Лиза Савельева стояла перед зеркалом в прихожей и в сотый раз поправляла волосы. Тридцать четыре года — и до сих пор одна. Мама уже намекала, что пора бы определиться, а то "поезд уйдет".
— Лизонька, может, всё-таки пойдёшь? — крикнула из кухни мама. — Зина говорит, парень хороший. Работящий.
Лиза скривилась. "Работящий" — это как раз то слово, которое её пугало. Обычно так говорили про мужиков в робах, которые по вечерам пиво пьют и футбол смотрят. А она всё-таки дочь профессора Савельева! Папа, царство ему небесное, читал лекции в университете, писал научные статьи. И она не могла просто так взять и связать свою жизнь с кем попало.
Но выбора особо не было. За последние три года все знакомства заканчивались одинаково — либо мужчины сбегали после второго свидания, либо она сама находила в них кучу недостатков. То слишком простой, то не читает книг, то машина не та, то работа не престижная.
— Ладно, иду, — вздохнула Лиза и взяла сумочку.
Квартира Зины и Петра располагалась в старой хрущёвке на третьем этаже. Лиза поднималась по лестнице и думала о том, что хорошо бы этот вечер поскорее закончился. Зина открыла дверь с широкой улыбкой.
— Ой, Лизок, ну наконец-то! Проходи, проходи. Сергей уже пришёл, мы тебя ждём.
В небольшой гостиной за столом сидел мужчина лет тридцати пяти. Обычное лицо, коротко стриженные волосы, простая рубашка. Когда Лиза вошла, он встал и протянул ей букет ромашек.
— Сергей, — представился он с лёгкой улыбкой. — Очень приятно.
Ромашки. Лиза едва сдержала разочарованный вздох. Ну что за банальность! Хотя бы розы какие-нибудь. Или лилии. А ромашки — это что, с ближайшей клумбы нарвал?
— Елизавета. Спасибо за цветы, — сказала она, стараясь улыбнуться.
Сели за стол. Зина с Петром суетились, подкладывали салаты, наливали компот. Лиза украдкой разглядывала Сергея. Руки действительно рабочие — в мелких шрамах, ногти коротко острижены, но чистые. На запястье дешёвые часы. Рубашка чистая, но явно не брендовая.
— А вы где работаете? — спросила Лиза, хотя Зина уже говорила, что он токарь.
— На заводе. Токарем, — ответил Сергей. — А вы?
— В банке. Кредитный менеджер.
Сергей кивнул с видимым уважением.
— Это хорошая работа. Стабильная.
Разговор не клеился. Сергей рассказывал что-то про работу, про то, что недавно квартиру отремонтировал, машину купил, пусть и не новую, но надёжную. Лиза слушала и думала о том, какой он всё-таки простой. Никаких высоких материй, никаких интересных тем. Обычный работяга.
— А что читаете? — спросила она, надеясь хоть как-то оживить беседу.
Сергей немного смутился.
— Да не особо я читатель. В основном журналы технические. Про работу больше. А вы?
Лиза вздохнула. Ну конечно. Даже книг не читает. О чём с таким человеком разговаривать?
— Я люблю классику. Достоевского, Толстого. Мой отец был профессором литературы, так что с детства приучена к хорошим книгам.
— А, понятно, — сказал Сергей. — Это хорошо, когда в семье образование ценят.
Время тянулось медленно. Лиза смотрела на часы и мечтала о том, чтобы поскорее уйти домой. Сергей был вежливым, не пил много, не говорил глупостей, но он был так... обычен. Серый. Никакой харизмы, никакого стиля.
Около девяти он посмотрел на свои дешёвые часы и сказал:
— Наверное, мне пора. Завтра смена в шесть утра.
— Конечно, — быстро согласилась Лиза.
Он встал, попрощался с хозяевами, ещё раз поблагодарил за ужин. Лизе пожал руку — ладонь действительно была жёсткой, рабочей.
— Было очень приятно, — сказал он. — Может быть, как-нибудь ещё увидимся.
— Может быть, — неопределённо ответила Лиза.
Когда дверь за ним закрылась, Зина и Пётр посмотрели на неё с надеждой.
— Ну как? — спросила Зина. — Хороший же парень, правда?
И тут Лизу прорвало.
— Серьёзно? Вы серьёзно думаете, что я могу с ним встречаться? — Она встала и начала ходить по комнате. — Да он же самый обычный работяга! Руки у него грубые, как у грузчика. Машина старая, наверняка вся в ржавчине. Часы дешманские, рубашка из масс-маркета. И главное — он даже книг не читает! Что мы с ним будем обсуждать? Погоду?
Зина с Петром молча слушали, их лица становились всё серьёзнее.
