— Когда мне только исполнилось двадцать, мои родители внезапно развелись, разъехались, разделили имущество, – рассказывает Валерия. – Я была абсолютно инфантильным гиперопекаемым ребенком, меня всюду за руку водили, к жизни не была приспособлена абсолютно, а тут вдруг оказалась по сути не нужна ни маме, ни папе. Выселили меня в общагу, денег на жизнь, правда, давали, но что толку, когда я элементарно не представляла, как чай себе заварить. И вот спустя пару месяцев такой самостоятельной жизни я встретила Егора.
Егор старше на восемь лет, серьёзный, с машиной, с работой. Взрослый, уверенный в себе. С деньгами умел обращаться, готовил, ипотеку платил. Казалось, наконец-то я в надёжных руках. Он знал, как правильно. И я слушалась. Как папу.
Мы стали жить вместе. Егор выбирал мне одежду, стрижку, работу, подруг, во все вникал, все проверял, чему-то учил. Я и не сопротивлялась. Слушала, соглашалась, приспосабливалась.
А сейчас мне двадцать восемь. Мы вместе восемь лет. И я внезапно осознала, что я — никто. У меня нет своих увлечений, своих привычек. Всё, что у меня есть — это общее, мужнино. Телевизор — его. Машина — его. Квартира — его, за которую он платит ипотеку. Даже плед на диване — его любимый. А мой где? У меня вообще есть любимый цвет, сериал, книга?
Я не могу купить себе что-то, не показав мужу и не получив одобрения, хотя работаю, и деньги у меня есть. Все время боюсь, а вдруг он рассердится, расстроится, скажет, что я зря это купила, что это глупо? Я даже из парикмахерской иду и переживаю: а что скажет Егор. Понравится ли ему моя новая стрижка, и что делать, если не понравится? Я реально не могу успокоиться, пока не увижу, что ему ок…
Вчера был дурацкий спор. Я не помню уже из-за чего — кажется, я меньше свеклы положила в борщ, он получился бледноватый. Вроде ерунда. Он поморщился, сказал, что раньше вкуснее получалось, а в этот раз как в столовке. Я что-то ответила, он резко осадил. И тут я, вроде как, должна была обидеться…
Но первым обиделся он. На утро молчал, бросил две фразы и ушёл. А я осталась. Написала подруга, я ей ответила, что настроение плохое, с мужем поругалась. А она мне – слушай, ну это же неправильно, что твое настроение зависит от мужика.
И я зависла.
Почему неправильно-то? Мы же вместе живем, мы семья.
Как по-другому? Если он хмурый, напряженный, у него проблемы какие-то — я хожу на цыпочках. Если весёлый — и у меня дыхание выравнивается. Если он доволен — я могу жить. А если он холодный — я тоже сникаю.
И тут меня накрыло.
Я правда исчезла. Растворилась. Я не Лера, я жена Егора. Всё, что я делаю, — через призму «а как он посмотрит», «а что он скажет», «а как мне ему это преподнести».
А потом сижу на кухне, реву и жую бутерброды. Потому что еда — это единственное, что остаётся. Единственная радость, где никто не осуждает, не комментирует, не поправляет. Я поняла, почему не могу похудеть. Заедаю недовольство собой.
И вот сижу теперь, смотрю в окно и думаю: а как вообще отлепиться от мужа? Как выстроить себя заново? Я не ненавижу Егора. Он не злой, не деспот. Он просто такой — логичный, структурный, контролирующий. Дело именно во мне. Это я нашла себе папочку, взамен настоящего, который меня выставил на мороз. А что? Удобно же. Вместо того чтобы взрослеть, просто прилипла к другому взрослому: вышла замуж...
Но теперь внутри щёлкнуло.
Я хочу быть собой. Без оглядки. Хочу говорить то, что думаю. Одеваться, как мне хочется. Смеяться не тогда, когда он в настроении, а когда мне смешно. Но как это сделать, если я даже не знаю, какая я?
Может, это и есть взросление — сначала раствориться, а потом собирать себя заново?
А вы сталкивались с таким? Как вы выбирались?