Сестры Ну вот и пришли окаянною ночью
Все кровные сестры мои.
И каждая горе мое в одиночку
Делила на долгие дни, И каждая древнюю мерила муку
По стону на озеро слез.
«Разлуку» и «скуку» на скорую руку
К ним не зарифмуешь всерьез. И первая страстно со мной говорила,
Заветную розу даря,
И вечною песню над бренной могилой
И крылья, и соловья. Другая нашла кое-что понужнее:
Истоптанные сапоги
И крест-перекресток на грудь и на шею,
Табуреточку из-под ноги. А третья, смиренная, так не умела,
И просто дышала со мной,
И просто мерцала над домом несмело,
Когда я искала покой. Теперь собрались в моей спальне убогой,
И тени зияют меж них,
А я с возрастающей душной тревогой
Предчувствую слово «жених». Декабрь, 2001
Сестры
Ну вот и пришли окаянною ночью
Все кровные сестры мои.
И каждая горе мое в одиночку
Делила на долгие дни,
И каждая древнюю мерила муку
По стону на озеро слез.
«Разлуку» и «скуку» на скорую руку
К ним не зарифмуешь всерьез.
И первая страстно со мной говорила,
Заветную розу даря,
И вечною песню над бренной могилой
И крылья, и соловья.
Другая нашла кое-что понужнее:
Истоптанные сапоги
И крест-перекресток на грудь и на шею,
Табуреточку из-под ноги.
А третья, смиренная, так не умела,
И просто дышала со мной,
И просто мерцала над домом несмело,
Когда я искала покой.
Теперь собрались в моей спальне убогой,
И тени зияют меж них,
А я с возрастающей душной тревогой
Предчувствую слово «жених».
Декабрь, 2001