На выставке представлены все работы Нико Пиросмани из тех, что находятся в государственных музеях России. Их немного, но и это большая удача, потому что полотен грузинского мастера сохранилось до обидного мало.
Зурабу Церетели повезло больше. На выставке демонстрируется около 60 его работ. В основном это живописные полотна, в том числе ранние, которые широкая публика увидит впервые.
Миллион алых роз
Немного найдется художников, чья жизнь была бы окутана таким количеством легенд, как у Нико Пиросмани. Художник-самоучка, он писал вывески, работал на железной дороге, даже пробовал заниматься торговлей, но тяга к творчеству была сильнее. «Либо жить с искусством, либо никак», – говорил он.
«Специалисты условно делят творчество Пиросмани по технике: ранние работы, которые он писал маслом на холсте. Период работы на клеенке и потом на картоне», – объясняет куратор выставки, заместитель директора по научной работе Валентина Федоренко.
Одна из главных легенд связана с клеенкой.
«Большое заблуждение, что он использовал кухонные клеенки, которые снимал со стола духанов. На самом деле это специальная техническая клеенка, уже загрунтованная в черный цвет. Он ее покупал в художественных магазинах как фактуру, а потом писал по ней в основном белыми красками», – объясняет куратор.
Несмотря на то что цветов в его палитре немного, изображенные им люди и животные, застолья и сцены сельского труда пронизаны оптимизмом, бьющим через край ощущением жизни. А кажущаяся простота его картин является мнимой. «В них легко можно было разглядеть отзвуки древних культур Востока, но традиции народного грузинского искусства преобладали», – отмечал один из первооткрывателей творчества Пиросмани Кирилл Зданевич.
О другой легенде напоминает инсталляция с лепестками алых роз, брошенных бедным художником Пиросмани к ногам французской актрисы Маргариты де Севр, которая приезжала в Грузию на гастроли. По словам куратора выставки, насколько правдива история, ставшая сюжетом песни «Миллион алых роз» и впервые рассказанная Константином Паустовским, не ясно. «Вы меня спрашиваете, правда это или нет? Для меня это не важно. Мне хочется, чтобы это была правда», – говорил сам писатель.
Сага о Грузии
В зале, посвященном Зурабу Церетели, другая инсталляция. Это виноградная лоза, которая, пробиваясь через сухую почву, символизирует творчество обоих мастеров, взращенных Грузией.
Но это напоминание о родине не единственное, что их объединяет. В творчестве этих художников, несмотря на яркую индивидуальность каждого и разность эпох, в которые они творили, читаются и другие общие черты: понимание древних общечеловеческих ценностей и вместе с тем ощущение безграничной свободы и постоянный поиск способов самовыражения.
Выставка выстроена хронологически – от 50-х годов прошлого века до современности. Здесь впервые можно увидеть дипломную работу Церетели, которую раскритиковали за формализм. И ему пришлось за две недели написать новый диплом, который он успешно и защитил.
Особое влияние на Церетели оказала поездка в Париж, где он посещал курсы развития фантазии для художников и познакомился с Пикассо и Шагалом. Потом Церетели признавался: именно тогда он понял, что совсем не обязательно быть только живописцем, скульптором или архитектором. Художник – это творец, и он может работать в любой технике, с любыми жанрами.
«Он начинал как живописец, потом занялся монументальным искусством, его скульптуры стоят по всему миру. Витражи, мозаики, медальерное искусство – любой материал был ему подвластен, и он любил с ним работать», – говорит Валентина Федоренко.
Пиросмани он считал художником, который повлиял на его творчество. Это нашло отражение в таких работах, как «Посвящение Пиросмани», «Натюрморт «Пиросмани», «Я и Инесса в старости. Памяти Пиросмани» и многих других.
«Наша выставка – это диалог двух великих мастеров, диалог выдающихся монументальных судеб. Оба овеяны какими-то легендами, мифами. С одной стороны, крупная и яркая судьба у Церетели. С другой – более драматичная у Пиросмани. Но их жизнь прошла под манифестом «Искусство ради искусства», и вот это их безусловно объединяет», – подытожил директор Музея Академии художеств Алексей Мудров.