Еще одна «пандемия»
Прошли времена, когда аллергия считалась довольно экзотичным недугом. Сейчас это глобальный вызов для здравоохранения, говорит академик Александр Караулов, зав. кафедрой клинической иммунологии и аллергологии московского Первого меда им. Сеченова.
— Мы существуем в эпоху эпидемии или пандемии аллергических заболеваний. Ими страдают более 1 млрд человек, — отмечает членкор РАН, директор Института иммунологии ФМБА России Муса Хаитов, главный внештатный специалист-аллерголог Минздрава РФ.
Та или иная повышенная чувствительность есть примерно у 30 % населения Земли, говорит ученый. В частности, от бронхиальной астмы страдают 7 – 10 % людей, от аллергического ринита — 15 – 20 %, атопический дерматит (то, что в обиходе называют диатезом) наблюдается у 16 % детей.
По данным Всемирной организации здравоохранения, аллергопатология занимает четвертое место по распространенности среди неинфекционных заболеваний, добавляет главврач Института иммунологии Наталья Ильина. Причин такой распространенности множество, в том числе глобальное изменение климата — оно влияет, например, на содержание в воздухе пыльцы, на численность жалящих насекомых, плесневых грибов.
В России растет количество людей с респираторной аллергией, констатирует Ильина. К счастью, стало меньше случаев тяжелого течения бронхиальной астмы (тут препараты помогают), но больше — хронической рецидивирующей крапивницы. Все чаще встречается множественная сенсибилизация, то есть когда аллергия есть к тому и к сему, к пятому-десятому. Есть так называемая перекрестная аллергия, когда при негативной реакции на одно иммунная система по ошибке реагирует и на что‑то другое. Например, у 47 – 70 % чувствительных к пыльце березы есть и перекрестная пищевая аллергия.
К чему чувствительны регионы
К лету ученые планируют закончить карту молекулярной сенсибилизации России. В исследовании участвовали ведущие научные учреждения, в том числе Петербурга. Карта покажет, к чему больше уязвимы жители той или иной российской местности.
Например, в Петербурге (даром что город котиков) — больше аллергий на кошек и березу. В Москве — тоже, и несколько меньше на собак. В Краснодарском крае ведущие аллергены — амброзия, клещи, домашняя пыль. В Уральском федеральном округе — полынь, береза, яды насекомых. Жители Дальнего Востока больше всего страдают от домашней пыли.
Важно, что речь о распознавании чувствительности именно на молекулярном уровне.
— Настала новая эра в аллергологии, — утверждает Рудольф Валента из Венского медицинского университета. Валента, иностранный член РАН — один из ведущих мировых специалистов в этой сфере. Собственно, Институт иммунологии и получил в 2018 году мегагрант на приглашение этого ученого. Созданная «под него» лаборатория считается одним из самых успешных примеров в истории проекта мегагрантов.
«Новая эра» — в том, что молекулярная аллергология позволяет выявить истинный аллерген. Указывает не на березу/кота и так далее, а называет конкретную молекулу. Их, например, у кошки только основных — три.
— Задача — создать полную коллекцию таких молекул, — подчеркивает Валента.
Ученые Сеченовского и Венского медицинских университетов разработали чип со 181 молекулой-аллергеном. Разработку назвали Аллергочип РФ. С виду похож на лабораторное стекло со специальным полимером, на его поверхности фиксируются белки. По капле крови можно одновременно определить уровни антител ко множеству аллергических молекул — указать, на что реакция.
Исследователи утверждают, что этот чип в пять раз точнее обычного. Помимо диагностики он позволит, например, определять у детей скрытую сенсибилизацию и даже еще только вероятность ее появления.
Сейчас аллергические реакции чрезвычайно распространены у детей, но официальная статистика это недооценивает, утверждает Юрий Смолкин, профессор кафедры клинической иммунологии и аллергологии Академии постдипломного образования. Пищевая аллергия — пусковой фактор многих заболеваний, говорит зав. отделением клиники Федерального исследовательского центра питания и биотехнологий Вера Ревякина. При этом истинная распространенность до конца не изучена: любую реакцию ребенка на продукт родители расценивают как пищевую аллергию, хотя это только одна из форм пищевой непереносимости.
Другая вакцина
В последние годы в лечении тяжелой аллергии активно применяют иммунобиологические препараты на основе генной инженерии, отмечает Наталья Ильина. Один из препаратов — отечественный, «и хотелось бы, чтобы таких было больше».
Институт иммунологии вместе с Венским медуниверситетом разработал первую в мире рекомбинантную вакцину против аллергии к пыльце березы и перекрестной пищевой аллергии (на яблоки). Причем, поясняет Муса Хаитов, вакцина предназначена не только для лечения, но и для профилактики, поскольку в ней содержится не цельный аллерген.
Доклинические исследования показали безопасность вакцины и ее защитную функцию, сообщает ученый. Если существующие вакцины нужно вводить до 30 раз, эту — курсом в три — пять инъекций в первый год, а потом по одной-две. Данные были опубликованы в Allergy, мировом журнале № 1 в области аллергологии. Сейчас завершается вторая фаза уже клинических исследований, то есть на людях.
Сеченовский университет и Рудольф Валента работают над вакциной от аллергии на кошек. Предполагается, что в ее конструкции будут включены все три наиболее значимых «кошачьих» аллергена.
Кроме того, с оглядкой на упомянутую карту сенсибилизации России ученые будут разрабатывать линейку молекулярных противоаллергических вакцин — с учетом региональных особенностей. И будет создан центр превосходства молекулярной аллергологии. Звучит слегка высокомерно — на самом деле это общепринятый термин Center of Excellence — структура, которая показывает высочайший уровень компетентности в какой‑либо сфере. Конкретно этот центр будет охватывать все этапы борьбы с аллергиями: от производства чипов до телемедицинских консультаций и переподготовки молекулярных аллергологов.
Читайте также:
Бегом за компенсацией. Как воспользоваться налоговым вычетом за физкультурно-оздоровительные услуги?
Играть в шахматы на татами. Почему занятия дзюдо могут интересны детям и пенсионерам?