ПРЯТКИ — ЛЮБИМАЯ ИГРА БОГА

ПРЯТКИ — ЛЮБИМАЯ ИГРА БОГА

С самого начала мир устроен так, будто кто‑то специально спрятал суть вещей, оставив лишь намёки для внимательных.

Спрятал себя в каждом цветке, в каждом лице, в каждом мгновении, в каждом звуке, в каждом событии, растворил себя во всем. И ждёт. Не торопит, но иногда «шепчет» и подсказывает: я тут, я здесь, я рядом, найди меня.

Так же и дети.

Они словно интуитивно воспроизводят древний ритуал мира —

игру в исчезновение и нахождение,

в сокрытие и воссоединение,

в одиночество и радость возвращения.

Но я заметил, что, играя в прятки, они любят подсказывать, чтобы их нашли. Я задумывался о том, почему это так и вот что обнаружил.

Игра — это ведь древнейший и эффективный способ обучения, развития и познания мира. Но что здесь познается? Чему тут учится ребенок?

Прятки — это не столько про «исчезнуть», сколько «исчезнуть из контакта с тобой». И про восстановление этого контакта. С этого места вообще все становится очень сакральным.

«Я исчез, но ты меня помнишь, и ты все равно меня находишь. Я могу потерять контакт, но я не теряю связь»

Мама или папа могут уйти, но я не забыт, они возвращаются, все нормально, любовь остается даже если нет контакта в моменте. Иногда терять контакт, отдаляться — это безопасно.

Через эту призму для меня это вообще про подготовку к сепарации: к самостоятельности, которая ощущается как полная неопределенность (и опасность ввиду отсутствия привычного контакта, который ассоциируется с безопасностью).

Когда Эван играет в прятки, я вижу, что ему особенно радостно, когда его находят. И он постоянно подсказывает.

И я вижу в этом глубочайшую потребность: быть увиденным, быть замеченным. Не реализуя которую, человек продолжает пытаться закрыть во взрослом возрасте, и очень часто это приобретает преступные очертания. Там ведь тоже все про внимание, которое я получаю, как умею, как привык.

«Меня нашли, значит меня видят, я есть, я важен для тебя, я существую».

В этом, как будто, также много тренировки границ: я невидим, но контролирую когда и как дать тебе подсказку, чтобы восстановить контакт. Я влияю на границы, я влияю на степень контакта. Я управляю, контролирую.

И, если взрослые играют ради результата, победы, то детей интересует только взаимодействие. Единение в общем процессе. Это приглашение «побудь со мной в контакте».

Впервые я эту штуку увидел, когда Эван еще не умел говорить, ему было около 6 месяцев и услышал (и понял) это в его стоне-скрипе, который мне в моменте показался «отвлекающим» от важных дел.

Но потом я услышал: приди ко мне, вернись сюда, вернись в момент, ты не здесь, ты где-то в мыслях, которые кажутся важными, а важно — присутствовать, я присутствую, я приглашаю тебя присоединиться ко мне. Это случилось за доли секунды, и сильно меня трансформировало тогда.

Прятки — в целом, как будто, и не про скрытие, а про контакт, как бы странно это ни было.

Я исчезаю — а ты всё равно находишь меня. Я теряюсь — но ты всё равно меня любишь.

Так и Бог, вечно играющий в прятки. Исчезает, прячась в повседневности, в красоте и боли, в рождении и смерти, никуда никогда не уходил, а просто играл, чтобы кто-то еще произнес долгожданное «нашел».

🕳

➡️ Попасть в Живое место

↕️

↕️ Источник: Алмаз Салихов