не покидавшей его комнату во время их визита, поэтому разговор не клеился, да и сам Костя не желал особо вспоминать подробности своего вынужденного заточения, отмалчивался или вовсе отказывался от встреч со старыми друзьями. Что-то в нем надломилось, что-то позволявшее думать, что мир безопасен, теперь на каждом шагу ему мерещились похитители, а в ночное время он совсем не мог спать без снотворного.
Несмотря на холодную погоду и неприятный ветер, Костик сидел на лавочке вместе с матерью, которая держала его за руку, боясь, что стоит ей только отпустить ребенка, как его тотчас снова похитят. Костик не стал препятствовать такому ее поведению, прекрасно понимая, что ей пришлось пережить, да и самому было гораздо спокойнее, что рядом кто-то есть.
Маша и Павлик долго не решались подойти к подростку, боясь, что мать не даст им поговорить, но в этот раз набрались смелости и оказались рядом. Костик держал забинтованную руку так, чтобы та не слишком бросалась в глаза. Его потухший взгляд говорил лишь об одном – о страхе, отныне поселившимся внутри него. Этот страх держал парня за горло так крепко, что не давал опомниться и снова почувствовать себя по-настоящему живым.
– Привет, – вполне дружелюбно поздоровался с ним Пашка, теперь совсем не видя в парне прежнего соперника. – Как сам?
Мать отвернулась, делая вид, что высматривает что-то в конце улицы, но так и не отпустила руку сына.
– Ничего, – неопределённо пожал плечами Костик, не в силах поднять глаза и посмотреть в лица старых товарищей.
– Рука зажила? – Маша мялась рядом, не зная, что можно спрашивать, а что не стоит.
– Почти, – Костик невольно дернулся, будто снова ощутил ту боль, которая пронзила его в момент травматической ампутации.
Дети не знали о чем еще можно спросить человека, побывавшего в такой истории, но стеснялись задавать каверзные вопросы в присутствии родных, поэтому неловко мялись, не зная теперь как прекратить этот бессмысленный и пустой разговор, который так долго хотели начать.
– Мы переживали за тебя, – вырвалось у Маши, но ее слова будто угодили в пустынный колодец, Костя никак на это не отреагировал.
– Передай бабушке, что деньги мы скоро вернем, – неожиданно вклинилась в разговор мать, зная, что соседи собирали с миру по нитке для выкупа Кости.
– Хорошо, – Маша качнула головой и отошла, Пашка сопел рядом. Ему так хотелось расспросить про похитителей поподробней, ведь ему казалось, что его бы никто не смог удержать в плену и он бы обязательно выбрался, представляя себя настоящим голливудским героем.
– Он выглядит очень…, – Пашка никак не мог подобрать подходящее слово.
– Потерянным, – нашлась Маша.
– Точно, – щелкнул пальцами мальчик.
– Это пройдет, – мудро рассудила Маша, понимая, что прежние чувства к Костику угасли, испарились, растаяли, словно ничего и не было.
– Пойдем, – Пашка протянул руку и дождался, пока девочка положит свою ладонь в его. После схватки с хулиганами в заброшке они стали гораздо ближе друг к другу и теперь их связывала одна большая тайна.
– Да, – ей приятно было, что ее хрупкую ладонь держал в руках именно Пашка. Сейчас он казался ей именно тем человеком, который так нужен в эту минуту. Возможно, скоро все измениться, жизнь сделает новый виток и прошлое перестанет быть таким важным. Маша вдруг снова вспомнила родителей и печально вздохнула.
– Все хорошо? – мальчик мгновенно уловил изменение ее настроения.
– Да, – кивнула Маша, – все хорошо.
Она улыбнулась ему и решила, что несмотря на погоду, сегодня неплохой день, чтобы прокатиться на качелях, поэтому потянула Пашку в парк.