сочинение года 1999-го
ПРОДОЛЖЕНИЕГ Л А В А V
Жаркое душное лето закончилось также внезапно, как и началось, Тогда, после необычайно прохладного для здешних мест мая, вдруг резко наступила июньская жара. С первых дней солнце засветило так яростно, что свежескошенная сочная трава в одночасье пожелтела, выгорела и больше не выросла. Также несладко пришлось и молодым деревцам и кустикам. Всё вокруг плавилось – асфальт, дорожки, люди, машины. Три месяца изнуряющей жары, почти без дождей. На небе редкая тучка, и та, как будто разомлев от солнца, медленно растворялась за горизонтом, не уронив на землю ни капли.
И вот сентябрь. Разительные перемены в погоде. С первых же дней пошли дожди, да такие, что природа ожила во второй раз за этот год. Снова зазеленела трава, подняли вверх свои листочки молодые деревца, легче задышалось на улицах города. Парки наполнились гуляющими беззаботными людьми. Детский щебет, пение не улетевших ещё птиц – природа навёрстывала упущенное…
Жизнь Валерии текла в обычном ритме. Нагрузка на работе из-за отпускной поры увеличилась. Множество её коллег было на отдыхе, и ей приходилось работать, как минимум, за двоих.
Приключений со времён возвращения домой не было, и Валерии стало казаться, что так будет и дальше. В конце концов, она замужняя женщина, для которой слово «Репутация» никогда не было пустым звуком. У неё хороший, верный и любящий муж, приличная работа, достойные друзья. Ну, допустила она во время отпуска лёгкий флирт – так ведь когда это было, да и было ли вообще?
Где-то к концу сентября Давид, наконец, закончил работу над своей монографией, и у него появилось больше свободного времени. Видя усталость мужа, Валерия посоветовала ему немного отдохнуть.
- Это восстановит твои силы, посмотришь. Нельзя же работать без перерыва.
- Лерочка, но ведь ещё много дел. Да, монография закончена, теперь необходимо её отредактировать…
- Дорогой, - она ласково погладила сидевшего в кресле мужа по голове, - конец сентября. Уже и листочки на деревьях пожелтели, а ты всё трудишься. Пойми же, наконец, – десять-двенадцать дней твоего отсутст-
вия не нанесут большого вреда науке.
- Науке-то нет, а вот меня из графика выбьют, - продолжал отпираться Давид.
- Наоборот, - не унималась Валерия, - ты же, возвратившись, с удвоенной энергией возьмёшься за дело. Хороший и своевременный отдых необходим каждому человеку, а тем более учёному.
Супруг ещё некоторое время вяло упирался, но в конце концов, аргументы жены оказались сильнее.
Сдавшись, он поднял руки вверх и спросил:
- А куда лучше съездить, чтобы, как говорится, дёшево и сердито?
- Вот, держи, - она протянула ему рекламную газету со множеством объявлений туристических агентств. – Сейчас уже поздно, а завтра обязательно созвонись. Что-то подберёшь.
Через неделю, упаковав дорожную сумку, Давид укатил в тихий, уютный пансионат, расположенный в живописной озерно-лесной зоне.
Проводив мужа, Валерия заскучала. Ей стало чего-то не хватать. Как знакомо это чувство – пустые комнаты сейчас, в эту осеннюю дождливую пору наводили на неё тоску и грусть. Не зная, куда себя деть, она занималась всякими домашними делами. Это отвлекало её от временного одиночества и позволяло сосредоточиться на чём-нибудь практичном.
Однажды Валерия решила навести порядок во встроенных в прихожей шкафах, особенно на антресолях, куда они с Давидом складывали всякий домашний хлам.
Погрузившись в работу, девушка мысленно отругала своё жилище за небольшие габариты и отсутствие подвала и чердака. Вот где можно было бы хранить в больших сундуках всякую житейскую утварь.
Разгребая завалы старых журналов, отработавших своё утюгов, фонариков и замков, а также, ввиду бурного технического прогресса, граммпластинок, она невзначай натолкнулась на толстую тетрадку в плотном зелёном переплёте.
«Какая интересная» - подумала Валерия, извлекая находку из дальнего угла антресолей.
Тетрадь была исписана наполовину. Рукой Давида.
«Ну и почерк», - пришло ей в голову после просмотра наброска какой-то научной работы. Полистав ещё несколько страниц, она стёрла с обложки пыль и положила находку поверх стопки конспектов и книг.
Закончив сортировку и тщательно поработав мокрой тряпкой внутри шкафа, Валерия принялась складывать вещи назад. Работа не из лёгких, так как приходилось всё время то вскакивать на, то спрыгивать с табуретки, причём с грузом в руках.
Наконец дошла очередь и до стопки книг, на которых лежала та самая зелёная тетрадь. Валерия взяла их у руки, а когда взбиралась на табуретку,
то слегка пошатнулась, на мгновение потеряв равновесие. Тут же среагировав, она смогла удержаться, но зелёная тетрадь, распластавшись, шмякнулась на пол.
Валерия устроила в антресолях книги, и. спустившись со стула, подняла упавший конспект. Он был раскрыт где-то посередине. Она хотела было захлопнуть его и также отправить на антресоль, но глаза вдруг как-то самопроизвольно пробежались по тексту. Просмотрев несколько абзацев, Валерия раскрыла от удивления рот и уселась прямо здесь на пол. Не закончив уборку, она принялась внимательно изучать записки супруга.
Нет, далеко не научные мысли содержала таинственная зелёная тетрадь, не теоретические выкладки умудрённого знаниями учёного несли на себе лощёные страницы, не хитроумные загадки с их фантастическими и в тоже время обоснованными разгадками помещались здесь – нет. То был дневник любовных похождений молодого повесы, коего звали Давид, и кого Валерия считала чересчур тихим и скромным.
Вскипевшее чувство ярости было быстро подавлено. В конце концов, это просто глупо – кидаться от негодования на стенку или в исступлении колотить на кухне посуду.
Валерия перешла в комнату, улеглась на удобном диване и ещё раз раскрыла зелёную тетрадку в самом начале «ненаучных записей» мужа.
Читая дневник, она переживала самые различные эмоции. Хорошо было то, что Давида сейчас не было дома, так как искушение вцепиться ему в физиономию было слишком велико.
Раздавшийся внезапно звонок в дверь заставил Валерию встрепенуться. Она встала с дивана и, надев тапочки, пошла в прихожую.
Вошедшая подруга Светлана сразу с порога, встревожено оглядев Валерию, спросила:
- Что это с тобой, моя дорогая?
- Да так, неприятности, - отмахнулась Валерия, - проходи, раздевайся.
- Объясни же в чём дело. На тебе просто лица нет.
- Заметно? – спросила Валерия, когда они зашли в комнату.
- Ещё как! Ладно, рассказывай, что стряслось, - Светлана на секунду замолчала, а затем, будто о чём-то догадавшись, закивала головой.
- Неужели с Давидом случилось чего?
- Ага, случилось, - иронично подхватила Валерия. – Только не с Давидом, а со мной истерика чуть не случилась из-за вот этой тетрадочки.
С этими словами она протянула подруге зелёный конспект, сама же удалилась на кухню приготовить кофе. А когда с подносом в руках вернулась назад, то застала Светлану возлежавшую на диване и увлечённо изучавшую дневник.
- Ну как? – спросила Валерия, разливая по чашкам волшебно-благоухающий напиток.
- Похотливый кот! – не задумываясь, выпалила подружка. – И где ты отко-
пала сие досье?
- Сие досье о похождениях месье, - грустно пошутила Валерия. - Там, наверху, порядок наводила…
- Да тут же целый роман!
- Роман под названием «Хроника одинокого холостяка».
- А можно немножко почитать? – с любопытством вопросила Валерия.
- Конечно, можно. Даже нужно! Очень хорошо, что ты пришла. Читай вслух. Мне самой как-то противно.
- Давай!
И устроившись поудобнее на роскошном диване, время от времени отхлёбывая горячий кофеёк, подруги приступили к подробному изучению злополучной зелёной тетрадки.
Конечно же, мой пытливый читатель, скромный Автор этих записок не может скрыть от тебя эти прелюбопытнейшие истории. А поскольку они являют собой законченные повествования, разумно будет изложить их отдельной главой, у которой впервые в наших записках появится заголовок, а затем и подзаголовки. Итак, переходим к этой самой главе.
Г Л А В А VI. ХРОНИКА ОДИНОКОГО ХОЛОСТЯКА
Как отмечалось выше, роль чтеца была отведена Светлане. Валерия же затихла, приготовившись внимательно слушать подругу.
- Пожалуй, начнём,- торжественно объявила Света и, откашлявшись, принялась читать.
- ЛЮДМИЛА. Написано красными чернилами. Вроде заглавия, - пояснила она. – Познакомился я с ней на одном предприятии, куда был направлен в составе бригады медиков для проведения осмотра.
Она зашла в кабинет робко-застенчиво и тут же встретилась со мной взглядом. И вот, бывает же такое, когда по одному только взгляду понимаешь – что-то должно произойти.
Пробыла она в кабинете недолго, и всё время как-то странно посматривала в мою сторону. Звали её Людмилой. Возраст – примерно лет двадцать восемь-тридцать, собой весьма хороша. Среднего роста, плотно сбитая, красивые руки, маленькие точёные ножки, переходящие в изумительную округлость бёдер. Тут же выразительная талия – есть на что полюбоваться. И что самое забавное – была она рыжей. То есть, вот прямо огненно-рыжей. Это обстоятельство меня заинтриговало, так как ни одной рыжей я ещё не знавал. Весь день время от времени вспоминал я глаза незнакомки, её пронзающий насквозь взгляд. И чем дольше я думал, тем сильнее охватывало меня желание. В конце концов, я не выдержал и отправился на поиски. Благо, участок, где она работала, был обозначен в медицинском журнале.
Поход мой, однако, успехом не увенчался, потому что их смена уже
закончила работу, и моя рыжая милашка ушла домой.
Расстроенный и огорчённый вернулся я в кабинет, затем в таком же расположении духа ушёл с работы. Картину моего плохого настроения дополнило внезапное появление в доме дальних родственников, приехавших на пару дней в столицу за покупками. Правда, плотно поужинав деревенскими разносолами, и при этом употребив некоторое количество согревающей душу народной настоечки, я оттаял, хандра улетучилась бесследно, хотя мысли мои беспрерывно кружились вокруг образа рыженькой очаровашки.
