Дынин не спал почти всю ночь. Не помог даже любимый кефир с булочкой, заботливо поставленный на тумбочку возле его кровати верным поваром.
Евгений Александрович, то ворочался, то вставал, то снова ложился. Вздыхал, качал головой, и бормотал:
- Как же без Митрофановой плохо, ну прям хоть вешайся! Если бы она в лагере была, я бы не то что имя мужика, я бы уже пол ребенка знал!
Уснул он только под утро и на линейку вышел хмурым и злым.
- Доброе утро, дети!
Дынин, с темными мешками под глазами, обвел пристальными взглядом выстроенные отряды.
Рита поймала взгляд Вали, состроила рожу и скосила глаза.
Начальник лагеря посмотрел на нее и укоризненно покачал головой.
- Так, товарищи дети и вожатые. Впереди у нас конец смены. Надо встретить его с музыкой. Запланирован у нас традиционный заключительный концерт. Начальство с завода приедет. Надо подготовиться как следует. Не ударить в грязь лицом. Вожатым приготовить список номеров и подать мне его к вечеру. Марат, ты у нас главный по художественной части. Зайти ко мне. Оформление обсудим.
Марат растерянно кивнул и как-то сжался. Он ездил в лагерь регулярно. Не смотря на все его мольбы и просьбы, родители упорно посылали его сюда смену за сменой. Считали, что свежий воздух сыну полезен, а остальное – детские фантазии. Ну, подумаешь, дружит – не дружит… С кем не бывает? А с ним, действительно, никто не дружил.
От нечего делать, Марат, и правда, сильно втянулся в работу редколлегии, предпочитая тихо отсиживаться, рисуя плакаты с лозунгами и регулярно выпуская стенгазету. При встрече Дынин всегда ласково гладил его по голове.
После линейки в кабинет начальника лагеря тихо поскреблись и в дверь просунулась голова Марата
- Можно?
- Можно, Марат, можно. Проходи, садись.
Ласково повелел Дынин.
- Ну, как дела твои? Как поживаешь?
- Все хорошо, Евгений Александрович.
- Стенгазета в срок будет готова?
- Конечно, Евгений Александрович!
- Молодец! Надежный ты. Такие люди – редкость в наше время. Поэтому вот что я хочу тебе, Марат, поручить…
Марат вжался в стул.
Дынин продолжал, не обращая на него внимания.
- Понимаешь, Маратик… тут такое дело… Не все у нас в лагере спокойно.
- Побег готовят?
Предположил Марат.
- Нет. Тут дело посерьезнее… Одним словом, понаблюдать мне тут кое за кем надо… Ты ребенок, с тебя взятки гладки. На тебя внимания не обратят. А вот на взрослого…
- Это что же, Вы мне, Евгений Александрович, шпионить за кем-то предлагаете?
- Не шпионить, а сведения собрать. Улавливаешь? Ценные сведения.
- Евгений Александрович, да на меня ребята и так волком смотрят, Иночкина до сих пор простить не могут. Говорят, что это из-за меня он больше в лагерь не приезжает. Потому что в спортивную школу поступил и плаванием занимается. В спортивные лагеря теперь ездит. Я и так отмыться до сих пор не могу, а Вы…
Марат зашмыгал носом, на глазах у него показались слезы.
- Да при чем тут мытье!
Отмахнулся Дынин.
- Я тебе дело толкую, а ты мне глупость какую-то! Я тебе серьезное поручение даю.
- Товарищ Дынин, миленький! Не надо мне поручать! Я не справлюсь!
Марат заплакал и сполз со стула на пол.
- Меня ребята убьют! Мне и так тяжело…
- Зато Родина тебя не забудет! А ей служить всегда непросто! Считай, что ты отечество спасаешь. В отдельно взятом пионерском лагере. И отечество тебя не забудет. А служить ему всегда тяжело. Хоть и почетно.
В общем, так. Освобождаю тебя от тихого часа и вечером тоже можешь ложиться, когда душе твоей угодно. Но незаметно. Последи мне за Валентиной. Куда ходит, с кем общается. Через два дня доложишь. Усек?
- Усек…
- Тогда иди.
