Достаточно бодро проходит Петербургский международный экономический форум (ПМЭФ), хотя можно уже добавить «экономико-политический форум», потому что делается много политических заявлений, и встречи, которые проходят на самом высоком уровне, - это, конечно, встречи с политическим подтекстом. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что выступление Владимира Путина на пленарной сессии ПМЭФ будет содержательным и длинным. Правда, он не уточнил, будет ли президент затрагивать в своем выступлении тему конфликта между Израилем и Ираном. В первую очередь, форум экономический, и будет говориться про развитие международного экономического сотрудничества. Песков сказал, что президент встречался с иностранными инвесторами, но с кем именно, не афиширует, потому что обстановка в недружественных странах может негативно сказаться на тех, кто встречался с Путиным. Тем не менее, если проследить, то подписано много контрактов, много планов, но разговоры идут и идут о том, что поменять в российской экономике. Песков заявил, что замедление российской экономики было запланированным, а теперь обсуждается вопрос о необходимости её ускорения, чтобы замедление не превратилось в рецессию. Интересно сказала председатель Центробанка РФ Эльвира Набиуллина: «Мы росли два года достаточно высокими темпами из-за того, что были задействованы свободные ресурсы. Сейчас многие из этих ресурсов исчерпаны для экономического роста. Речь идет о рабочей силе, производственных мощностях, запасах капитала банковской системы, а также о деньгах Фонда национального благосостояния». Перед ЦБ была поставлена задача подавить инфляцию? А экономическим ростом должны заниматься другие.
Сергей Михеев: Сколько мы с Вами ведем передачу, сколько я вел до этого другие эфиры, и, не будучи финансистом или экономистом, но имея жизненный опыт и образование, сколько лет говорю, что нынешняя модель российской экономики не справляется со стоящими перед ней задачами и вызовами! И смысл не во мне, а в том, что это было видно всем! Наконец-то, прошли годы, и на фоне усиливающихся проблем большие начальники на ПМЭФ говорят: «Да, вы знаете, по ходу дела, модель роста себя исчерпала». А когда про это говорили 1-4 года назад, она себя не исчерпала?
Про это тоже тогда говорили. Есть еще один форум, который проводит ВТБ «Россия зовет». Там тоже одна из тем: «Как нам возобновить рост?»
Сергей Михеев: Не хочется злорадствовать - заговорили и Слава Богу. Но все эти вещи были очевидными достаточно давно. Эта модель развития концепции экономики нуждается в серьезном переосмыслении и перестройке. Помню, когда годы назад это было, твердили: «Без вас разберемся! Что вы можете в этом понимать?» Сегодня те же самые люди серьезно говорят: «Знаете - исчерпана». А предвидеть и спрогнозировать это было нельзя? Приступить к дискуссии и разработке заблаговременно тоже было нельзя? А надо было! Для этого нужны и дискуссии, и обсуждения, и творчество, и любовь к родине, чтобы понимать, что не в последний момент надо решать задачи. Заговорили - и хорошо. Может быть, это будет толчком к тому, чтобы что-то переосмыслить.
Такое впечатление, что люди не видят реальной ситуации, а видят экран, на котором так происходит. А в жизни как? Возьму только один фактор по поводу роста: где огромное количество отечественных товаров? Их нет - значит, вы идете не в том направлении. Одни импортные потоки вы заменили на другие импортные потоки и отчитываетесь, что «всё хорошо». Но это не равно всё хорошо! Что с одной стороны, что с другой - показателем эффективности должен быть рост производства. Не производства шаурмы или метелок для дворников (метелки у нас тоже китайские), а значимых товаров! Когда некуда будет девать российскую одежду, автомобили, телефоны, компьютеры, тракторы, экскаваторы, тогда можно будет сказать: «Результат достигнут»! Можно сколько угодно говорить: «Вы ничего не понимаете в финансовых тонкостях». Да, не понимаем. «Вы ничего не понимаете в специфике рынка». Да, не понимаем. А что мы понимаем, это когда показатель работы экономики –это не графики на биржах, а производство реальных товаров! Это первое.
Второе: мы много говорим о санкциях. В чём заключается уязвимость от санкций? В том, что вы сами не производите и не являетесь независимыми в этом смысле. Чем более вы зависимы от внешних игроков, тем сильнее на вас будут действовать санкции. Простой вывод: чтобы на будущее выйти как можно больше из-под зависимости санкций, надо что делать? Больше производить. Покажите эти производства не на бумажках, а в тоннах, килограммах и т.д.