Решив, что завтра обязательно, в первую очередь, разыщу её, я отправился спать.
Медосмотр продолжался ещё в течение нескольких дней, и поэтому с утра мы обычно ехали на предприятие, даже не появляясь у себя в клинике.
Как и было запланировано, я сразу же, не переодеваясь, дабы не привлекать посторонних любопытствующих взглядов, отправился на знакомый производственный участок. И на сей раз везение и удача сопутствовали мне. Ещё издали увидел я её ярко-оранжевую косынку и поспешил на встречу.
Рядом, к счастью, никого не было. Она же, хитрая плутовка, заметив моё приближение, молча кивнула в знак приветствия и тут же, подхватив какой-то прибор, удалилась в неизвестном направлении.
«Играет со мной», - подумал я, но вдогонку не устремился, чего, видимо, ожидала рыжая шалунья, а остался на месте.
- Вы ко мне? – наконец услышал я её неожиданно приятный голос. И хотя я не очень-то силён в музыкальной терминологии, но мне показалось, что с таким густым сопрано и серьёзными внешними данными ей впору было выступать на оперной сцене, а не работать на заводе.
- Да, я к вам. Вот уже второй раз пытаюсь разыскать, - отбросив естественную робость, произнёс я.
- А что? Какие-то проблемы с моим здоровьем? – хитровато прищурив глазки, спросила она.
- Да нет, со здоровьем у вас, к счастью, полный порядок. Я просто хотел, понимаете…- на этом моя храбрость иссякла, и я, изрядно смутившись, запнулся. Звуковая лампа, понимаете ли, вышла из строя.
- Понимаю, - неожиданно поддержала меня Людмила. – Вы хотите со мной познакомиться.
- Именно так. Для этого, собственно, вас и искал. Вы мне, признаться, очень понравились. Вчера, когда явились на осмотр.
Людмила залилась весёлым смехом:
- А сегодня уже не нравлюсь? – сквозь смех спросила она.
- Я этого не говорил. Нравитесь, разумеется…
- Любовь с первого взгляда.
В ответ на последнюю реплику я пробормотал что-то невразумитель-
ное. Ни о какой любви, конечно же, не шло и речи, поэтому ничего отвечать не стал.
Затем, сославшись на занятость, я удалился, предварительно условившись встретиться с ней после работы. Местом встречи была заводская автостоянка, где меня обычно дожидался мой верный четырёхколёсный друг.
В назначенное время я сидел за рулём и нервно всматривался в лица выходящих через остеклённые двери проходной женщин. Появилась и она.
Без лишних слов я жестом пригласил её в авто и стартовал с места по направлению выезда из города.
- А куда мы едем? – спросила она.
При этом во всём нашем поведении, во взглядах, жестах сквозило лишь одно – желание близости. Ничего кроме этого и прямо сейчас.
- Ко мне нельзя, у меня родственнички со вчерашнего дня гостят. Как назло припёрлись нежданно-негаданно.
- И ко мне нельзя – муж скоро с работы вернётся, да и ребёнка из садика забирать нужно.
- Ясно, - сказал я и решительно прибавил газку.
На дворе стояла теплынь – бабье лето, а посему мы, недолго думая, отправились в ближайший лесопарк.
Остановившись в укромном месте, я тут же набросился на Людмилу. Она, казалось, только этого и ждала. Страстная, жадная до любви натура, Людмила полностью оправдывала мои тайные помыслы. Что ни говори, в людях, и в частности, в женщинах я разбираюсь.
Раздеваться она, однако, не спешила. Даже поупрямилась для проформы – дескать, я не из тех, кто сразу же…Но мой яростный напор сломил её сопротивление, и вскоре блондинка – уж и не знаю, можно ли так называть рыженькую – осталась лишь в одной расстёгнутой блузочке. Аппетитнейшее зрелище!
И что опять удивило – так это тот же рыжий цвет волос там, внизу, на холмике Венеры. Чудненькая, возбуждающая желание картинка. Не теряя времени на лишние разговоры, мы спешно занялись делом. Конечно, неудобства, связанные с отсутствием постели, наложили свой отпечаток на наше любовное свидание, но всё-таки, я остался доволен. Думаю, что и она тоже.
Закончив, мы некоторое время отдыхали на импровизированном ложе, когда моя дама произнесла следующую фразу:
- А знаешь, мне кажется, что мы здесь не одни.
- Как это?! – встрепенулся я.
- А вон там, между деревьев, мужичок притаился.
Я пристально всмотрелся в ту сторону, куда показывала Людмила и действительно, заметил удаляющегося человека.
- Скорее всего какой-то слишком любознательный подросток, - я попытался успокоить себя, а заодно и слегка встревоженную подружку.
Моя репутация – вещь серьёзная, и надо сказать, весьма для меня не-
безразличная. Да и моей спутнице, женщине семейной, огласка такого рода была совершенно не нужна. Поэтому, быстренько свернувшись, мы укатили прочь из лесопарка.
Прощание было каким-то скомканным, так как происходило уже в городе, на виду у других людей. Она просто кивнула головой, бросила ничего не значащее «пока» и покинула авто. И меня…
Эта встреча была первой и последней.
Насладившись её мимолётностью, мы больше не искали друг друга. Во всяком случае, я таких попыток не предпринимал, а Людмила попросту не знала моих координат. А свою работу на заводе мы уже закончили.
- Всё, на этом точка, - Светлана отложила тетрадь и посмотрела на подругу.
- Так, пока воздержимся от каких-либо комментариев,- сказала Валерия. – Давай теперь я почитаю.
Светлана молча передала ей тетрадь и потянулась за остывшей чашкой.
Некоторое время они просто пили кофе, действительно воздерживаясь от обсуждений прочитанного, затем Валерия, взяла тетрадку и принялась за чтение.
- СВЕТЛАНА. Это название следующих записок. Любопытное совпадение.
Итак, слушай. Со Светланой я познакомился у себя в клинике, куда она пришла, чтобы сделать репортаж для своей газеты. На совещании у главного я среди коллег заметил незнакомую хрупкую молодую девушку. «Видимо, новенькая, - подумалось мне, - даже без халата». Однако, главврач сообщил, что к нам прибыла для подготовки материала молодая журналистка из местной газеты, и что у него к нам просьба – по возможности ответить на все её вопросы.
Девушка скромно кивала симпатичной головкой и украдкой пыталась обтянуть уж слишком коротенькую юбчонку. При этом она сидела, закинув ногу за ногу. Весьма привлекательная поза, особенно в мини-юбке.
Я, откровенно говоря, не слишком-то обратил на неё внимания – совещание было бурным и деловым. Не думал я о ней и после, но где-то перед обедом в дверь вкрадчиво постучали.
- Войдите! - громко сказал я, не отрывая головы от изучаемой истории болезни.
- Можно? – тоненький дамский голосок прервал моё чтение.
Я поднял голову и взглянул на вошедшую. Это была та самая журналистка. И до чего же очаровательна! Невысокого росточка, в коротенькой, да так, что дальше некуда, юбочке, открывавшей возможность полюбоваться стройными ножками. Совершенно легкомысленная кофточка, призывно оттянутая в соответствующих местах. И эта милая, ещё даже, как-то по-детски, наивная мордашка. Острые черты лица её, под стать всей тоненькой и хрупкой фигурке – излучали сияющую улыбку. Короткая стрижка светлых густых волос, красивые глазки, яркий
рот – дополняли симпатичный портрет журналистки.
- Можно войти? Я задам пару вопросов.
- Пожалуйста-пожалуйста, - я встал и, обойдя стол, усадил даму в удобное кожаное кресло.
Ножки её тут же приняли привычную для себя позу, и, поскольку мы сидели друг напротив друга, то было на что посмотреть.
Она о чём-то меня расспрашивала, я отвечал, она, в свою очередь, что-то там записывала у себя в блокноте. Постепенно все мои мысли сконцентрировались на ней. Время от времени я принимался двусмысленно рассматривать её фигуру, что не ускользнуло от девушки. При этом она весьма трогательно смутилась и опустила глазки.
Постепенно разговор стал более свободным, мы познакомились. А, закончив интервью, болтали о разных пустяках. И во время образовавшейся паузы я задал свой главный вопрос.
- Света, а как вы посмотрите на то, чтобы нам встретиться…э-э…наедине.
- Хм…Неожиданно… С незнакомым мужчиной и наедине.
- Вот и познакомимся заодно, - я несколько секунд помолчал, наблюдая милое смущение собеседницы.
- Не знаю, не знаю, Давид, - ответила она скороговоркой. – Мне нужно подумать.
- Хорошо, подумайте. А я вам позвоню, если позволите.
- Что ж, звоните, - с этими словами она извлекла из блокнота визитную карточку, положила её на стол и быстро удалилась из кабинета.
«В конец смутил девушку», - подумал я про себя и спрятал визитку в ящик стола.
Подходила к концу затяжная весна. Светлана не выходила у меня из головы, но встретиться с ней никак не удавалось.
Как-то ближе к лету, когда на улице стало совсем тепло, решил я после работы съездить на один из водоёмов, расположенных недалеко от городской черты и искупаться. Но при этом вспомнил и о Светлане. Хотя, по правде говоря, до этого я неоднократно связывался с ней по телефону, и разговоры наши нередко заходили за «ту» грань, которая…Причём Светлана безо всякого смущения подхватывала эту тему. Чувствовалось, что несмотря на внешнюю хрупкость и застенчивость в этой дамочке кроется вулкан страстей. Чем дольше вели мы с ней беседы, тем, во-первых, больше узнавали друг друга, а во-вторых, обоюдное желание всё сильнее и сильнее разгоралось внутри нас.
Так дальше продолжаться не могло, и я твёрдо решил наконец-то встретиться с журналисткой. Но поскольку как-то сразу приступить к «делу» было неудобно, а на улице уже стояли теплые деньки, то я просто
позвонил ей с предложением вместе посетить пляж.
Она с готовностью приняла это предложение, и в назначенное время мы встретились на одной из улочек города, неподалёку от редакции.
В тот день было очень жарко, и она снова пришла в коротенькой юбочке, да ещё в такой, которую только можно было себе представить. Кроме юбки на ней была надета малюсенькая маечка, с виду более походившая на носовой платок. Впрочем, как и юбка.
Я не виделся с ней с того самого дня, когда давал интервью, и теперь, глядя на Светлану, просто млел от нетерпения. И вот она уже сидит рядом со мной в машине, и мы отправляемся в неизведанный путь.