— И эти ромашки! — продолжала Лиза. — Ну что это такое? Я дочь профессора, я привыкла к другому уровню. Мне с таким человеком в обществе стыдно будет показаться. Что люди подумают?
— Лизок, — тихо сказала Зина, — но ты же видела, какой он внимательный. Вежливый. Не пьёт, работает честно, квартира своя...
— Да мне плевать на его квартиру! — взорвалась Лиза. — Я не могу встречаться с человеком, с которым мне не о чём говорить. Папа всегда говорил, что интеллигентный человек должен выбирать себе равных. А этот... Извините, конечно, но это не мой уровень.
Зина и Пётр переглянулись. На лице у Зины было написано полное разочарование.
— Знаешь, Лиз, — медленно сказала она, — теперь я понимаю, почему ты до сих пор одна.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты ищешь принца на белом коне. А принцев на всех не хватает. Сергей — хороший человек. Он работящий, надёжный, добрый. Но тебе этого мало. Тебе нужен профессор в галстуке и с букетом роз за несколько тысяч..
— И что в этом плохого? — огрызнулась Лиза. — Я имею право выбирать!
— Имеешь, — кивнул Пётр. — Только вот результат налицо. Тридцать четыре года, а замуж так и не вышла.
Лиза почувствовала, как щёки загорелись от злости.
— Лучше быть одной, чем с кем попало!
— Да, видимо, лучше, — грустно сказала Зина. — Ладно, Лиз. Больше никого знакомить с тобой не буду. Зачем людей зря беспокоить.
***
Дома Лиза ещё долго не могла успокоиться. Она ходила по квартире и жаловалась маме на "неподходящего кандидата".
— Мама, ну ты понимаешь, да? Папа был профессор, у нас дома всегда были умные люди, интересные разговоры. А этот... Токарь какой-то. О чём с ним говорить? О железках?
Мама молча слушала, потом тяжело вздохнула.
— Лизонька, а ты помнишь, кем работал дедушка?
— Ну да, слесарем на заводе. Но при чём тут это?
— А бабушка кем была?
— Швеёй, — нехотя ответила Лиза. — Мам, к чему ты ведёшь?
— К тому, что твой папа, профессор Савельев, вырос в семье слесаря и швеи. И ничего, стал учёным. А ты... Ты решила, что все люди должны сразу рождаться профессорами.
Лиза нахмурилась.
— Это другое. Папа был особенным.
— Особенным его сделало образование и желание развиваться. А не происхождение. — Мама встала и направилась к двери. — Спокойной ночи, дочка. Подумай об этом.
***
Прошло две недели. На работе коллеги переглядывались, когда видели Лизу. Зина больше не заговаривала с ней о знакомствах, отвечала сухо и по делу. Дома мама тоже стала какой-то отстранённой.
Однажды вечером Лиза шла из магазина, когда увидела знакомую фигуру. Сергей стоял возле старенькой, но чистой машины и разговаривал с пожилой женщиной. В руках у неё были тяжёлые сумки.
— Тётя Вера, ну что вы, какие деньги, — говорил он. — Мне не трудно. Я же мимо езжу.
— Серёженька, спасибо тебе, родной. Не знаю, что бы без тебя делала.
Он помог женщине сесть в машину, аккуратно поставил сумки, закрыл дверь. Лиза стояла в стороне и наблюдала. Что-то щёлкнуло в её сознании. Она вспомнила, как он встал, когда она вошла в комнату. Как поблагодарил хозяев. Как говорил с уважением о её работе.
Когда Сергей завёл машину и поехал, Лиза медленно пошла домой. Впервые за две недели она честно посмотрела на себя со стороны. Что она из себя представляет? Дочь профессора, которая работает в банке, живёт с мамой и за тридцать четыре года так и не смогла построить отношения ни с одним мужчиной.
Дома она зашла в кабинет отца — мама ничего там не трогала после его смерти. На столе лежали книги, стояла фотография родителей в молодости. Папа обнимал маму, оба смеялись. Обычные молодые люди, влюблённые друг в друга.
Лиза взяла с полки любимую книгу отца — "Анну Каренину". Полистала страницы, на полях были его заметки карандашом. И вдруг наткнулась на подчеркнутую строчку: "Если ищешь совершенства, ты никогда не будешь доволен".
— Папа... — прошептала она. — Что же я наделала?
На следующий день Лиза набралась смелости и позвонила Зине.
— Зин, можно к тебе зайти?
— Конечно. А что случилось?
— Хочу извиниться. И... поговорить про Сергея.
Зина помолчала, потом сказала:
— Приходи. Только он больше не интересуется встречами . Сказал, что не хочет больше ни с кем знакомиться.
— Понимаю, — тихо ответила Лиза.
***
Вечером она сидела на кухне у Зины и пила чай. Рассказала про то, как увидела Сергея с пожилой женщиной. Про книги отца. Про то, что поняла о себе.
