Баюн бодренько прыгнул через порог, да так и застыл с одной поднятой лапой. По первому ощущению, сливки откладывались на неопределенный срок. Баба Яга сидела за столом, с остановившимся где-то посреди этого самого стола взглядом. В её глазах и на всём лице была нарисована такая вселенская грусть- печаль, что хватило бы на пару этих самых Вселенных и на парочку галактик бы ещё осталось. Баюн отмер: - Ягусенька, что случилось?! Ты почему такая?! Видеть всегда бодрую, собранную, деятельную хозяйку в таком состоянии было настолько же непривычно, насколько в каком-то месте даже жутковато. Ягуся даже не среагировала на вопрос. - Ты что? По Окомиру скучаешь? – заспешил Баюн, - так он прилетал недавно, и скоро опять прилетит, не тоскуй уж так! Баба Яга только лениво отмахнулась. - Да что с тобой, друг мой любезный, что за напасть на тебя приключилась?! Что ты печалуешься так-то сильно? Ягуся грустно улыбнулась в ответ. Тяжело вздохнула, и голосом сочащимся унынием и меланхолией спросила: - Пел
Баба Яга в грустях
20 июня 202520 июн 2025
503
2 мин