То, что произошло далее – словами не описать. По крайней мере, у меня, с моим-то опытом, такого никогда не было. Едва мы проехали пару кварталов, как Светлана стала хватать меня за руки и с криком, нет, это был не крик, а стон перевозбуждённой пантеры: «Что ты со мной делаешь! Не своди меня с ума!» резко сняла туфли и забросила ноги на переднюю панель автомобиля.
Я был в шоке. Время пиковое, на улицах море машин, стёкла у меня прозрачные, а репутация…Не говорю уже о том, что я пытался её как-то успокоить – не помогало ничего. Она как будто взбесилась, и чем дольше мы ехали, тем сильнее становилось её возбуждение, хотя, куда уж сильнее. Я понял, что до заветной водной глади нам не дотянуть и свернул в первый попавшийся на пути лесок. Произошедшее здесь также весьма уникально. Я не сказал ей ни слова о своих намерениях, да ещё не успел толком и остановиться, как Светлана, мгновенно сорвав с себя трусики, тут же оказалась верхом на мне. То есть, я, как сидел за рулём, так и остался сидеть, а она каким-то образом защемилась в это узкое пространство и оседлала меня сверху. Пока я пытался отодвинуть сидение подальше и откинуть назад его спинку, девчонка уже успела сделать всё, что нужно и теперь прыгала на мне, словно атлет на батуте, издавая при этом целую гамму ревущих, стонущих и рыдающих от экстаза звуков. Это была фантастика! Безо всякого преувеличения, единственное, что заботило меня в данную минуту, так это моя репутация. Хотя лёжа на откинутом кресле и будучи оседланным обезумевшей амазонкой, я не имел решительно никакой возможности контролировать ситуацию. Спасала одна мысль – накануне, имея приобретённый во время встречи с Людмилой опыт, я искусно заляпал оба номера машины грязью. Да так, что цифры разобрать было просто невозможно.
Марка автомобиля? Их в нашем городе предостаточно. Самых разных. Единственное, чего мне стоило опасаться – так это встречи с автоинспекцией и штрафа за неопрятный вид машины. Но это обстоятельство никоим образом не могло отразиться на моей репутации, которой я очень дорожил и дорожу.
Так вот, мы, наконец, закончили «это» занятие, но Светлану было не унять. Она накинулась на меня, стала осыпать поцелуями и всячески ласкать. Полным блаженством было то, что вытворяла со мной маленькая бестия. Такой профессионалки я не встречал давно. Удовлетворившись
сполна, она откинулась на спинку сидения и затихла, не открывая глаз.
Я спокойно оделся, установил сидение в нормальное положение и выехал из леса. В дороге предстояло провести с полчаса, и каково же было моё удивление, когда где-то на середине пути моя спутница вдруг очнулась, и… Короче говоря, с ней случился очередной сексуальный приступ… Извращенка!
Опять глубокие страстные вздохи, забрасывание ног, срывание белья. Впрочем, срывать-то уже не было чего. Кое-как добрались мы до живописного водоёма и, припарковав машину, пошли в сторону пляжей. Поскольку купальные костюмы были отдельно от нас, а загорать нагишом не было возможности, то мы свернули в заросли кустарника с целью переодеться. Едва листва скрыла наши тела от посторонних глаз, Светлана стала раздеваться и через каких-то пару секунд уже предстала передо мною обнажённой. Испуганно-невинно смотрела она на меня, переминаясь с ноги на ногу. Жгучее желание снова овладело мной. Я, не отрывая глаз, рассматривал это ненасытное чудо природы, одновременно переодеваясь. Она также натянула на себя трусики купальника, которые держались на бёдрах при помощи двух пар завязок. Мы зачем-то, повторюсь, оделись, а затем, поддавшись резкому обоюдному порыву, сделали шаг навстречу друг другу. Она извивалась в моих объятьях, как вьюн на сковородке, крича при этом своё традиционное: «Что же ты со мной делаешь?!» А я… Да что, собственно говоря – я? Если в этом дуэте примой была она – непредсказуемая, яростная Светлана. Одним словом, уже через какие-то мгновения она повернулась задом и опустилась на четвереньки. Развязаны тесёмки, купальник превратился в два аккуратненьких маленьких треугольничка, упавших в траву, и мы снова бурно и, на сей раз, более продолжительно занимаемся любовью. Мне приходилось сдерживать её громкие стоны и всхлипы, дабы не привлекать внимания кого-нибудь из отдыхающих. Здесь было бы уместно упомянуть о моей незапятнанной репутации, и о том, что это и так всем хорошо известно.
Мягкая шелковистая травка щекотала наши тела, а мы всё никак не могли оторваться друг от друга. Калейдоскоп поз, сопровождаемый рёвом Светланы, возбуждал и меня. Наконец наступило затишье, и мы упали на зелёный душистый ковёр, совершенно обессиленные и изнемогшие.
Через некоторое время, кое-как одевшись, мы брели по берегу в поисках уединённого местечка. Дошли до самого края пригодного для отдыха пляжа и расположились прямо у воды, рядом с весёлой компанией, явно собиравшейся уходить. Перед нами была ровная и чистая гладь озера, правда, бережок был плотно покрыт зарослями камыша. Позади же, вплот-
ную к узкой лужайке примыкала непроходимая чащоба леса.
Делать нечего, пришлось остановиться прямо здесь. Бросив одежду на расстеленный плед, я, а за мной и Светлана с вожделением окунулись в
тёплые воды озера. Плавали долго, наслаждаясь купанием и ожидая ухода компании. Света плавать не умела, и поэтому, зайдя чуть повыше талии, стала ловить меня, обхватывать ногами и забираться на плечи. Немного узнав свою партнёршу, я заподозрил, что у неё вновь созрело желание, тем более, что она полушёпотом-полукриком вопила: «Что же ты со мной делаешь…» Нечего и говорить, в какое неловкое положение она тем самым меня ставила. Я сконфуженно озирался по сторонам, беспокоясь за свою незыблемую и незапятнанную репутацию. Звуки, даже слабые, на воде разносятся далеко – факт известный. А тут ещё эта компания, которая то собиралась уходить, но вдруг резко передумала и украдкой наблюдала за нами. Четыре человека – видимо две супружеские пары. Дамочек так и распирало от любопытства – что же будет дальше? Их интерес легко объясним – страстные нападки изголодавшейся Светланы были зрелищем захватывающим. Я же, как мог, старался увернуться от возможной близости прямо в воде, и чтобы прекратить это безумие, отплыл на почтительное расстояние. Светлана же, ввиду неумения, за мной не поплыла и быстро вышла на берег. Я барражировал в районе буйков, а компания, так и не удовлетворив своего любопытства, разочарованно удалилась.
Только этого и ждала моя тигрица. Едва наблюдатели скрылись из виду, она стремглав влетела в озеро и тут же мёртвой хваткой вцепилась в меня. Я то собирался выходить на берег, но Светлана мне этого не позволила. Обхватив двумя ногами моё туловище, она ловкими движениями мгновенно соединила нас и с диким рёвом принялась гарцевать на мне, как на мустанге. Всё происходило в воде и мне приходилось держать её на себе. Спустя целую вечность она устала, и мы вышли-таки на берег. Обессилено упав на плед и тяжко дыша, мы продолжали неистово целоваться. Но и это ещё не всё. Поскольку начатое в воде было прервано, то вскоре она буквально уволокла меня в ту самую чащобу, где без промедления продолжила бурную оргию. Я больше не сдерживал эту ненасытную в её стонах – благо вокруг не было ни души и моя репутация пострадать не могла…Впрочем, кто знает.
Много времени провели мы за этим занятием, и когда, оторвавшись друг от друга, доползли до воды, солнце уже завершило свой дневной путь, и спряталось за верхушками елей.
Такой выдалась наша первая романтическая встреча. Пресыщенные, возвращались мы в город, а, расставаясь, клятвенно обещали не разлучаться. И обещание это сдержали.
Встречи наши продолжались довольно долго. Иногда часто, иногда реже виделся я со Светланой. А затем она вдруг резко собралась замуж, и наш страстный и бурный роман подошёл к концу. Завершился он также неожиданно, как и начинался, а жаль…
- Это возмутительно! – Валерия с негодованием отбросила в сторону зелё-
ную тетрадь. – Так бы и вцепилась ему в рожу.
- Успокойся, - Светлана подобрала конспект. – Закончилась история?
- Закончилась. Жаль ему…Влюблённый юноша, понимаешь ли…Дай закурить, что ли.
- Не курю я, подруга, да и тебя с сигаретой никогда не видела.
- Я тоже не видела, но с расстройства можно.
На некоторое время в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем больших старинных часов. Стрелки подползали к полуночи, и вскоре раздался мелодичный бой, заставивший девушек очнуться. Первой прервала паузу Светлана.
- А ты думала, что вышла замуж за верного и преданного? Смешно! Мужики – они ведь только налево и глядят.
- Не все же.
- Через одного. Кто налево, кто направо. Это у них природой заложено, а мы, дуры, им верим. До поры до времени, конечно.
- Пока не наберёмся собственного опыта, - поддержала подругу Валерия.
- То-то и обидно. Какой же выход?
- Адекватный. Как он тебе, так и ты ему. Только не записывай ничего в тетрадку.
- Ясное дело. Но как же всё-таки гнусно и противно устроен этот мир, согласись. Встречаешь человека, отдаёшь ему самое лучшее, веришь и всё такое, а он просто тебя обманывает. Живёт рядом, каждый день смотрит в глаза и обманывает. И при этом ведь ожидает от тебя преданности и верности. Адекватный?! А если ты не способен на такое. Если тебе это претит, и для подобного шага ты должен преступить определённую грань. Выйти, так сказать, за рамки собственного поведения, если…
- Перестань, умоляю тебя. Посмотри в зеркало – ты же очаровашка. Да на тебя мужики бросаться должны, а ты о каких-то условностях.
«И бросаются, - подумала Валерия, - ещё как бросаются!»
Светлана не была осведомлена о любовных похождениях Валерии. Да и вообще, практически никто ничего не знал. Это её личное, абсолютно интимное дело, посторонних оно не касается. А поступки Давида – так чем он хуже её. Или чем её поведение лучше? И вправе ли она, в таком случае, осуждать супруга. Так, глядишь, можно и ревностью заразиться. Болезнь прилипчивая и неизлечимая, зачем ей это. Не разумнее ли сосредоточиться на собственной жизни. По крайней мере, нервы будут целее. Они ведь, как известно, не восстанавливаются.
