«Эту быль иль небылицу
Расскажу тебе дружок,
Как уездною столицей
Стал посёлок Сапожок.
Так и жили б мы поныне,
Как огромное село.
Если б вдруг Екатерину
К нам сюда не занесло…
Видно очень полюбилась
Кате наша сторона.
Вёрст немало прокатили
Позади уже Торжок.
Слуги только спохватились,
Ищут Катин сапожок…»
Не просто так мы начинаем сегодняшний рассказ о поселке Сапожок с прекрасной стихотворной былины, написанной сапожковским поэтом Михаилом Даньшовым. Есть местная легенда, связывающая название поселка с забывчивостью государыни Екатерины II, якобы потерявшей свои черевички-сапожки в здешних краях. История не сохранила в своих хрониках факт светлейшего визита, однако в чьей-то изобретательной голове эта, как говорят сегодня, «маркетинговая» легенда связала топоним с потерянной обувкой. Хотя имя императрицы в истории Сапожка еще прозвучит. Но об этом немного позже.
Версий с топонимом «Сапожок» помимо екатерининской, несколько. Это и иконописная, связанная с ликом Богородицы в красных сапожках из московского храма на древней Сапожковской площади, и трансформация гидронима «Пожва» (левый приток реки Пара) в Сапожок. С названием реки Сапожок связана и самая правдоподобная версия происхождения названия поселка, обоснованная составителями исторических, географических, статистических справочников XIX века. Речка с истоком в селе Малый Сапожок, впадающая в самом поселке в реку Мошку, и дала такое необычно-забавное имя нынешнему районному центру Рязанской области.
Точную дату рождения поселка вам никто не назовет. И на то есть веская причина. Археологи и историки уверены, что до основания здесь в ХVI-XVII веках пограничной оборонительной крепости государства, местность не пустовала. Кто здесь жил, какое имя носила территория — сведений крайне мало, поэтому будем придерживаться условной даты образования крепости — 1605 год—последний год царствования Бориса Годунова, который своим Указом велел в это время основать здесь крепость.
Именно на этой версии настаивал в своем труде «Местно-географические древности Рязанской губернии» священник, историк и краевед, исследователь происхождения топонима «Рязань» Николай Васильевич Любомудров, кстати, проживавший в Рязани на нынешней улице Новослободская, и дом которого сегодня имеет крайне неприглядный вид. Основываясь на дате Любомудрова в мае 1905 года в Сапожке с помпой отмечали 300-летие.
Первые описания Сапожка задокументированы в писцовых книгах 1627-1628 годов местным воеводой, составителем межевых книг, московским дворянином Григорием Федотовичем Киреевским. Воевода пишет о существовании здесь укрепленного острога, окруженного земляным валом, шести башен по периметру крепостной стены, трех храмов и расположенном за пределами вала посаде, где жили казаки и ремесленники. Мастеровой люд специализировался на изготовлении воинских доспехов, вил да кос для местных земледельцев, кормивших гарнизон, глиняной посуды да всякой хозяйственной утвари. От гончарных дел мастеров останется здесь старинный сапожсковский (Александро-Прасковьинский) народный промысел — глиняные игрушки: барыни, служивые, свистульки да узнаваемый медведь-гусляр, сидящий на задних лапах.
В середине XVIII века Сапожок переживает чудовищную напасть: летом 1758-го пожар полностью уничтожает острог, посад, канцелярию, соляной двор, тюремную избу, все три храма и вместе с ними 122 двора местных жителей.
Каменных строений в те далекие времена здесь не было, а деревянные пламя поглотило в считанные минуты. Сапожок был полностью уничтожен. Следствие по факту пожара столичная канцелярия конечно же проводила, но итоги ее работы и причины пожара нам в открытых источниках найти так и не удалось. Однако известно, что восстанавливать Сапожок начали сразу же после пожара. Вначале пришло из столицы распоряжение составить смету всех объектов, которые нуждались в приоритетном восстановлении: канцелярию, караульные покои, архив, тюрьму и двор воеводы. Только восстановление последнего объекта, состоявшего из нескольких строений, государственной казне обошлось в 1000 целковых— по тем временам сумма немалая. Главным требованием для восстановления у канцелярии было одно, но примечательное: все строения должны полностью соответствовать облику до пожара. Через два года часть построек была восстановлена. Даже про летний и зимний кабаки не забыли. Сапожок возродился— и вновь в дереве.