Вопрос по поводу ПМЭФ и того, что там обсуждается: «На форуме говорят про переход на новый технический уклад, но чтобы на него перейти, нужна бесплатная и безграничная энергия, а она у нас только дорожает. Может быть, Вы, Сергей Александрович, попробуете донести до тех, кто готовит этот переход, данный факт?» Кто-то на форуме из «больших» людей говорил, что «у нас в принципе дешевая, по сравнению с другими странами, энергия. Всё готово для мощного технологического рывка».
Сергей Михеев: Ждем с нетерпением, что сейчас с минуты на минуту случится «мощный рывок» (смеется).
Вопрос: вернемся или нет?
Сергей Михеев: Я думаю, что пока это только слова. Касательно того, что «я должен донести»… Ещё раз повторю, что у меня не было, нет и не предвидится никаких возможностей что-то сказать Путину или кому-то еще. Пока есть передача, мои эфиры, где я выступаю.
Насчет технологического уклада: с одной стороны, критикую, но, с другой стороны, хорошо, что они заговорили об этом, что признается эта проблема - то, что надо что-то делать. Для того, чтобы об этом заговорить, требуются годы – это плохо. Причины могут быть разные, в том числе чисто субъективные, личностные, иногда корыстные.
Насчет «энергии, которая нужна в огромном количестве и бесплатная»: видимо, с переходом на новый технологический уклад наш слушатель и те, кто об этом говорят на форуме, имеют в виду что-то разное. Тут надо определиться с дефиницией, с терминами. Я не очень понимаю, что означает «новый технологический уклад» в интерпретации тех, кто выступает на эту тему на форуме, поэтому не могу оценить, насколько это реально или нереально. Вот у Китая с энергией плохо - ничего не осталось.
Было сообщение: «В Китае зафиксирован исторический максимум объема нефти». Купили.
Сергей Михеев: У Китая своих ресурсов почти не осталось, уголь кончается, и, тем не менее, без бесплатных ресурсов они достигли таких успехов за последние 30 лет, что нам и не снилось! Не надо это сообщать нашим «гуру» экономики, а то они скажут: «Точно, для перехода на новый уклад нужно беспредельное количество бесплатной энергии, а у нас её нет, поэтому и дальше делаем шаурму». Многие только и ищут оправданий для того, чтобы ничего не делать и говорить, что «и так всё хорошо и замечательно».
Рядом есть страна Китай, у которой своей энергии очень мало, но, несмотря на это, они достигли впечатляющих результатов. Конечно, можно найти кучу причин, почему мы так не смогли, и они отчасти объективные, но давайте искать причины, почему мы сможем это делать. Причины простые: это сырьевой перекос в развитии нашей экономики, экстенсивное её развитие в сторону раздувания, как опухоли, огромного сектора услуг, стройки, невнимание к производству и постоянные ссылки на рынок. Еще одна из проблем чисто политическая: мы очень долго встраивались в чужие планы и схемы. А Китай не встраивался: он вел собственную жесткую политику, в том числе протекционистскую, потому что он работал на себя.
Китай шел по своему «шелковому пути».
Сергей Михеев: Китайцы работали на себя, а мы лет 20-30 работаем на других: на вывоз капитала из России, на чужие схемы! Проблема в том числе в политическом суверенитете.
Есть комментарии: «А кто будет реформировать? Те, кто в 1990-е годы начинали«реформацию»?» На форуме выступал глава Комитета Госдумы по бюджету и налогам Андрей Макаров и у него завязался спор: «Почему рухнул СССР?». Он сказал, что виноваты не Горбачев с Ельциным, а социализм. «Социализм рухнул только потому, что не смог выполнять свой «Основной экономический закон», который заключался в максимальном удовлетворении всё возрастающих потребностей трудящихся». В конце Макаров добавил, что был экономический закон у социализма, а «мы свои основные экономические законы ещё даже не написали».
Сергей Михеев: Насчет «экономических законов»: мне кажется, что это односторонний взгляд на вещи, который исходит из убеждения, что вся жизнь – это экономика, а другого ничего нет. Во-первых, все потребности невозможно удовлетворить, тем более всё растущие. Во-вторых, рассуждение о людях, как об особях, поедающих пищу и больше ни о чём не думающих и ничего не хотящих, оскорбительно для людей. Мне кажется, такой примитивный экономизм мешает нам более широко взглянуть на вещи.