Задумавшись, Валерия не слушала Светлану, продолжавшую философствовать, и в конце мысленного разговора с собой, произнесла:
- Да, одно расстройство.
- Чего? – не поняла Светлана, сказанную подругой фразу.
- Хорошего, говорю, мало.
- Что верно, то верно. Ладно, давай я буду дальше читать, чтобы ты не расстраивалась. – Светлана развернула тетрадку и, полистав её, присвист-
нула. – О-о! Да тут ещё историй…Не дремлет твой мужик-то.
- Тихоня хренов. Ну, погоди же у меня. Я после такого…
- Да будет тебе, в самом деле. Разошлась! Дальше читаем?
- Читаем, начинай!
- АЛЕКСАНДРА. Называется.
- Эта история отличается ото всех предыдущих тем обстоятельством, что для достижения некоторых целей мне пришлось даже ухаживать за дамой, имя которой вынесено в заголовок.
Да-да, как ни странно, именно ухаживать, потому что по характеру она оказалась несколько иной, нежели особы, описанные выше.
Впервые я увидел её в весьма банальном месте, а именно в ателье по ремонту одежды. Она с подружкой стояла в небольшой очереди передо мной. Меня же привела туда необходимость отремонтировать совсем новый модный пиджак, у которого оторвалась подкладка. Я, честно говоря, из этих двух дамочек больше внимания обращал на подругу Александры. Имени этой подруги я так и не узнал, да это и не важно. Подруга была красоткой. Высокая, стройная. Ножки, грудь! А лицо! Античных мастеров оно вдохновило бы на создание образа какой-нибудь богини или нимфы. Я любовался ею, но затем мой взгляд как магнитом притянуло к Александре. Нет, не то чтобы я настолько ветреный, но мужчины, конечно же, меня бы поддержали. Всё дело в её фигуре. О таких, как она, говорят – Персик! Вот уж действительно фрукт – сладкий, сочный. Так и хочется попробовать!
Одним словом, стоял я и любовался обеими дамочками, оценивая то одну, то другую. Эта, пожалуй, такая, а та – сякая… Единственным недостатком, который я отметил в Александре, было то, что она слегка сутулилась.
Очередь внезапно задвигалась быстрее, девушки скрылись в примерочной кабинке, а я, сдав свой пиджак, пошёл рассчитываться на кассу, которая располагалась в другом помещении.
Там тоже очередь. Я занял и пока в ней стоял, сожалел о том, что не познакомился с этими красотками. Хотя, откровенно говоря, знакомиться на улице или же в общественном месте – мне не свойственно. И уж если когда-нибудь приходится, то делаю это неохотно и скованно. Теперь же я слегка огорчился от того, что упустил такую возможность.
Но Случай, Его Величество Случай! А может просто удачное стечение обстоятельств, столкнувших меня с Александрой ещё раз. Произошло это тогда, когда я с оплаченным чеком в руках возвращался назад и вдруг на коридоре увидел знакомую фигурку - «персик». Она была, на сей раз, одна, что и предопределило мой выбор.
Отбросив все условности, я сразу же подошёл к ней и, набравшись наглости, произнёс:
- Ты очень красивая девушка, только вот сутулиться не надо.
- Так заметно?
- Конечно, и тебе это вовсе не идёт.
- Хорошо, постараюсь исправиться, - весело ответила она.
Разговаривая, я даже приобнял её за плечи, чувствуя при этом непреодолимое к ней влечение. Так бывает, когда…Впрочем, вместо пространных рассуждений лучше перейду к изложению дальнейших событий.
А дальнейших событий-то, собственно говоря, и не было. Вернее не было в тот день.
Вполне освоившись в обстановке, я стоял с нею в коридоре и молол какую-то чепуху, когда вдруг откуда-то появилась подружка. И Александра, а мы уже успели познакомиться, упорхнула вместе с ней в сторону выхода. Всё произошло так быстро, что мы даже не успели обменяться номерами телефонов. Никаких зацепок, такая засада!
В ожидании очередной случайной встречи потянулись угрюмые дни.
На сей раз, конечно, шансов было немного. Большой город сводит к нулю вероятность повторно свидания. Особенно, когда его так ждёшь. Впрочем, рассуждать над законами жизни можно долго и нудно, только ни к чему это.
Я верил в нашу встречу. Только как и когда она произойдёт? Разные варианты прокручивались в моей голове, а всё оказалось значительно проще. То, чего я так ожидал, так искал, произошло само собой, совершенно естественным образом.
Следующий мой поход в упомянутое уже ателье состоялся через две недели. В этот же день там появилась и моя красавица, спелый персик! Для меня это было знаком Судьбы. И такой шанс упускать я не намеревался. Уже не стесняясь и не смущаясь, я подошёл и заговорил с ней первым. Заговорил о каких-то пустяках, и она охотно поддержала беседу. А уже через полчаса, мы, завершив дела в ателье, ехали вместе по городу на моей машине.
Контакт был установлен. И только я стал прощупывать дальнейшие, в известном смысле, перспективы, как тут же с удивлением встретил мягкий, но весьма решительный отпор со стороны Александры.
Я был озадачен. Нет, конечно и раньше приходилось мне сталкиваться с возражениями со стороны девушек, расположения которых я добивался. И тогда, в силу некоторых особенностей моего характера, они сразу же становились мне не интересны, и я от них отворачивался. Но здесь, похоже, имел место исключительный случай. Как бы там ни было, мы стали встречаться. Регулярно, но без «этого». Походы на концерты всевозможных знаменитостей, посиделки в ресторанчиках и кафе, даже посещение цирка. Я устал. А Александра, казалось, просто играет со мной, дразнит, как дразнят маленького котёнка большим и ярким бантом.
Так продолжалось почти полгода. Откровенно говоря, мне уже всё порядком надоело, и я решил, что на наших отношениях пора ставить точ-
ку. Эти романтические свидания, не приводящие ни к чему конкретному, встречи у фонтана…Смешно! Александра между тем успела привязаться ко мне и с радостью бежала на очередное свидание. Постепенно я перестал быть их инициатором. Сколько можно, да и работа затянула по горло. Звонки становились всё более редкими, а если и случались, то, в основном, со стороны Александры.
И вот однажды, когда уже я и надежду потерял на что-нибудь «эдакое», моя недотрога пригласила меня в театр. Эко диво – театр, так театр. Я понуро согласился и в назначенный день, безо всякого желания поплёлся на спектакль. Александра заранее дала мне билет, сказав, чтобы я её не ждал, так как она придёт чуть позже.
Настроение было дрянь. В буфете я заказал порцию коньяку, что, впрочем, мало меня взбодрило. На работе случились неприятности, отношения с Александрой, по сути дела, не складывались, да и погода ещё, как назло, была мерзкой. Одним словом – ничего светлого и радостного. Наконец дали первый звонок, и я вслед за толпой удалился в зрительный зал.
Свет погас, оркестр исполнил увертюру, а Александры всё не было. Началось первое действие известной оперетты великого Имре Кальмана, и я постепенно увлёкся разворачивающимся на сцене зрелищем. Хандра моя незаметно отошла на задний план, настроение улучшилось, чему способствовало великолепное исполнение арий артистами театра.
И тут я увидел её! Это было, как ком снега на голову – Александра появилась на сцене! Актриса театра! Причём, несмотря на свою молодость, она играла одну из главных ролей. Сражённый наповал, зачарованно и удивлённо наблюдал я за её игрой. А она веселилась, пела, танцевала так естественно, как будто вовсе и не играла, а наяву переживала всё происходящее. Александра давно обнаружила меня и всякий раз, когда взгляды наши встречались, я видел в её глазах какое-то озорное лукавство. Хитрая, непредсказуемая девчонка, она, видя моё смятение, не скрывала своего триумфа, ведя роль легко и непринуждённо.
Первое действие закончилось. Антракт. Зрители потихоньку покидали зал. Я же, не теряя ни секунды, устремился за кулисы. Едва не заблудившись в коридорах театра, я, наконец-то, отыскал гримёрки. Знакомая фамилия на табличке указывала на то, что Александра находится здесь. Правда, одно обстоятельство слегка смутило меня, поубавив решительности. На табличке была указана ещё одна фамилия. Постояв несколько секунд в за-
мешательстве, я всё же вкрадчиво постучал в дверь
- Входите, - раздался знакомый голос.
- Это ты?! – она удивлённо взметнула вверх брови.
- Я. А это ты?! – в свою очередь удивился я.
- Хотела сделать тебе сюрприз.
- Что ж, тебе это удалось на славу.
- Правда?
- Правда. А теперь я, в свою очередь, намерен тебя удивить. Можно?
- Интересно-интересно. И как же это?
- А вот так.
Эти слова были последними. Надо сказать, что я застал Александру в пикантный момент переодевания. На ней было только нижнее бельё и поразительно красивые кружевные чулки. Гримёрка же представляла собой комнату, меблированную всем необходимым. Здесь был широкий старомодный диван, с большим абажуром торшер, тяжёлые шторы, а на полу красивый шерстяной ковёр.
Я подошёл к ней, взял на руки и молча уложил на диван. Сопротивления не было. Напротив, я чувствовал её желание, страстное и жгучее, что, в свою очередь, подогревало и меня. Одежда мгновенно разлетелась в разные стороны, и через пару минут два переплетённых тела превращали уважаемый старинный предмет мебели в поле бурного сражения. Александра превзошла все мои ожидания. Видимо, взаимная страсть, так долго в нас таившаяся, теперь вырвалась наружу, заставляя позабыть обо всём на свете.
Мы едва услышали, как её зовут на сцену, поскольку началось второе действие. Наскоро натянув на голое тело соответствующее платье, она выпорхнула из грим-уборной. Я также собрался и ушёл в зал, так как интерес к пьесе и, особенно к игре Александры, был весьма велик.
Она выглядела смущённо. Щеки пылали румянцем. Встречаясь со мной взглядом, она быстро отводила глаза, едва заметно улыбаясь. Правда, игра моей актрисы от этого хуже не стала. Наоборот, ещё больше озорства и лукавства, присущего её героине появилось на сцене. Я зачарованно смотрел на «свою» девушку, а перед глазами проплывали картины действа, произошедшего только что.
Не надо говорить о том, что перерыв между вторым и третьим отделением мы провели также, как и предыдущий.
Снова я ворвался к ней в грим-уборную и снова, почти без слов, оказались мы на уютном диване. И снова только громкие междометия нарушали тишину будуара.
