Я не кричала. Не устраивала истерик. Даже не плакала.
Просто сидела в ванной, на закрытом унитазе, с мокрыми волосами — и смотрела в плитку. Там было пятнышко. Бежевое, с разводами. Я почему-то вглядывалась в него минут десять.
А потом подумала:
«Если я вот так просижу до ночи — никто даже не заметит». И вдруг… стало страшно. Страшно не от одиночества — я к нему привыкла.
А от того, что мне всё равно. Раньше я бы вздохнула, встала, пошла варить ужин, проверять уроки, складывать бельё.
А сейчас — не хотелось ничего.
Даже стараться делать вид, что у меня “всё хорошо”. Я была как батарейка, разряженная до нуля.
Всё ещё “в системе”, всё ещё “на месте” — но больше не светила. И вот в этой тишине, на холодной крышке унитаза, я вдруг поняла:
Что-то во мне сломалось. Когда это началось? Даже не вспомню.
Может, после тридцати. А может, ещё раньше — когда родился второй ребёнок, и времени стало хватать только на выдох. Не на вдох — на выдох. Жизнь превратилась в бесконечный список:
✔ Утром