«Смерть наступила от недостатка кислорода».
Скандальные хроники судов ФРГ. Эпизод 4: Тайная полевая полиция в Могилеве.
14 июня 1974 года земельный суд Киля оправдал бывшего командира группы ГФП (тайной полевой полиции) 570 Хайнца Риделя по обвинению в убийстве четырёх партизан в газвагене в июне 1944 года в Могилеве. А вот в ГДР другой член группы 570 за то же самое получил пожизненное. Герберт Хуго Паланд 14 августа 1978 года за военные преступления и преступления против человечества был приговорён судом Восточного Берлина к пожизненному заключению.
Хайнц Герхард Гюнтер Ридель родился 6 января 1914 года в Дессау. В 1934 году окончил гимназию, работал в отцовской фирме, в 1935-1937 годах проходил срочную службу в танковых войсках. Затем поступил на службу в уголовную полицию Дессау и начал полицейскую карьеру. В 1940 году подал заявление о зачислении в тайную полевую полицию (ГФП). Летом 1942 года стал заместителем командира группы ГФП 707, действовавшей на оккупированной территории СССР. Он оставался в этой группе до весны 1943 года, когда его перевели в группу ГФП 570, дислоцированную в Рославле, которую он возглавлял до сентября 1944 года.
Тайна полевая полиция (нем. Geheime Feldpolizei) – это части охраны порядка при вермахте, призванные в т.ч. обеспечивать безопасность войск на оккупированных территориях. В ее задачи входили поиск и ликвидация вражеских элементов, в особенности предотвращение диверсий, шпионажа, вражеской пропаганды и партизанской активности, обеспечение безопасности объектов вермахта. Она осуществляла наблюдение за местным населением и выявляла «потенциальных противников» с тем, чтобы затем подвергнуть аресту и казни.
До 1942 года руководство ГФП находилось в руках абвера при Верховном командовании вермахта (ОКВ), с 1942 года тайная полевая полиция подчинялась СД, при этом техническое руководство и передача информации оставались за абвером. В феврале 1944 года часть абвера перешла в ведение Главного управления имперской безопасности (РСХА), но руководство ГФП осталось за ОКВ. Зона оперативных действий ГФП простиралась от фронта до тыла армии, во время войны она часто привлекалась к расследованию деятельности партизан.
В ходе продвижения по территории Советского союза ГФП 570 в июле 1941 года достигла Могилева, затем Смоленска и Вязьмы, осенью – Малоярославца под Москвой, после советского контрнаступления зимой 1941 года отошла в Рославль, а со стабилизацией фронта в начале 1942 года выдвинулась в Спас-Деменское и, пробыв там около года, вернулась в Рославль в феврале или марте 1943 г. Во время пребывания в Рославле Хайнц Ридель присоединился к группе и принял на себя руководство подразделением. После советского наступления осенью 1943 года группа 570 переместилась через Смоленск и Оршу в Могилев, где оставалась с весны до конца июня 1944 года. После летнего наступления 1944 года она через Минск, Вильнюс, Гродно отступила в Восточноую Пруссию, в начале 1945 года в Мекленбург, где и была расформирована.
Во время нацистской оккупации борьба с вражеской активностью в районе группы армий «Центр» велась следующим образом: советские гражданские лица, подозреваемые в партизанской, агентурной или диверсионной деятельности, либо выявлялись членами ГФП 570, в основном коллаборационистами, либо передавались группе другими подразделениями. Арестованных допрашивали с помощью переводчиков, составляли протокол допроса, а по окончании следствия – отчет с характеристикой обвиняемого и рекомендацией; далее дело по указанию командира подразделения направлялось в отдел абвера 4-й армии вермахта. Рекомендация могла быть следующей: освобождение, отправка в Германию на трудовые работы, заключение в лагерь или «особая обработка» (убийство).