Александра была прекрасна. Высокая стройная кошечка с длинными и удивительно стройными ножками. Каштановые, слегка волнистые волосы ниспадали на узкие плечики и красивую упругую грудь. Тонкая – даже чересчур – линия талии плавно переходила в удивительной формы бёдра. Контуры её тела представляли собой сочетание множества изумительных изгибов, преходящих один в другой. Добавить ко всему прочему её природную нежность и страсть – получится почти идеальный портрет молодой женщины.
Я отметил – почти идеальный, потому что мною не описан характер героини. А посему получить полное представление о ней трудно, но что
касается внешних данных – они были безупречны.
Вообще, описывать характер женщины – дело неблагодарное. Ведь идеальных женских характеров попросту не бывает, и поэтому создание их образа пером может только испортить всю картину. Никакими красками тогда уж не исправишь сюжет. Придётся брать чистое полотно и снова, мазок за мазком стараться изобразить это чудо природы. Впрочем, я и не ставлю перед собой задачу – глубоко исследовать человеческую натуру. Настоящие записки – лишь короткий отчёт перед самим собой о собственных любовных похождениях.
На третье действие я не попал. Выход Александры был в самом конце, её игрой на сцене я уже усладился, а вот игрой здесь, в уютной интимной гримерной, пока что нет.
В тот вечер мы очень долго не уходили из театра, в котором разыгралось такое удивительное и такое необычное представление.
Не буду дальше распространяться о наших встречах с очаровательной актрисой. Скажу только одно – до конца сезона я посмотрел все спектакли, которые шли на сцене этого театра, и должен сказать, что они произвели на меня ярчайшее и совершенно неизгладимое впечатление.
Закончив чтение, Светлана отложила тетрадку, и, потянувшись, сказала:
- Ой, а ведь уже давно стемнело. Который, интересно, час?
- Не обращай внимания. Темно – ну и что? Тебе-то куда торопиться?
- Как куда? Домой, завтра столько дел…
- Какая же ты эгоистка, только о себе и думаешь. А подругу кто будет утешать?
- Да нет, я ведь… - промямлила Светлана
- Короче, остаёшься у меня. Отдыхай! Спальных мест, как видишь, достаточно.
Понимая, что Валерия очень расстроена, хотя и пытается бодриться, Светлана согласилась остаться на ночлег.
Они расстелили постели, легко поужинали, и собирались, уже было улечься спать, когда Светлана, перелистав ещё раз зелёную тетрадь, произнесла:
- А ведь мы не всё прочли, подруга. Здесь имеется ещё парочка историй.
- Правда? Ладно, давай добивай уже меня до конца.
- А ты не воспринимай всё близко к сердцу. Во-первых, не доказано –правда это или художественный вымысел, а во-вторых – ни под одним из рассказов нету дат, и мы не можем с точностью сказать – когда происходило всё описанное.
- Насчёт дат ты, пожалуй, права, - задумчиво ответила ей Валерия, - а что касается правдивости опусов – тут уж извини. Я слишком хорошо знаю собственного муженька. Он всегда скрупулёзно записывает всевозможные события, с ним приключившиеся.
- Ну что ты, дорогая, - успокаивала её подруга. – Опять же неувязочка получается. Ты говоришь, что слишком хорошо знаешь Давида.
- Да, - неуверенно произнесла Валерия.
- А сама ведь и не догадывалась, что он способен на такое… - с этими словами Светлана кивнула в сторону зелёной тетрадки.
- Уж это точно! Даже и не догадывалась.
- Стало быть, не очень-то хорошо ты его изучила. Так что, будем дальше читать или на сегодня хватит?
- Будем, - решительно сказала Валерия. Затем поудобнее устроилась на диване и приготовилась внимательно слушать.
- ЕВГЕНИЯ. ВЫСОТА СТРАСТИ. Так озаглавлен очередной отчёт. Слушай.
Эта история, как мне кажется, самая романтическая изо всех, произошедших со мной на любовном фронте. И я вспоминаю о ней с чувством сожаления, что такого больше в моей жизни не повторится. Да и шутка ли сказать…Впрочем, не буду забегать наперёд.
В дальний северный город, куда я был направлен в командировку, можно было добраться только на самолёте. Командировки в тот период моей деятельности были весьма частыми, и я уже привык к мельканию вокзалов, аэропортов, гостиниц и буфетов с их стандартным набором дорожной снеди.
Надо сказать, что человек я осторожный и случайных связей опасаюсь. Поэтому свой сексуальный багаж я в этих поездках не обогатил. Разве что парочка каких-то незначительных эпизодов. Да вот и эта история, которую изложу ниже.
Так вот, в тот далёкий городок я летал на самолёте единственной в то время в нашей стране авиакомпании. Уж не стану упоминать о прелестях или недостатках дорожного сервиса – в ту пору нам просто не с чем было сравнивать. Но подбор стюардесс был поставлен на самом высоком уровне. Девушки, которые сопровождали вас от трапа и до трапа были восхитительны. Длинноногие, стройные красотки! Словно, только сошедшие с подиума!
Усевшись на своё место, я углубился в чтение популярного научного журнала. Публика в салоне была самая разнообразная, и я время от времени отрывался от чтения, чтобы повнимательней рассмотреть пассажиров. Постепенно шум моторов, лёгкое покачивание заставили меня закрыть глаза и задремать.
Проснулся я от неожиданного прикосновения к своему плечу. Открыл глаза и увидел перед собой очень красивую девушку. Это была она – Евгения. Познакомились мы, разумеется, позже, а сейчас я просто рассматривал эти удивительные раскосые глаза, маленький носик, пухленькие губки-бантики. Непослушная чёлка сбивалась на глаза, и когда она поправляла причёску, ароматное облачко дорогих духов ласкало обоняние.
Я онемел. Спросонья – и вдруг передо мной такая красотка. Может это сон? Я снова закрыл глаза, но она ещё раз потрясла меня за плечо и предложила ужин. Весь оставшийся полёт наблюдал я за прекрасной бортпроводницей. Научный журнал остался невостребованным, окружающий пассажиры больше не привлекали моего внимания. Только она. Я поймал себя на том, что ощущаю некую влюбленность. Да и Евгения бросала в мою сторону недвусмысленные взгляды. Между нами, как говорится, витал Купидон, стрелы которого неизменно достигли цели.
Но, но, но…Десять тысяч метров над землёй, вокруг множество людей, да и она на работе. Одним словом, пообщаться нам так и не удалось. Не сложилось. Но Евгения ждала какого-то знака внимания с моей стороны, что было видно по её поведению. Я же, как человек обладающий определённым опытом, мог различить лёгкий флирт начинающей кокетки от профессиональных жестов, взглядов, намёков и интонаций не знающей поражений в делах любовных дамы.
Спускаясь по трапу самолёта, я увидел её внизу. Поравнялся и хотел было решительно заговорить с ней, но только лишь промямлил:
- Позвольте мне…
- Спасибо, всего доброго, - громко и отчётливо сказала Евгения, как бы специально перебивая меня и стараясь упредить дальнейшие вопросы.
Недоумённо сделал я следующий шаг, как вдруг почувствовал горячее прикосновение её ладони. Горячее и мимолётное, оставившее в моей руке …
Вот такие бывают зигзаги в отношениях между молодыми людьми. Уже сидя в автобусе, я рассмотрел то, что дала мне Евгения. Это была маленькая изящная визитная карточка, на которой кроме имени и телефона девушки была ещё приписочка от руки: «Через три дня я снова буду здесь. Встречай…»
Меня это заинтриговало не на шутку. Сошедшая с небес богиня делает мне такое захватывающее предложение! Эта мысль, дополненная моим воображением, ввергла меня в сладострастные грёзы.
Три дня тянулись как три года. Моё нетерпение не знало границ. Я уже молчу о том, как мчался в аэропорт к назначенному времени, отложив все свои служебные дела. Летел, словно на крыльях, не замечая вокруг ничего, и даже того, что погода в тот день была совершенно угрюмая и не никак не располагающая к воздухоплаванью.
А добравшись, разочарованно узнал, что рейс отложен и ожидать его мне пришлось аж целых шесть часов. Напряжённо вглядывался я в пасмурное ночное небо, но только утром долгожданный самолёт с прекрасной Евгенией на борту наконец-то совершил посадку.
Она спускалась по эскалатору аэропорта, а я любовался её воздушной походкой! Шикарные, ниспадающие на плечи волосы, стройные ножки в коротенькой юбочке…Ох уж эти ножки – загорелые, будто выточены ис-кусным мастером из самого драгоценного материала.
Я прямо прилип к ней взглядом и не сразу услышал обращения ко мне:
- Привет, давно ждёшь?
- Не очень, - неуверенно ответил я.
- А ты что, знал, что рейс задерживается?
- Нет, не знал.
- Так ты с самого начала здесь находишься? – догадалась она.
- Ну да, жду тебя.
- Ой, как приятно! А это мне? – она кивнула на букет слегка поникших цветов и, не дожидаясь ответа, чмокнула меня в щёку.
- Разумеется, тебе.
Какая-то необычайная лёгкость сразу же воцарилась в наших отношениях. Евгения была удивительно коммуникабельным человеком. Казалось, мы знакомы тысячу лет, просто пришлось на время расстаться. И у нас столько общего…
В первый же вечер мы оказались с ней в каком-то ночном клубе. Приятное вино быстро вскружило голову моей очаровательной спутницы, а добрая порция коньяку взбодрила и мой боевой дух, усилив, образно выражаясь, «огневую мощь».
На сцене клуба выступала совсем молодая и довольно способная, если не сказать, талантливая певица. Глубокий вкрадчивый, даже томный голос, спокойная романтическая, почти интимная музыка. Всё располагало к…Мы танцевали с Женей, плотно прижавшись телами. Я совершенно ясно ощущал её удивительные формы – упругую грудь, маленький привлекательный животик, округлости бёдер. Наслаждались танцем и о чём-то говорили, говорили. Затем был поцелуй. Жаркий и страстный словно южная ночь на Севере. Затем ещё и ещё. А потом она почти перестала дышать и только едва слышно шептала разомлевшими губами: «Хочу тебя».
Я предложил ей уйти из клуба и поехать ко мне в гостиницу. Благо номер я занимал одиночный, а с охраной внизу вполне можно было договориться.
Евгения сразу же приняла моё предложение, и мы, обнявшись, направились в гардероб. А устроен он был так, что раздеваться и одеваться посетители заведения должны были самостоятельно, без посторонней по-
мощи.
