Его лицо знают миллионы. Его голос звучит на главных площадках страны, как гимн новой эпохи. Но за сценой — не герой патриотического клипа, а человек, которого предавали, который терял, начинал сначала и пытался поверить, что любовь — это не только в песне. История Ярослава Дронова, более известного как SHAMAN, — это хроника не только взлёта артиста, но и глубоких, почти молчаливых ран, которые оставили в нём женщины, время и одиночество.
Первый шаг — и первая боль
Он вышел на сцену в четыре года. Не в блеске прожекторов, а под музыку старенькой гитары, с которой его отец когда-то умел делать чудо. Маленький Ярослав из Новомосковска рано понял, что спасение — в творчестве. Его мать, бабушка, дедушка — все видели в нём голос. А он видел музыку как единственный выход. Уже тогда ему казалось, что сцена — это щит, за которым можно спрятаться от обыденной тьмы.
Поступление в музыкальное училище, «Фактор А», «Голос», «Гнесинка»… Казалось бы, всё шло по классическому пути артиста. Но слава не приходила. Она ждала, пока его жизнь не даст настоящую драму — ту, из которой рождаются настоящие исполнители.
Ученица и учитель
Свою первую любовь он нашёл в стенах музыкального училища. Только любовь эта была странной, почти табуированной: Марина Рощупкина, преподавательница, была старше его, взрослее, строже. Он влюбился с головой, несмотря на сопротивление семьи. Бабушка и дед не пришли на свадьбу. Ярослав считал, что любовь — это бой, и он победил.
Но победа обернулась тишиной. Дочь Варвара родилась, когда браку был всего год. А потом — Москва, гастроли, жизнь на чемоданах. И жена, всё чаще уезжающая к себе в родной город. Она будто исчезала из его жизни неделями. А потом исчезла окончательно — не одна, а в компании друга отца Ярослава.
— Я не верю в предательство, — скажет он позже. — Но оно случилось. И не в песне.
Он ушёл. Без скандала. Сложил боль в голос. И стал другим.
Второй шанс — и вторая тень
Вторую женщину он встретил почти сразу. Елена Мартынова была деловой, взрослой, уверенной в себе. На тринадцать лет старше. Состоятельной. Независимой. Он — без имени, она — с именем и бизнесом. Но она поверила. Повела его на концерты. Вложила деньги и веру. Он любил. Но, может, это была не любовь, а благодарность?
Годы шли, SHAMAN становился SHAMANом. Его имя входило в рейтинги, его клипы становились вирусными. А отношения — нет. Они увяли не из-за ссор, а от иссякшего дыхания. Развод был тихим. Без обвинений.
— Мы просто перестали быть вместе, — скажет он в одном из интервью.
Но одиночество опять оказалось рядом. Только теперь оно было тише, тяжелее, как будто навсегда.
Третья женщина — и третий выбор
Именно тогда он представил публике новую избранницу — Екатерину Мизулину. Ей сорок. Он младше на семь лет. Она — дочь полит. деятеля, человек, привыкший к вниманию, но не к сплетням. Их союз вызвал ажиотаж: слишком взрослый, слишком странный. Слишком много вопросов — и слишком мало ответов.
Она никогда не была замужем. У неё нет детей. Она публична, но избегает камер. Он поёт о вечных ценностях, но снова влюбляется в женщину, от которой его отделяет целый слой мира. Поклонники не верят. Говорят: реклама, пиар, очередной ход. Но Ярослав молчит. Он делится их фото, планами на отпуск, общими выходами. В его лице — снова свет. Или тень?
— Может, это ошибка, — признаётся он близким. — Но я хотя бы снова живу.
Что дальше?
Пока поклонники спорят, искренне ли его новое чувство, Ярослав Дронов продолжает петь. Его голос по-прежнему звучит с трибун, но в нём стало больше хрипоты. Может быть, потому что с каждой женщиной он терял не только любовь, но и иллюзии. В этом голосе теперь есть опыт. Не громкий, не нарочитый. Просто голос человека, который не раз пробовал начать сначала — и всё ещё верит, что когда-нибудь кто-то останется рядом. Не ради песен. А вопреки.