И вот тут на исторической сапожсковской сцене вновь появляется Императрица и Самодержица Всероссийская Екатерина Великая. В 1780 году в рамках административной реформы по перестройке уездных городов, разработанной по Указу государыни, Сапожок получает Генеральный план застройки с прямыми улицами, имеющими теперь названия, и официальный статус административного центра Сапожковского уезда. А в самом конце «Золотого века Российской империи» на карте уездного центра появляются и пять каменных храмов.
На рубеже XVIII-XIX веков обитатели Сапожка — купечество, ремесленники, служивый люд да крестьяне. Бойкая торговля велась здесь на ярмарочные пятницы. Продавали скот, хлеб, мясо, рыбу, сальные свечи, местные фабричные сукно и грубую шерстяную ткань «каразею», сельхохозяйственную незамысловатую технику в виде молотильных машин, гончарную и бондарную домашнюю утварь, кирпичи с завода из Сапожковской Александровки—единственного в губернии кирпичного производства, работающего в сельской местности.
В новом статусе уездного центра жизнь в Сапожке изрядно оживилась. В 20-ых годах XIX века здесь строится первая уездная больница, приходское духовное (позже уездное) училище и высшее земское мужское с трехгодичным сроком обучения будущих учителей начальной школы.
Вотчиной эти земли в XIX веке стали для российских аристократических семей, построивших здесь «родовые гнезда». Благородство, образованность, трудолюбие и искренняя любовь к Родине… Истинная «голубая кровь» она такая— без червоточины.
Зимой 1857 года в Женеве в почтенном возрасте умирает российский военачальник, генерал от инфантерии, дипломат, граф Александр Иванович Остерман-Толстой. Участник сражений при Измаиле, Лейпциге, Аустерлице, под витебским селом Островно, в Бородинском сражении в составе легендарной батареи Раевского… Не ошибемся, если напишем, что не было знаковых военных кампаний XIX века, в которых бы граф Остерман-Толстой не принимал участия. Историк и публицист Сергей Глинка в своих хрониках событий Отечественной войны так описывал сражение при Островно, в котором Остерман-Толстой командовал 4-м пехотным корпусом:
"Яростно гремела неприятельская артиллерия и вырывала целые ряды храбрых полков русских. Трудно было перевозить наши пушки, заряды расстрелялись, они смолкли. Спрашивают графа: «Что делать?» «Ничего, — отвечает он, — стоять и умирать!».
Мужество и бесстрашие графа были отмечены и генералом-фельдмаршалом Барклаем-де -Толли в рапорте об отличившихся военачальниках Бородинского сражения: «…Примером своим ободрял подчиненные ему войска так, что ни жестокий перекрестный огонь неприятельской артиллерии, ни нападения неприятельской конницы не могли их поколебать, и удержали место своё до окончания сражения».
Почувствовав свой скорый уход граф пишет в завещании свою последнюю просьбу: быть похороненным в родовом имении в селе Красное Сапожковского уезда. Просьба генерала была выполнена. Место последнего пристанища героя Отечественной войны 1812 года — усыпальница Троицкого храма в селе Красное.
Вот так знакомишься с историей и жизнью великих людей, имеющих отношение к земле Рязанской, и приходишь к выводу, что где бы ни был рожден человек, какой бы бурной, яркой и многогранной не была судьба, перед порогом вечности у многих последняя просьба одна — быть похороненным на земле предков или в месте, которое при жизни сильно запало в душу. Примеры? Их много. Ученый, филолог-славист Измаил Иванович Срезневский, генерал от инфантерии, герой русско-турецкой войны Михаил Дмитриевич Скобелев, дворянин и сподвижник Петра I Иван Алексеевич Балакирев, поэт Яков Полонский, князь Павел Иванович Гагарин, один из основоположников классицизма в русской архитектуре Матвей Федорович Казаков, русский гравер Иван Петрович Пожалостин…
В начале ХХ века Сапожок — типичный патриархальный купеческий городок с каменными двухэтажными особняками торгового люда, имевшего плодотворные деловые связи с коллегами по цеху из Петербурга, Москвы, Рязани, Коломны… Торговый оборот городского купечества а те времена за год достигал более шестисот тысяч рублей. Развивалась, пусть и не семимильными шагами, местная городская промышленность. Здесь работал чугунолитейный завод Крымова, производивший молотилки, сортировки, веялки и плуги. Это производство будет иметь в виду географ и путешественник Петр Семенов-Тян-Шанский, называя Сапожок одним из центров кустарной промышленности России.