Другими словами здесь не было гардеробщика. Это обстоятельство и взаимное влечение наше друг к другу сделали своё дело. То, что произошло дальше, было впервые в моей, да и в её практике. Едва войдя в гардероб - а стрелки часов давно перешагнули за полтретьего – Евгения просто повисла у меня на шее и сразу же впилась в губы. Мне ничего не оставалось делать, как поднять её и усадить на стол, который стоял тут же. Одновременно она освобождалась от одежды, и пока я усаживал её на стол, на ней оставалась прикрытой только зона бикини.
Хорошо, что на смену томной, возбуждающей публику певице пришёл какой-то рокер и стал издавать устрашающие звуки, сопровождаемые громкой отбойно-молотковой музычкой. Народ балдел и не слышал не менее громких, душераздирающих криков моей стюардессы.
Я, как мог, пытался сдерживать её стоны, но это было бесполезно. Она
же была неумогонна до тех пор, пока стол, заменяющий нам ложе не заскрипел-затрещал и не разлетелся вдруг на куски. Энергия взаимной страсти оказалась мощнее старой конторской мебели, видавшей на своём веку различные виды.
Расхохотавшись, мы схватили свои куртки-плащи, и, одеваясь на ходу, выскочили из душного помещения на свежий воздух улицы.
В гостинице, куда нас вскоре доставило зеленоглазое такси, всё продолжилось с удвоенной, нет, пожалуй, с удесятерённой силой. То, что вытворяла Евгения, просто не поддаётся описанию. В свои двадцать с небольшим лет она имела колоссальнейший постельный опыт.
Два дня, отведённых нам Судьбой, пролетели мгновенно. Служебные вопросы отошли на второй план. Мы с моей ненаглядной только и делали, что наслаждались друг другом. Иначе говоря, - практически не выходили из номера. Разве только для того, чтобы поесть. Последний день перед отъездом выдался загруженным. У неё были какие-то свои дела, у меня – свои. Встав утром с постели и полюбовавшись друг другом во время совместного душа, мы вышли из гостиницы и разошлись в разные стороны. Обратный рейс был поздно вечером, и мы расстались, условившись встретиться уже в самолёте. Меня уже ничего в городе не удерживало, поэтому я собирался вернуться домой этим же рейсом.
Откровенно говоря, пресыщение друг другом было столь велико, что мне не хотелось даже и думать о «любви». Мне-то не хотелось, а вот моей очаровательной подруге…Что и доказали последующие события, произошедшие вечером.
Изрядно намаявшись за день, я мечтал об отдыхе. Сон, только сон, глубокий и продолжительный мог восстановить мои силы. Я представлял себе, как доберусь до кресла в салоне самолёта и тут же отключусь. Рейс был ночной, а потому в воздухе предстояло провести несколько блаженных часов отдыха. Всё-таки в любви, как и в других делах нужна умеренность и степенность. Бурные бессонные ночи, колоссальная растрата энергии, превращают молодого подвижного мужчину в чуть ли не призрак. Безликий, безвольный, мечтающий только о том, чтобы добраться до кровати.
Наконец, наступил вечер. Скоро в путь. Плотно отужинав в ресторане аэропорта, я, благодушно напевая популярную песенку, прошёл на посадку.
Евгения стояла у трапа самолёта. Я игриво подмигнул ей и незаметно ущипнул за мягкий бочок. Она захихикала в ответ и даже слегка покрас-
нела. Этого я, конечно же, никак не ожидал. Моя тигрица, оказывается, тоже – как и многие другие – была скромницей по жизни. Усмехнувшись и покачав головой, я прошёл в салон на своё место.
Больше ничего не донеслось до моих ушей, так как, едва усевшись в кресло и отбросив его спинку назад, я тут же утонул в бархатных пучинах сна. Такого сна, который обычно бывает у людей, связанных с тяжёлым физическим трудом, например, у шахтёров или лесорубов. Такой сон обычно не сопровождается сновидениями. Он как будто тёплым одеялом опутывает человека и на несколько часов уносит его душу прочь от физического тела, предоставляя возможность хорошенько отдохнуть.
Не знаю, сколько прошло времени, только самолёт уже давно висел высоко над землёй, над облаками, где-то посередине между точкой взлёта и точкой посадки. Я проснулся от одолевающей меня жажды и ещё, как мне показалось, от чьего-то нежного прикосновения к моей щеке. Впрочем, показалось ли это или же произошло на самом деле – так и осталось невыясненным, поскольку дальнейшие события сопровождались не задушевными разговорами, а стонами и всхлипываниями…Но не буду забегать наперёд.
Сходив попить и умыв лицо холодной водой, я возвратился на своё место, собираясь уснуть снова, когда из-за распахнутых шторок, ведущих в коридорчик, а из него в другой салон, выглянуло очаровательное лицо Евгении. Она смотрела в мою сторону и манила пальчиком. Это было сильнее гипноза. Нет, действительно, ведь ни для кого не секрет, что многие женщины обладают всяческими чарами, увлекающими мужчин. Так и я в тот момент, словно повинуясь какому-то внутреннему приказу, встал и пошёл в её сторону.
Однако там, в темноте никого не было. Тоненький лучик света, пробивавшийся из-под двери служебного отсека, указал мне верный путь.
Недолго думая, я потянул дверцу на себя и увидел Евгению. Она стояла спиной ко мне, накренившись над небольшим прилавком с прохладительными напитками. Грациозно изогнувшись, она лукаво поглядывала в мою сторону. Её коротенькая юбочка не скрывала прекрасных ножек. Пухленьких вверху и удивительно контрастно сужающихся к лодыжкам. Юбочка была настолько мини, что при небольшом наклоне позволяла разглядеть и то, что на ножках были не колготки, но чулочки. Соответственно, овладеть ею, жаждущей близости, не составляло труда.
Слов тратить не пришлось. Единственное, что произнесла Евгения, когда я вошёл, было: «Закрой дверь». Призывно изогнувшись и приподняв юбочку, она всё сказала без лишних фраз.
До сих пор удивляюсь, как не проснулись пассажиры самолёта. Равномерный рёв мощных двигателей, глубокая ночь, конечно же, способствовали крепкому сну, но Евгения на сей раз орала особенно вдох-
новенно. Её стоны меня даже забавляли, я слышал в их вокальных переходах весьма оригинальный ритмический рисунок. Это было удивительное, незабываемое приключение. На высоте десяти километров парочка виртуозных любовников совершало действо, не взирая ни на какие обстоятельства.
После яркого финиша мы ещё долго целовались где-то между кучевыми облаками и грёзами наслаждений.
Затем Евгения поправила униформу и, развернув меня на все сто восемьдесят, лёгким толчком отправила восвояси.
Добравшись до кресла, я во второй раз мгновенно уснул. А когда проснулся, самолёт уже бежал по полосе, с каждой секундой теряя мощную энергетику своего движения.
Прощаясь, мы клятвенно пообещали продолжить встречи и регулярно созваниваться. Обмен телефонами, последние поцелуи перед расставанием. Они и вправду оказались последними, так как Евгению я больше не видел никогда.
Водоворот дел закружил меня в нескончаемом вихре. Полное отсутствие времени не позволяло думать о всяких пустяках. А когда я через месяц обнаружил в бумажнике её телефон и набрал номер, то узнал, что Евгения получила выгодное предложение и теперь работала в известной зарубежной авиакомпании, лишь изредка появляясь в нашем городе.
Положив трубку, я несколько минут погрустил, вспоминая самые яркие эпизоды нашего короткого, но такого бурного романа, а затем мысленно пожелал своей небесной подруге новых интересных маршрутов и ярких жизненных впечатлений. И наверное права пословица – что ни делается, всё к лучшему.
Закончив чтение, Света перевела дух и передала тетрадь Валерии.
- Читай теперь сама, у меня уже горло болит. Там ещё одна история.
Взяв из рук подруги дневник мужа, Валерия задумчиво полистала его, затем отложила в сторону и предложила:
- Давай вначале по чашечке кофе, а то заснём ненароком.
- Согласна, - поддержала её Светлана. – Спать и впрямь хочется.
- Ночь на дворе глубокая. Ладно, завтра выходной, поваляемся подольше.
- И то правда, тащи свой кофе.
Валерия ушла на кухню, прихватив с собой поднос с пустым кофейником и чашками. Вскоре она вернулась с новой порцией ароматного напитка.
- А запах! - нараспев протянула Светлана, - просто волшебный.
- Да, аромат кофе ни с чем не сравним.
- Если бы ещё и коньячку добавить капельку…
- О-о, точно! Как это я сама не додумалась! - с этими словами Валерия подошла к бару и некоторое время изучала его содержимое.
- Что-то есть! Вот! – воскликнула она, извлекая на свет початую бутылку с тёмно-янтарным содержимым. – Бальзам. Сойдёт, надеюсь.
- Ещё как сойдёт!
Подруги добавили в свои чашечки по доброй порции тягучего, насыщенного ароматом луговых трав напитка.
- О-о-о! Теперь совсем другой вкус. Снимем стресс, верно? – подтолкнула подругу в бок Света.
- Ты это о чём? О том, что мы только сейчас узнали? Ха-ха, буду я ещё расстраиваться из-за какого-то похотливого кота, да стрессы испытывать, - говоря это, Валерия презрительно ухмыльнулась.
- Кстати, а кто он по гороскопу? – я имею ввиду год рождения.
Подруги стали производить в уме нехитрые арифметические вычисления. Как выяснилось, Давид действительно родился в год Кролика, или по иному, в год Кота. Это обстоятельство привело наших девушек в неописуемый восторг. При этом они живо взялись за перемывание косточек всем знакомым Котам, Лошадям и другим представителям мужской половины человечества, родившихся под самыми разными небесными знаками.
Живо пообсуждав мужскую неверность, заклеймив всех мужчин мира и развесив на них позорные ярлыки, девушки вернулись к прерванному занятию – чтению интимных дневников Давида.
Светлана удобно уселась с чашкой кофе в руках и приготовилась с интересом слушать. Ей то чего было переживать, ведь её чувств происходящее здесь не задевало. А вот Валерия, несмотря на недавние заверения, заметно нервничала. Неприятно было ей слушать истории, описывающие «похождения» благоверного.
- ЕКАТЕРИНА. Следующая глава, так сказать. Слушай, начинаю.