В первой половине 1944 года ГФП 570 располагалась в Могилеве. Командование 4-й армии обосновалось в лесном лагере Орша примерно в 100 километрах от города. Однако местность отличалась повышенной партизанской активностью. Могилев находится посреди большого лесного массива, идеально подходящего для действий партизанских отрядов. Партизаны действовали организованными формированиями, угрожали тыловым соединениям и продвигались все ближе к городу. ГФП 570 могла поддерживать связь со своими подразделениями только с помощью автомобильных групп, передвигающихся под конвоем. За исключением черты города и так называемой рулежной дороги, линии снабжения на Минск, партизанские организации контролировали местность.
Поскольку проводить расстрелы за городом было опасно, ГФП 570 расстреливала своих заключенных в отдельно стоящих домах на окраинах города. Впоследствии на суде над Риделем подробно разбиралась одна из таких операций, которой руководил обвиняемый: в доме сняли половицы и вырыли в полу яму, привезенных партизан заводили по одному и тут же стреляли в затылок. В тот раз казнили около восьми партизан, причем один из них не умер от первого выстрела и начал кричать из ямы; пришлось спускаться, отодвигать тела и делать контрольный выстрел. После расстрела яму закрыли, а дом сожгли. Интересно, что в ходе разбирательства немецкий суд охарактеризовал партизан как «правонарушителей», давая понять, что речь в данном случае не шла о невинных жертвах.
Будучи командиром группы ГФП, Хайнц Ридель также знал о том, что СД использовала газвагены для уничтожения евреев в районе Могилева. И однажды ему пришла в голову идея использовать душегубку для казни партизан. Свободной машины поблизости не нашлось, и тогда Ридель в конце июня 1944 года приказал переоборудовать в газваген обычный грузовик с бензиновым двигателем. Этот автомобиль обнаружили бойцы Красной армии после отступления нацистов. В Могилеве автомобиль обшили металлическими пластинами и добавили устройство, позволяющее отводить выхлопные газы в кузов. Фургон использовался для убийства людей «по крайней мере, один раз» - суду удалось установить только это, – в результате чего погибли трое мужчин и одна женщина.
В один из дней лета 1944 года Ридель отдал одному из своих подчиненных приказ взять водителя и подъехать на душегубке к тюрьме. Они подогнали машину задней частью к воротам, из которых тут же вывели троих мужчин и одну женщину. Затем дверь плотно закрыли, и автомобиль, не останавливаясь, ездил со скоростью примерно 30-40 км/ч в течение 15-20 минут. Когда машина остановилась, литовские эсэсовцы вытащили из нее убитых людей и похоронили на месте.
После отступления с территории СССР и из Восточной Пруссии Хайнц Ридель демобилизовался в январе 1945 года и вернулся в Дессау. Найдя свой дом разрушенным бомбежкой, переехал в Эрфурт. Через несколько недель после капитуляции Третьего рейха его арестовали американские оккупационные войска, но после пребывания в различных лагерях для интернированных освободили в июне 1947 года по состоянию здоровья. В октябре 1947 года Ридель отправился в Эрфурт с фальшивыми проездными документами, чтобы убедить жену переехать в западную зону, но она не захотела ехать. За день до того, как он предполагал пуститься в обратный путь в направлении Гамбурга, его арестовали советские военные по подозрению в шпионаже.
В тюрьме Ридель пять раз предпринимал попытки самоубийства, а затем 3 марта 1948 года смог сбежать и скрыться на Западе. Поселившись в Гамбурге, он продолжил прерванную войной полицейскую карьеру и к 1974 году, когда его арестовали, дослужился до старшего комиссара уголовной полиции в организационном отделе министерства внутренних дел Шлезвиг-Гольштейна в Киле.