Что касается Горбачева и Ельцина: открою небольшой секрет, что они как раз и были руководителями Коммунистической партии Советского Союза: Горбачев – главным руководителем, а Ельцин тоже достаточно видным руководителем. Поэтому говорить, что не Горбачев и не Ельцин, а какие-то там законы…Это именно они. Обещать нам надо было меньше! Но перекосы, конечно, были.
Что касается наших экономических законов, то проблема не только в том, что мы их не написали, а в том, что их написали для нас. Повторю, что мы долго жили по чужим экономическим законам и правилам и отчасти продолжаем жить. Из этого надо выходить.
Слушатель из Томска пишет: «Где это видано, чтобы за производство товаров отвечали финансово-экономические службы! В правительстве разве не знают, что кроме оборонной промышленности в стране никто не работает, а только перепродают и осваивают?» С последним тезисом по поводу экономических служб я не согласен, а кто ещё должен отвечать?
Сергей Михеев: Тут не экономические службы, а имеются в виду финансисты, засилье бухгалтерского учета в определении стратегии, когда всё«отплясывает» от чисто финансовых показателей. Это не есть ориентиры стратегического развития - здесь цель и средство поменялись местами. Когда ставится чисто финансовая цель, то мы видим, к чему это привело в реформе многих сфер нашей жизни. Например, мы спрашиваем: «Почему с армией так случилось? Почему с медициной так случилось?» и т.д. Потому что была поставлена цель оптимизировать расходы. По результатам расходы оптимизированы, а качество стало лучше? Нет. Поэтому финансовые показатели не могут быть целью - они являются средствами для достижения целей, а цели должны формулировать не финансисты, не банки и не бухгалтера.
«Новым технологическим укладом», скорее всего, называют ИИ, который непонятно как и где они собираются использовать. Вторая по популярности тема для обсуждения на ПМЭФ: это «место ИИ в жизни России».
Сергей Михеев: Это и пугает! Это может выразиться в очередной имитации, в очередном очковтирательстве, в очередной чьей-то завиральной идее, которую хотят распространить на всё и сказать, что это «панацея». Все ищут какую-то панацею: то с инфляцией борются, а здесь «панацея»- ИИ. Греф назвал ИИ «главной технологией XXI века», как будто мы знаем, что будет в XXI веке (от него прошла лишь четверть)! Пока ИИ является главной технологией современности по обману и очковтирательству. Посмотрите, как банки в него вцепились! А я хочу видеть производство, сферу услуг и всего остального, где ИИ действительно что-то делает. Говорят: «Он помогает оптимизировать то-то и то-то». Оптимизация не означает производство. Возражают: «Зато вы можете взять кредит в два раза быстрее, чем брали до этого». Это ваши интересы.
Если бы он еще помогал в два раза быстрее отдавать!
Сергей Михеев: Покажите, что сделано материально с помощью ИИ. Где то, что он производит? Он пока мало чего производит кроме картинок, иногда фальшивых. Наверное, он может и должен быть использован в процессах управления, проектирования, планирования; возможно, где-то он уже используется и будет использоваться. Но«проектирование и планирование» чего? Если проектирование производства, то производство где? Его нет. Значит, ИИ ничего не планирует, не оптимизирует.
Человек, при всей виртуализации пространства,остается существом материальным: он не может надеть на себя цифровую рубашку, есть цифровую котлету, ездить на цифровой машине. Его можно через эти картинки обманывать. Говорят: «Цифровые технологии помогут нам зарабатывать больше денег». Что на эти деньги покупать? Цифровую квартиру с цифровым отоплением зимой? А зима будет не цифровая! Вот в чём вопрос. Здесь виден очевидный перекос, и за него схватились в том числе потому, что он позволяет имитировать развитие, показывать компьютерные картинки, создающие иллюзию развития. А не иллюзия будет тогда, когда хотя бы 70-80% материальной среды, которая вас окружает, будет произведена в России или преимущественно в России.
По поводу ИИ осторожные опасения. В частности, член Комитета Госдумы по защите конкуренции Ирина Филатова сказала, что в России требуется отдельный закон, который будет регулировать работу ИИ в области здравоохранения. Апологеты ИИ утверждают, что огромный плюс ИИ в том, что он в разы быстрее определяет диагноз, чем живой врач.
Сергей Михеев: Вопрос: а правильный ли этот диагноз? Я могу быстрее ИИ определить диагноз «на глазок», но вопрос: будет ли он верным? Может ли он быть помощником? Да, во многих сферах, но нужен разумный подход.