Одно время я работал в одном кабинете с очень интересной молодой особой. Звали её Наташа. Была она незамужняя и поэтому имела множество поклонников и таких же молодых, привлекательных подруг. Впрочем, поклонников, в том числе и многих, может иметь и замужняя женщина. Штампик в паспорте, как известно, не меняет ни характера, ни привычек человека, ни его интимных наклонностей.
Впрочем, ближе к теме.
Телефон в нашем кабинете не умолкал, звонили большей частью ей. А
поскольку сам аппарат стоял на моём столе, то и трубку постоянно снимал я. С течением времени голоса её друзей стали узнаваемы. Особенно голос одной подружки – Кати. Она так и представлялась. «Я – Катя. Передайте, пожалуйста Наташе…»
Иногда я, шутки ради, начинал о чём-то говорить со звонившими девушками. Пара-тройка пустых фраз, незатейливых комплиментов.
Но с Катей я почему-то не решался на подобные шуточки. Не знаю почему, но мне её голос казался каким-то особенным. Он был окрашен та-
кими приятными глубокими красками, что хотелось слушать и слушать. Была в этом голосе невероятная женственность и чувственность. Другими словами, этот голос принадлежал не некоей ветреной смешливой девчонке, но даме. Молодой, да породистой, аристократке с хорошими манерами и высоким интеллектом.
С течением времени я стал заводить беседы с Катей, но в них не было места пустым шуткам и глупым комплиментам. В отсутствие Наташи разговоры эти затягивались надолго. Порой, в ущерб работе. Я не спешил, да и Кате, по всей видимости, было приятно беседовать со мной. Не знаю, видела ли она меня до этого, или знакомство наше было заочным с обеих сторон, только со временем томное звучание её голоса возбудило во мне совершенно «определённый» к этой девушке интерес.
Однажды я всё-таки решился и предложил собеседнице встретиться. К моему удивлению она с готовностью согласилась, чем вселила в меня надежду, и в назначенный день я уже стоял в условленном месте, сжимая в руках букет цветов.
Девушка, как водится, опаздывала. И хорошо, поскольку сильное волнение, охватившее меня, должно было улетучиться. На что требовалось некоторое время. Действительно, странно. Я – далеко не новичок в таких делах, на сей раз, очень волновался. Будто юноша, ожидающий первого свидания с очаровательной одноклассницей. Интересно, с каким чувством шла на эту встречу она? Откровенно говоря, я этого так и не выяснил, хотя по всему виду Кати также угадывалось нешуточное волнение.
Время шло. Заканчивалось первое получасие от назначенного нами момента. Я уже почти успокоился и, что называется, пришёл в себя. Теперь даже с нетерпением озирался вокруг, пытаясь угадать в идущих навстречу девушках Катю. А уж когда увидел её, то от волнения не осталось и следа.
Интересная особа. Она оказалась такой, как я и представлял. Рост - чуть выше среднего, плотное телосложение, фигура – сплошное восхищение! Плавные грациозные изгибы, волнующие воображение линии груди, талии и бёдер… При этом ничего лишнего. Необременительные занятия спортом – аэробикой, плаванием, плюс гены. Те, что от Создателя и родителей – и в результате великолепный образчик красивого, воспетого великим средневековым флорентийцем, тела. И кроме всего прочего, была она ещё и очаровательной брюнеткой с раскосыми глазами. Вот почти полный портрет моей, теперь уже знакомой незнакомки.
И опять я говорю, что это почти полный портрет, так как по моему скромному разумению всецело познать и описать женщину невозможно. Так, чтобы её безошибочно узнавали другие люди. Даже, если познавать её на протяжении всей жизни. Многие великие творцы пытались это сделать,
Выходило прекрасно, просто великолепно и шедеврально, но это не фото-
графические портреты, а лишь выражение чувств самого художника.
Будь то писателя, живописца или музыканта.
Женщина – загадка. Не мной найдено это великое и точное определение, не мне его и опровергать. Даже подвергать сомнению не стоит. Более того, в этих записках я почти не касаюсь описания характеров знакомых мне дам, ввиду того, что это меня совершенно не интересует. Записки эти – просто краткое изложение моих «деликатных» приключений. Никаких более глубоких отношений с упомянутыми здесь особами я не имел. И в дальнейшем иметь не намерен. Любовь до гроба – это не для меня.
Немного пофилософствовал. Хватит, продолжу повествование.
Я, наконец, встретился с Катей и сразу понял, что это именно та девушка, которую, повторюсь, я себе представлял. И соответственно все желания и эмоции взыграли во мне с новой силой.
Мы начали встречаться. Единственное, чего я опасался при этом, так это то, чтобы Наташа ничего не узнала.
Встречи происходили в публичных местах – в кафе, в театре, на концерте. Завершали их долгие проводы до места проживания Катюши. А там – лёгкие поцелуи у подъезда, бесконечные разговоры и так далее. Вернее сказать – и не далее, и не более. Одним словом, романтика. Естественно, что и у меня, и у Кати, а это было по ней видно, имелось желание заняться чем-то более приятным, нежели романтическое созерцание ночного звёздного неба. Но случай никак не представлялся.
И вот однажды она пригласила меня сопровождать её на день рождения своей подруги. Я тут же поинтересовался именем именинницы, не Наташа ли? Моя, в смысле, коллега по работе. Я же рьяно пекусь о собственной незапятнанной репутации. Оказалось, что беспокоиться не о чем. Подругу звали Лизой, и к Наташе она не имела никакого отношения. Убедившись, что на торжестве Наташи не будет, я согласился.
В назначенный день, точнее вечер, мы вдвоём с Катей и огромным, роскошно оформленным букетом цветов, стояли у нужной двери и нажимали на кнопку звонка.
Дверь открыла сама виновница торжества, и тут я обомлел. Было отчего – мини-юбочка в обтяжку, прозрачная блузка с очень глубоким декольте, позволяющим убедиться в наличии шикарного бюста. Стройная фигурка, но тело при этом плотно сбитое, однако же, без лишнего веса. Почти, как Катя. Девушка ухоженная, следящая за собой.
А лицо – чудо! Передо мной стояла настоящая красавица. Женщина – вамп. Я бы даже сказал – роковая женщина. На смуглом лице глаза. Большие, чёрные, с пронзительно-томным взглядом. Губки пухлые и яркие были слегка приоткрыты, зубки – филигранно отточенные жемчужинки. Правильной формы небольшой носик греческой богини – и всё это идеальное великолепие в обрамлении копны чёрных густых локонов, нис-
падающих на плечи.
Не знаю, для чего Катя привела меня на эту вечеринку. Может, проверяла, а может была уверена в собственной неотразимости, не знаю. Мне, повторяюсь, нелегко разобраться в женском характере, да я, как это отмечалось ранее, и не ставил перед собой такой цели.
Мы встретились взглядами. Ох уж этот взгляд! Словно разряд грома поразил он меня. Я почти физически ощутил тот бурный поток флюидов, возникший тот час же между нами. И взаимное влечение. Да, это было как взрыв. Сразу, в одночасье, с одного только взгляда я чувствовал, что это обоюдно. Причём настолько, что пришлось даже как-то выходить из нелепой ситуации, вручая имениннице праздничный букет, тут же показавшийся мне совершенно нелепым. И произносить дрожащим голосом банальные пожелания…
Не знаю, заметила ли что-нибудь Катя, но когда вслед за поздравлениями наступил момент для традиционных в таких случаях дружеских поцелуев, я несколько забылся и едва не сгрёб Лизу в своих горячих объятиях.
Упомянутый «дружеский» поцелуй был очень кратким, но весьма многозначительным. Мы с ней в этот яркий миг поняли, что всё происходящее неспроста и без продолжения не обойдётся.
Вечер проходил весело и непринуждённо. Компания подобралась хорошая. Все примерно одного возраста, без лишнего стеснения и комплексов. Лёгкие в общении, ненавязчивые люди. Застолье вошло уже в свободную фазу, когда кто-то курил на балконе, кто-то ржал за столом, кто-то танцевал под вкрадчивую, туманящую сознание музыку.
- Катя, а можно ли мне пригласить Лизу на танец? – спросил я у своей спутницы.
- Конечно можно. Даже нужно, иди, разомнись слегка, - она шутливо подтолкнула меня в спину.
Медленное кружение в танце, густой аромат её духов, близость полного страсти тела. Казалось, если бы сейчас никого не было рядом…
- Не уходи, прошептала она мне едва слышно.
- А Катя, я же не один…
- Тогда проводи её домой и вернись, если хочешь.
- Ты издеваешься надо мной. Если хочешь…Да я…как увидел…- не дав мне договорить, Лиза зажала мне рот ладошкой и пронзила своим жгучим взглядом.
Снова этот обжигающий... Не уверен, что из десятка самых искушённых ловеласов набралось бы двое-трое, способных его выдержать.
Я сгорал от нетерпения. Мне хотел взвыть, но стрелки часов, как будто остановились, не отпуская разгулявшихся гостей.
Наконец, когда далеко позади осталась полночь, все вдруг разом засобирались домой. Прощальные поцелуи, тосты на посошок, благодар-
ность хозяйке за весело проведённое время. И ответная признательность гостям. Пальто с непослушными пуговицами, перепутанные шарфы и шапки – результат щедрого угощения. Темнота улицы, зелёный огонёк такси…
Всё. Едем-таки, везём домой Катю. Заведённая алкоголем девушка словно кошечка, нежно прижимается ко мне всем телом. Мы жарко лобзаемся на заднем диване авто, не обращая внимания на водителя. Но мои желания остались там, вместе с Лизой. Заранее выяснено, что сегодня нам с Катей уединиться негде. Очень сожалею, но в ближайшее время… Нет, в самое ближайшее, мы обязательно встретимся, и уж тогда-то…
Последний поцелуй в такси у её дома. Разворот, недоумение водителя, сменившееся благодушием после корректировки суммы гонорара – и вот я уже снова у дома Лизы. Знакомая дверь, рука тянется к звонку, но этого не требуется. Сезам открывается и без волшебного заклинания, впуская меня к ней.
Она ждала и видела подъехавшую к подъезду машину. На ней тонкий прозрачный пеньюар. Под ним ничего нет. Я убеждаюсь в этом на ощупь, когда мы долго и страстно целуемся прямо в прихожей. Затем душ. Я вдыхаю чарующий аромат её парфюма. Он так уместен в этой ситуации и так возбуждает. Она смеётся и ведёт меня за руку в спальню.
Пеньюар плавно съезжает на пол, в лунном сете я любуюсь грудью, бёдрами, талией девушки. Она ложится в постель, привлекает меня к себе. А дальше – взрыв!..