— Знаешь, — сказала Зина, помешивая чай, — он спрашивал про тебя на следующий день. Сказал, что ты красивая и умная, но, наверное, он не подходит такой образованной девушке.
Лиза почувствовала, как сердце сжалось.
— Он так сказал?
— Да. А ещё сказал, что жаль, что не читал больше книг в школе. Может быть, тогда смог бы поддержать разговор с дочерью профессора.
Лиза закрыла глаза. Как же она была глупа!
— Зин, а у тебя есть его номер?
— Есть. Но Лиз... Он действительно больше не хочет ни с кем знакомиться. Говорит, устал от отказов.
— Я понимаю. Но попробовать стоит.
***
Сергей ответил не сразу. Голос был осторожный, удивлённый.
— Лиза? А... как дела?
— Сергей, можно с вами встретиться? Мне нужно кое-что вам сказать.
— О чём?
— О том, какой я была дурой. И о том, что очень сожалею.
Долгая пауза.
— Хорошо. Где встретимся?
Они сидели в маленьком кафе рядом с заводом, где работал Сергей. Лиза нервничала, крутила в руках салфетку.
— Сергей, я хочу извиниться за тот вечер. Я вела себя ужасно. И не потому, что вы чем-то плохи. А потому, что я... я зазналась.
Он слушал молча, изучая её лицо.
— Я думала, что раз мой отец был профессором, то и я особенная. Что мне нужен принц на белом коне. А вы... вы обычный хороший человек. И я этого не оценила.
— Лиза, — тихо сказал он, — не надо извиняться. Все люди разные. У каждого свои требования к жизни.
— Нет, надо. Потому что я поняла кое-что важное. Мой отец стал профессором не потому, что родился особенным. А потому, что всю жизнь работал над собой. А я решила, что мне всё должно достаться просто так. По наследству.
Сергей поднял на неё глаза.
— А ещё я поняла, что вы добрый человек. Я видела, как вы помогли пожилой женщине с сумками. Как вежливо со всеми общаетесь. И что ромашки, которые вы подарили, вы выбирали специально. Потому что они простые и честные. Как вы сами.
Он улыбнулся — впервые за весь разговор.
— Да, выбирал. Подумал, что розы слишком пафосно будет для первого знакомства.
— А мне хотелось роз. Я была такая глупая.
— Не глупая. Просто... привыкшая к определённому образу жизни.
— Сергей, — Лиза посмотрела ему в глаза, — а можно... можно попробовать ещё раз? Познакомиться заново? Я обещаю, что больше не буду принцессой. Буду просто Лизой.
Он долго молчал, потом медленно кивнул.
— Можно попробовать. Только давайте честно. Без игр и ожиданий. Посмотрим, подходим ли мы друг другу.
— Честно, — согласилась Лиза. — И... Сергей?
— Да?
— А вы не хотели бы почитать что-нибудь интересное? Я могу посоветовать книги, которые легко читаются, но при этом умные.
Он засмеялся.
— Хочу. Если не очень сложные для токаря.
— Не очень. Мой отец говорил, что любую мысль можно объяснить простыми словами. Если, конечно, сам её понимаешь.
— Тогда договорились. Только я тоже кое-что могу предложить.
— Что?
— Научить вас водить машину. А то на общественном транспорте не очень удобно по городу ездить.
Лиза рассмеялась.
— Договорились. Я буду учиться водить, а вы — читать.
***
Через полгода Елизавета сидела в той же квартире у Зины и Петра. Но теперь рядом с ней был Сергей. Он держал её за руку и рассказывал про книгу, которую недавно прочитал.
— Знаете, — говорил он, — раньше я думал, что классика — это скучно. А оказалось, что Чехов очень смешно пишет. И про обычных людей. Про таких, как я.
— Папа всегда говорил, — сказала Лиза, — что хорошая литература — это когда читаешь про других, а узнаёшь себя.
Зина смотрела на них и улыбалась.
— А я смотрю, Лизок наша совсем другая стала. Проще какая-то.
— Не проще, — поправил Сергей. — Настоящая. Без масок.
А дома, показывая Сергею фотографии отца, Лиза думала о том, что папа бы его точно одобрил. Потому что Сергей был честным. И добрым. И готовым развиваться.
— Ты знаешь, — сказала она, когда они сидели на кухне и пили чай, — я поняла, что быть дочерью профессора — это не звание. Это ответственность. Быть достойной его памяти.
— А ты достойная, — сказал Сергей. — Просто не сразу это поняла.
Лиза улыбнулась и подумала, что иногда счастье приходит в самой простой упаковке. В виде ромашек, честных глаз и готовности учиться друг у друга.
А на подоконнике стоял букет — наполовину ромашки, наполовину розы. Компромисс, который устраивал их обоих.