Проводив Марата, начальник лагеря облегченно выдохнул. Хоть это, конечно и не Митрофанова, но на Марата можно положиться. Мальчик старательный. Душу не вложит. Но поручение выполнит.
Весь день Дынин ходил воодушевленный. Шутил, смеялся, во все вникал. После обеда его разморило и он прилег подремать. Снилось ему Валентина. Была она, почему-то, в докторицыных очках и шапочке и с ее стетоскопом. Трясла его за плечо и орала: « - Товарищ Дынин! Товарищ Дынин! Беда!».
И тут Дынин понял, что не спит. Его трясла за плечо нянечка.
- Что?! Что случилось?!
- Беда!
- Эпидемия?
- Хуже! Доктор Вас зовет. Скорей!
Еле натянув трясущимися руками брюки начальник лагеря кинулся в санчасть. Разморенный тихим часом, лагерь спал. Кругом была тишина, только пели птицы да гудели в траве шмели.
А в санчасти все ходило ходуном. Нянечки рыдали, на Марии Ивановне не было лица.
- Что случилось?
Доктор молча распахнула дверь в свой кабинет. Там на стуле сидел мертвенно-бледный Марат, а с ним рядом – «гусь», укоризненно на него смотревший.
- Да что случилось-то?!
- Вот.
Доктор указала на бутылку дезсредства, стоявшую у нее на столе.
- Ну, и?
Не понял Дынин.
- Выпить пытался. Хорошо, что Костя успел отобрать.
Точно. «Гуся» ведь Костей зовут. Вдруг вспомнил начальник.
- Чтооооо?! Да ты, парень, сдурел, что ли?!
- Не кричите так на него.
Подал голос Костя.
- Он и так не в себе. Не видите, что ли?
- А по какому поводу он не в себе?
- Не говорит. Я шорох услышал в уборной у мальчиков. Думал, крыса. А там… Еле успел у него эту гадость вырвать, он ее уже в рот тянул.
- Марат, может ты объяснишь, что тебя заставило так поступить?
Обратилась к нему докторша.
Марат молчал. Трясся всем телом, потерянно глядя в пол и молчал.
- Значит так: ничего он не объяснит. Помутнение у него. Ясно же.
- Будем «скорую» из города вызывать?
Спросила доктор.
- Сдурела? Это же ЧП городского масштаба! Запри его в отдельной палате под присмотром нянечки до утра. Напои успокоительным и пусть спит. Дай задание вожатой собрать вещи. Скажи, что подозрение на инфекцию. Чтобы лишних вопросов не было. Вызывай родителей и пусть они его завтра отсюда вывозят срочно. А дальше в городе сами с ним разбираются. Не будем портить парню биографию, а себе отчетность. Ясно?
- Ясно. Пойдем, Марат.
Марата увели. А Дынин повернулся к Косте.
- Что скажешь, Константин?
- Не знаю, что сказать, Евгений Александрович….
- Видишь, до чего детская психика возбудимая, как легко ребенка можно довести.
- А кто его довел?
- Да кто угодно мог! Ну, это уже не наше дело. У него родители есть. Здесь мы ему не поможем.
- Интересно, кто его так довел, чтобы он решил с жизнью счеты свести.
Костя подозрительно посмотрел на Дынина.
- Вот что, Константин, у тебя дел нет? Иди ка-ты поработай, отчетный концерт на носу. А о детях не беспокойся. Это забота моя.
Уважаемые читатели! Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить очередную публикацию.
Также обращаю ваше внимание, что на канале выложены большие тематические подборки: 1. Фанфиков, 2. Рассказов, 3. Статей про кино.
Все доступно для чтения.
На канале заработал телеграм-канал. Сначала публикации будут выходить там и тут же автоматом публиковаться на «Дзене». Но если вам удобно читать материалы в «телеге» - то можно пройти туда и подписаться.
Ссылка: t.me/ullisblog
Если вам нравятся публикации на канале, его можно поддержать фиансово, прислав любую денежную сумму на карту: 2200 3001 3645 5282.
Или просто нажать на кнопочку «поддержать (рука с сердечком)» справа в конце статьи.
Заранее вас благодарю!
Ну, или хотя бы поставить лайк) Вам не сложно, а автору – приятно ;)