…Такого темперамента я не встречал никогда. Крики и стоны дикой львицы были слышны по всей вероятности, далёко за пределами нашей спальни. Ночь сплошного поцелуя, одного бесконечного слияния двух жаждущих страсти тел. Бурная, незабываемая и неповторимая!
Мы понравились друг другу и, естественно, хотели продолжения встреч. Оно конечно же было. Много раз и всегда – долгий поцелуй прямо в прихожей, иногда сопровождаемый полным обнажением моей прекрасной партнёрши. Делала она это с готовностью. Порой открывала мне дверь будучи абсолютно нагой. И всегда страстной, всегда неуёмной
и ненасытной.
Это был удивительный период. Эйфория, захватившая меня с первой же
встречи, не проходила.
Но ведь была ещё и Катя, и я обещал с ней встретиться. Конечно, она проигрывала Лизе, но желание овладеть и ею не исчезало.
Однажды, по прошествии некоторого времени после памятного дня рождения, я пришёл к ней домой. Мы предварительно созвонились, и, узнав, что Катины домашние уехали на дачу, я немедленно отправился на свидание.
Она к нему тщательно подготовилась. Великолепно засервированный стол, уютная интимная атмосфера – тому безмолвные и беспристрастные свидетели.
После краткого ненавязчивого застолья, мы обосновались на мягком диване в объятиях друг друга.
Жаркие поцелуи сопровождаемые постепенным раздеванием – блаженство, да и только.
Расстегнут замок юбочки, постепенно освобождается от застёжек блузка. И вот её нет. Красивый бюстгальтер в комплекте с трусиками, нежные ласки, вздохи, всевозрастающее желание. Она гладит мою грудь, её глаза закрыты. Мы лежим рядом, готовые начать, но…Как гром среди ясного неба – два звонка одновременно, которые в клочья рвут интим обстановки. Звенит домашний телефон и дверной звонок.
Мы вскакиваем, как врасплох застигнутые школьники. На ходу одеваясь, она бежит открывать дверь и одновременно говорит по телефону.
Кто-то пришёл. По всей видимости, подружки. Бесцеремонные, где-то слегка подгулявшие, они проходят в комнату и усаживаются за наш уставленный явствами стол.
Всё испорчено! Ничего не поделаешь. Я принимаюсь за спиртное, и к уходу незваных гостей уже ни на что не годен. Катя разочарована. С нескрываемым гневом выталкивает она моё тело на лестничную клетку, громко хлопая дверью.
Сознание моё следует где-то позади. Недоумевая, выхожу я на улицу и долго ловлю такси. Пьяного мужика никто везти не желает. Я же нисколько не огорчён. Наоборот, мне весело и хочется куражить. А Катя – так сама виновата. Могла бы сразу отшить подружек, придумав что-нибудь подходящее и веское. Или вообще не открывать дверь. А так – что вышло, то и вышло. Не о чем сожалеть.
Шли дни. Встречи, не интимные, с Катей сменялись бурными ночами у Лизы. Всё было хорошо, только вот никак не удавалось уединиться с измученной ожиданием Екатериной. Как истинный джентльмен, я был просто обязан «успокоить» девушку. При этом я чувствовал даже некоторую вину за то, что до сих пор не смог устроить «такого» свидания.
Справедливости ради стоит отметить, что в этот период личная жизнь моя несколько отошла на второй план. На работе сложилась напряжённая ситуация: отчёты, проверки, частые командировки – и всё это друг за другом, сплошным потоком. О выходных позабыли совершенно, только работа.
И вот в один из вечеров, когда я, еле волоча ноги, добрался домой и уселся в любимое кресло, раздался звонок Кати. Я был рад её слышать, она меня тоже. Мы мило болтали обо всём на свете, и я твёрдо решил для себя – сейчас или никогда. Тут же от меня поступило соответствующее предложение, которое и было принято.
Условившись о встрече, я быстренько навёл в комнате порядок, сунул
в холодильник бутылку шампанского и стал ожидать визита девушки. Наконец раздалась трель звонка и на пороге возникла знакомая фигура моей улыбчивой подруги.
Затем была приятная беседа за бокалом шипучего вина, во время которой Катя неожиданно вышла из комнаты, а когда вернулась, то на ней из одежды оставались только серёжки.
Я обомлел, разглядывая слегка смущённую девушку. Она была удивительно хороша, особенно в приглушённом свете большого старинного торшера.
Как завороженный я приготовил постель и улёгся на мягких простынях, приглашая к себе Катю.
Она грациозно, словно сто тысяч пантер, мягко и вкрадчиво подкралась ко мне и, постояв несколько минут у изголовья постели, предоставляя тем самым возможность полюбоваться собой, легла рядом.
Катя была совсем иной, не такой как Лиза. Бури, взрыва не произошло. Сдержанная страсть, нежность – пантера превратилась в маленькую пушистую кошечку. Её ласки были спокойными, даже убаюкивающими, но вместе с тем очень приятными. Я полностью расслабился, а когда наступил момент приступить к делу, она вдруг извинилась, выскользнула из моих объятий и удалилась из комнаты.
В ожидании Кати я невольно прикрыл глаза и погрузился в лёгкую дрёму. А дальше…Вот дальше-то и произошёл непростительный казус. Дело в том, что моя дремота очень быстро переросла в глубокий сон, про который обычно говорят – и пушкой не разбудишь.
Я не слышал, как вернулась моя подруга, как она устроилась рядом со мной, как, впрочем…чего тут говорить…Я просто крепко спал. Иногда во сне я чувствовал её рядом с собой – это было весьма приятным ощущением. Но это было ночью, когда и Катя, устав от попыток добиться от «любовничка» толку сама заснула сладким сном.
Ночь исчезла, а вместе с ней и моя Катя.
Проснувшись поздно – благо с утра у меня было пару часов свободного времени, я с удивлением и огорчением обнаружил, что пребываю в постели один. Рядом на подушке лежала маленькая записка, на которой девичьей рукою было выведено: « Спасибо, милый…»
Покрутив в руках бумажку, я ещё некоторое время размышлял над превратностями Судьбы и над тем, что произошло этой ночью. Размышления мои при этом имели ироничный оттенок – в конце концов, ко всему в жизни нужно относиться со здоровой долей самокритики и юмора.
Ничуть не расстроившись, я ещё немного повалялся, затем встал , наскоро собрался и ушёл на работу.
Жизнь продолжалась.
Встреч с Катей не было довольно долго. «Наверное обиделась» - думал я, вспоминая иногда о девушке. Порой пытался дозвониться до неё, но
всё как-то не выходило. Решив, что постепенно обиды пройдут, я жил обычной жизнью, время от времени, правда, навещая Лизу. Меня вполне устраивал такой расклад, а посему, никаких действий по изменению ситуации мною не предпринималось.
Прошло недели три с той «памятной» ночи. Я, как обычно. сидел на работе. В этот день моя коллега Наташа, отпросилась и уехала куда-то по своим делам. Рабочее время подходило к концу, когда в дверь кабинета неожиданно постучали.
- Да-да, войдите, - пригласил я.
Дверь приоткрылась и на пороге возникла Катя. Она была заплаканной, тушь размылась, превратив красивые глаза в два тёмных круглых пятна.
- Катя?! – удивился я. – Что случилось? Проходи, пожалуйста.
- Что случилось, что случилось, - передразнила меня она. – Я вся извелась, а ты не звонишь, не приходишь! Нет, ты меня совсем не любишь!
Сопровождением этого странного монолога было громкое рыдание с ещё более громким всхлипыванием.
Да…Я, признаться, не ожидал такого поворота событий. Нужно было срочно принять решение. Единственно верное, и наиболее эффективное в сложившихся обстоятельствах.
Не дожидаясь, пока девушка успокоится, я подошёл к двери кабинета и решительно запер её на ключ. Катя недоуменно наблюдала за моими действиями. Я же не менее решительно вернулся к ней, поднял с кушетки, на которой она сидела, и молча стал её раздевать.
Катя не сопротивлялась. Слёзы, увлажнившие красивое лицо ещё не успели испариться, когда мы уже лежали с ней рядом полностью обнажёнными и занимались любовью. Свершилось!
Катя стонала и кричала, заставляя иногда прикрывать свой рот ладонью – стены всё же не настолько толсты, да и сквозь двери звуки разносятся очень хорошо. А моя незапятнанная репутация не должна пострадать от этого пикантного эпизода. Да и вообще, ни при каких обстоятельствах!
Истерики больше не было. Девушка тихонько лежала в моих объятьях и бесконечно целовала влажными горячими губами.
Это было прекрасно. Я чувствовал себя настоящим покорителем женских сердец, что в сущности было истинной правдой. Очередная любовная история нашла своё естественное продолжение прямо здесь, в кабинете. Где когда-то, собственно говоря, и начиналась. Циклический круговорот жизненных явлений, философия ситуаций, иначе и не скажешь.
Дальнейшие встречи описывать не стану - это не входит в мои привычки. Скажу только, что Лиза скоро вышла замуж за богатого иностранца и укатила куда-то в Европу. А Катя чуть позже, получив приглашение от подруги, также подалась за кордон, и теперь работала в компании супруга Лизы мелким клерком с немалой, по всей вероятности, зарплатой.
Предаваясь воспоминаниям, я теперь испытываю даже некоторое сожаление, что такое прекрасное время ушло безвозвратно. Подобные романы приятно вспоминать, перебирая интимно-сокровенные уголки собственной памяти. Долгими зимними вечерами, сидя дома за чашечкой чая, я представлял себе, как две мои милые пассии сидят себе в сытой и добропорядочной Европе и предаются бурным и сладострастным воспоминаниям о днях и ночах, проведённых в моей постели.
От этих мыслей мне становится теплее, я задумчиво улыбаюсь, «заглядывая» в очаровательные мордашки и блестящие от возбуждения глаза. И меня охватывает непреодолимое желание враз очутиться рядом с ними и заняться тем, чем мы так самозабвенно занимались здесь. Как давно и как недавно это было. Да, было, а жаль…
Валерия закончила чтение и, отложив тетрадку, обратилась к подруге:
- Каково, а? Что скажешь…
Но вместо ответа услышала только лёгкое мерное посапывание Светланы, свидетельствующее о глубоком и безмятежном сне.
«Ну ладно, - подумала Валерия, - и то, верно, последую её примеру»
Взглянув на часы, она сама улеглась поудобнее и предалась сну.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