Казалось, что сложно было найти пару в советском кинематографе настолько трагичную и полную любви, как история двух именитых режиссеров - Элема Климова и Ларисы Шипитько. Они были бунтарями, полными идей, которые совсем не подходили советской власти. Но их любовь оборвалась резко и трагично.
Довженко и Ромм: две школы, один ВГИК
Лариса пришла во ВГИК в 1954 году, попав в мастерскую Александра Довженко — поэта экрана, чьи фильмы были наполнены почти библейской скорбью и длинными философскими диалогами. Молодая девушка впитала его стиль: медленные, гипнотические планы, философские паузы, боль, растворённая в каждом кадре.
Элем Климов поступил позже, в 1957-м, в мастерскую Михаила Ромма
— режиссёра-интеллектуала, автора «Обыкновенного фашизма». Ромм учил
своих студентов мыслить остро, иронично, безжалостно к клише.
Их пути могли и не пересечься, но судьба распорядилась иначе.
Первая встреча: спор, который перевернул всё
По одной из версий, они впервые столкнулись на обсуждении студенческой
работы. Лариса, уже снявшая несколько короткометражек, критиковала
чей-то фильм за «поверхностность». Климов, всегда резкий в суждениях, не
выдержал и бросил:
— «Ты сама снимаешь как в замедленной съёмке — зрители засыпают!»
Лариса не растерялась:
— «А ты боишься тишины. Заливаешь всё шумом, чтобы скрыть, что сказать нечего.»
В аудитории повисла напряжённая пауза. Все ждали скандала. Но вместо этого — молчание, а потом смех. Они поняли, что встретили равного.
"Она смотрела на меня, как на сумасшедшего. Я влюбился сразу"
Позже Климов вспоминал, что Лариса казалась ему пришелецей из другого мира — хрупкой, но с железной волей. Она говорила мало, но каждое её слово било точно в цель.
— «Однажды я принёс ей сценарий, над которым корпел ночами. Она прочитала, помолчала, а потом сказала: "Это можно сжечь. Или переписать с нуля". Я сначала обозлился… а через неделю начал переписывать.»
Лариса же в дневниках признавалась: «Он бесил меня. Но когда он улыбался, я забывала, за что злилась.»
Любовь сквозь цензуру и страх
Их роман развивался стремительно, но не был простым.
Оба — максималисты, оба — упрямые, оба — не умели идти на компромиссы.
Они спорили до хрипоты о монтаже, о смыслах, о том, каким должно быть
настоящее кино.
— «Мы могли не разговаривать три дня после ссоры, — вспоминал Климов. — А потом я видел её в монтажной, с красными от бессонницы глазами, и понимал: она так же, как и я, не может без этого.»
Они поженились в 1963 году, когда Лариса уже работала над «Крыльями», а Элем — над своей дипломной работой «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён».
Два режиссёра — один дом
Их квартира напоминала штаб партизан: повсюду — сценарии, плёнки, книги. Друзья шутили: «У них даже суп в кастрюле — монтажный.» Они жили кино, дышали им, горели им.
Но за этим огнём скрывалась и тень — страх, что их фильмы запретят (как позже случилось с «Агонией» Климова), что их задушат цензурой. Лариса однажды сказала:
— «Мы как те персонажи из сказок, которые продали душу, чтобы творить. Только дьявол здесь — система.»
Элем в ответ только усмехнулся:
— «Зато мы вдвоём. Значит, шансов выжить больше.»
"Прощание"
Они не знали, что времени им отмерено так мало. Что Лариса уйдёт первой, оставив Элема дожигать их общую жизнь в кадрах «Иди и смотри».
В 1979 году Лариса начала снимать "Прощание" — экранизацию повести Распутина о гибели деревни. На тот момент ее карьера пошла в гору: она была принята на Канском кинофестивале с фильмом "Восхождение". Но она стремилась продолжать снимать и ее следующий фильм должен был стать шедевром. Но ровно через месяц после начала съёмок, 2 июля 1979 года, случилась катастрофа.
Машина, на котором Шипитько летела с группой на натурные съёмки, разбилась. Официальная версия - водитель уснул. Она погибла вместе с оператором, художником и ещё тремя членами съёмочной группы. Ей было всего 41, а ее главная работа оставалась неснятой.
В тот момент, когда случилась трагедия, Элем Климов спал. По его воспоминаниям, авария приснилась ему во сне.
Послесловие
Элем Климов проживет без своей любви 27 лет. Он больше не женится, потому что не хотел, чтобы его сын видел другую женщину, да и сам мог представить рядом с собой никого кроме Ларисы.
За это время он снимет только два фильма: документальную картину "Лариса", в которой расскажет о своей любви, а также фильм "Иди и смотри", который до сих пор считается одним из самых страшных фильмов о войне. Этот фильм он замыслил вместе с Ларисой, но снимать должен был один.
О своей любви он напишет пронзительный стих:
"Ты — та свеча, которая мне долго светит
А я пред светом навсегда в ответе
Через тебя меня Господь приветил
«Ты — мой весенний ветер...»"