Несмотря на то, что двое подчиненных Риделя, осуществлявшие по его приказу казнь партизан в газвагене, выступали в качестве свидетелей и дали довольно подробные показания, суд не смог прийти к выводу, что умерщвление этих четырех человек можно считать убийством согласно Уголовному кодексу ФРГ. А, кроме того, предположил в пользу обвиняемого, что в случае с партизанами «речь шла о преступлениях, достойных смерти в условиях военного времени, таких как диверсия». В большинстве подобных процессов суды ФРГ отказывались воспринимать партизан и даже подозреваемых в партизанской активности как гражданское население. В то время как в ГДР преступления ГФП 570 рассматривались по всей строгости закона. 14 августа 1978 года суд Восточного Берлина приговорил подчинённого Риделя Герберта Хуго Паланда к пожизненному заключению за военные преступления и преступления против человечества.
Судьи также не смогли установить точное количество рейсов газвагена, хотя было понятно, что использовался он неоднократно. Одного из двух свидетелей, служившего в ГФП 570, не смогли долго допрашивать из-за плохого состояния здоровья, другой настаивал, что ему достоверно известно лишь об одном рейсе душегубки, а к моменту основного слушания скончался, не успев дать более детальной информации. Таким образом, суд вынужден был исходить лишь из одного подтвержденного факта убийства партизан в газвагене. Сам Ридель не отрицал факт его постройки, однако «не смог» дать никакой информации о количестве поездок или количестве людей, казненных с его помощью.
На процессе всплыл еще один эпизод, который, впрочем, тоже не смогли доказать: примерно за 8-14 дней до начала наступления советских войск в июне 1944 года Ридель пришел к коменданту Могилева генералу Готфриду фон Эрдманнсдорфу (1893-1946) и попросил для ГФП 570 разрешения покинуть город. Генерал согласился при условии, что перед этим все партизаны, находившиеся в распоряжении группы в Могилевской тюрьме, будут казнены. Поскольку расстрелы за пределами города не проводили из-за близости фронта, а, кроме того, Ридель доложил, что его люди находятся в тяжелом психологическом состоянии, и будет трудно заставить их осуществить массовый расстрел, генерал посоветовал ему использовать для казни газваген, что Ридель и сделал.
После почти двух месяцев заседаний суд установил, что обвиняемый умышленно умертвил четырёх человек, однако «не является убийцей» в смысле §211 Уголовного кодекса. Убийство четырех партизан с помощью газвагена, по мнению суда, не являлось жестоким. Основываясь на показаниях эксперта, профессора Ште., суд присяжных пришел к выводу, что людям не пришлось испытывать каких-либо значительных или длительных физических или душевных страданий, а их смерть наступила от недостатка кислорода. Сам Ридель считал убийство газом «сравнительно более гуманным, чем расстрел» и рассказал суду, что «смерть от отравления газом он полагал особенно легкой, поскольку еще во время работы в уголовной полиции заметил спокойное и расслабленное выражение лица отравленных газом трупов». Данную информацию интересно сравнить с выводами следователей и экспертов на других процессах над нацистскими преступниками, где в решениях суда описываются ужасные мучения умерщвляемых газом жертв и подчеркивается особенная жестокость такого способа казни.
Следует также отметить, что суд усомнился в невиновности убитых партизан: «Прежде всего, партизаны с самого начала своей деятельности знали, что в случае ареста вермахтом они будут обречены на смерть. Они были проинформированы об этом не только местными комендатурами вермахта и ведомствами бургомистров, но и самой Красной Армией; партизанским организациям было ясно, что в случае ареста их ждет смерть».
14 июня 1974 года суд вынес вердикт: Хайнц Ридель полностью оправдан. Прокуратура Киля не согласилась с решением суда и подала ревизионную жалобу 24 ноября 1974 года. 15 апреля 1975 года Федеральный верховный суд ФРГ отклонил жалобу без дополнительного обоснования. Ровно через год, 15 апреля 1976 года Ридель умер в небольшой общине Козель (земля Шлезвиг-Гольштейн).
Текст: Иван Будилов, редакция: Ксения Чепикова