Новая страница в истории этих мест начинается в 1920 году с исследования местным земским врачом Павлом Петровичем Стахановым торфяников, обладающих целебными антибактериальными и противовоспалительными свойствами. По горячим следам исследований Стаханова из Москвы в Сапожок приезжает экспедиция в составе бальнеолога, инженера-гидрогеолога, химика и метеоролога, определившая принадлежность местного торфа к лечебному и редкому типу — высокоминерализованных кислых железистых. Аналогичные по своим лечебным свойствам можно найти лишь в Пятигорске и Саках, а также на популярном европейском курорте «Франтишковы Лазны» в Чехии.
Ценные свойства местных торфяников начинают использовать в Сапожковской больнице: в 1936 году отделение на 10 коек принимает своих первых пациентов. Во время Великой Отечественной в выделенном отделению корпусе проходят реабилитацию раненые бойцы. Позже здесь начинает работать и областная грязелечебница.
В конце 60-х Сапожок имел все основания и перспективу стать всесоюзным бальнеологическим курортом: проект строительства санатория на 2000 мест не только обсуждался, но и начал воплощаться в жизнь, однако дальше недостроя первой очереди грандиозные планы так и не продвинулись. С начала 70-ых в Сапожке на базе районной больницы работает отделение восстановительного лечения, где с помощью кислой сапожковской торфяной грязи лечат нервную, опорно-двигательную, костно- мышечную и кровеносную системы.
Рассказ о поселке был бы неполным без упоминания женщины, ставшей легендой Монголии. О ней ходили неимоверные слухи, ей посвящали книги и снимали фильмы, называли «Русской хозяйкой Монголии», а по популярности среди местных исторических персонажей эта женщина в истории соседней страны до сих занимает второе место после … Чингизхана.
Речь идет об уроженке Сапожка Анастасии Ивановне Филатовой, первой леди Монголии и супруге лидера этой страны Юмжагийна Цэдэнбала. Рязанская женщина, став первой леди государства, в корне меняет жизнь миллионов своих новых сограждан.
Энергичная и деятельная, Анастасия инициирует создание одного из первых в Азии «Детских фондов», способствует строительству образовательных, культурных и медицинских центров для подрастающих граждан страны, созданию международного детского лагеря «Найрамдал», академического театра оперы и балета Монголии. И это лишь самая малая часть того, что удалось сделать для Монголии русской «авгай» или в переводе с монгольского «мамочке».
Последние годы жизни Анастасия с семей проведет в Москве, где и будет похоронена на Ваганьковском кладбище. В июне 2024-го в монгольском Дархане был установлен памятник экс-руководителю страны Цэдэнбалу и его русской супруге из рязанского Сапожка Анастасии Филатовой.
Современный Сапожок — небольшой рабочий посёлок, отчасти сохранивший патриархально-купеческий антураж и архитектуру практически в первозданном виде. Исторический облик поселка, прилегающий к местной центральной площади, позволяет ощутить атмосферу прошлого, увидеть, как выглядел Сапожок во времена расцвета местного купечества с их скромными, не вычурными, но крепкими, как и само «слово купеческое», особняками.
В этом году центральную площадь поселка благоустраивают по программе «Формирование комфортной городской среды». Здесь появится сцена, тротуарная плитка, современное освещение, скамьи для отдыха и малые архитектурные формы—такая небольшая уютная современная локация в окружении патриархального прошлого.
Вот такая она история маленького поселка, на земле которого Великая Государыня Всея Руси обронила когда-то свой сапожок. И эта легенда нам очень нравится. А вам?